Александра Стрельцова – Мама бастарда для миллионера (страница 4)

Мне выделили комнату, окно которой выходило на дом, где я выросла, посмотрев на двор, заметила некоторые изменения. Отчим явно не ленится. Сбоку от дома появилось небольшое строение из цельных брёвен, и судя по торчащей дымовое тубе, это была баня.

Всё-таки мама получила желаемое. Она ещё отца просила построить ей баньку, папа пообещал, но, к сожалению, не успел. Отойдя от окна, одной рукой убираю покрывало с кровати, укладываю на середину Ришу, и сама ложусь рядом. Я действительно устала, поэтому сон одолевает меня быстро.

Просыпаюсь от начинающего плача дочурки. Вокруг темно, но благодаря горящему фонарю, свет которого проникает в комнату через окно, мне видно очертания мебели и главное свою кроху.

Придвинув дочурку ближе, оголила грудь, помогла своей малышке поймать сосок. По комнате разнеслись характерные для поедания грудного молока звуки. Пока Арина утоляла голод, я дотянулась до телефона, посмотрела время и удивилась, как долго мы проспали.

– И что мы теперь будем с тобой делать? – спросила у своей кнопки, целуя её в маленький лобик.

Время на телефоне показывало семь вечера, а это значит мы проспали около четырёх часов, и если я могу лечь и уснуть, то Риша явно будет бодрствовать часов до одиннадцати. Режим сбит ещё в больнице, и установить его никак не удаётся.

Минут через десять Арина отпускает мою грудь, показывая, что она наелась. Отдёргиваю маечку, поднимаюсь с постели, и беру малышку на руки, подхожу к окну, и застыла в удивлении.

В окнах дома напротив горит свет, а до боли знакомая, женская фигура расставляет посуду на обеденный стол. Шторы прозрачные, и мне прекрасно видно, как моя мать готовиться к ужину.

Смотрю на неё, и глазам своим поверить не могу. Неужели ей настолько наплевать на меня, что, вернувшись домой, и не увидев нас на пороге, она не позвонила и не узнала, где мы?

Внутри, что-то больно надломилось, стало неожиданно всё равно на родного человека, будто между нами разорвали нити родства, сделав нас совершенно чужими. Вот теперь я точно одна, и в борьбе за жизнь Арины, предстоит бороться мне одной.

Глава 4

Дыхание сбивается, чувствую, как струйки пота стекают по спине под толщей тёплой одежды. Мы опаздываем, попали в пробку, и чтобы как можно быстрее попасть в клинику к назначенному времени, попросила водителя открыть двери и выпустить нас на улицу, чтобы добраться пешком. Мы практически на месте.

На выпустили, но прежде мужчина заартачился, я его прекрасно понимаю, он рискует потерять работу. Не имеет он право высаживать пассажиров в не остановки. Но объяснив скомкано ситуацию, водитель с сединой в волосах открыл нам с малышкой передние двери длинного автобуса, и выпустил из тёплого салона.

До клиники мы не доехали всего лишь одну остановку, и вроде не такое уж и большое расстояние, можно пройти и не капельки не устать, но дыхание сбито, свитер под пуховиком влажный, грудь сильно вздымается вверх и следом опускается вниз, а изо рта вырываются клубы пара. Сегодня холодно, и ужасно скользко, после дождя ударил мороз, и теперь в воздухе чувствуется зима.

– Карина Сергеевна? – раздаётся откуда-то сбоку.

Приходится остановится на высоких порожках клиники, и повернуть голову на того, кто окликнул меня по имени отчеству.

Мужчина, на вид лет тридцати-тридцати пяти, крупного телосложения, в кожаную куртку, и тёмно-синих, свободного кроя штанах, стоит на самой высокой ступени порожек, держа в руке стаканчик кофе из автомата.

– Да, – отвечаю и стараюсь внимательно рассмотреть его лицо.

Нет. Мы точно не знакомы, тогда…

– Я товарищ Петра Павловича, – перебивает мой мысленный процесс, – и если вы останетесь у нас, то стану лечащим врачом вашей крохи, – сообщает мужчина.

После его слов в голове раздаётся щелчок, и только после этого до меня доходит, кто именно стоит передо мной.

– Извините, мы опоздали к назначенному времени, совсем из головы вылетело, какие здесь бывают пробки по утрам. Нужно было на метро, но с Ришей я не решилась спуститься под землю, она весь перелёт капризничала…, – начинаю оправдываться, мне стала ужасно стыдно перед доктором.

– Карина Сергеевна, успокойтесь, – спустился на две ступени ниже, и свесившись через перила порожек, опустил пустой стаканчик в квадратную урну, – вы не опоздали, – произнёс мужчина, и неожиданно протянул руки к Арине, – можно? – задаёт вопрос, смотря исключительно на мою малышку, которая активно извиваясь, пытается выбраться из кенгуру и посмотреть на мужчину.

Любопытная моя.

– Да, конечно, – не задумываясь, отвечаю я, находясь в полной растерянности.

Не успеваю поднять руку и расстегнуть ремни кенгуру, как это делает мужчина. Он ловко достаёт Арину, и аккуратно прижимает её к своей груди спиной, а затем подставляет свою широкую ладонь под маленькие стопы, на которых обуты сапожки, и поджимает их вверх, так, что колени Риши достались её животика.

Так он держит её пару секунд, а после вытягивает её ножки, что Арине очень нравится. Она с громким, радостным воплем дёргается всем телом, совсем чуть-чуть поджимает свои ножки, словно пытается повторить то, что сделал мужчина. Доктор, поджав губы, поворачивается в мою сторону, но при этом не говорит ни слова.

Смотрю в его глаза и не понимаю, что происходит? Откуда-то из глубины, словно снежная лавина меня начинает накрывать паника. Мужчина не просто так взял Ришу на руки и трогал её ножки. Он…. Он что-то проверял.

– Не молчите, прошу вас, – протягиваю руку и цепляюсь пальцами за рукав его куртки, прошу с дрожью в голосе.

– Я после звонка Петра, до последнего надеялся, что эта малышка не будет моей пациенткой, но увы, моим надежде не суждено сбыться, – грустная улыбка касается его губ, – вы знаете сколько стоит лечение? – впивается в меня внимательным взглядом.

В ответ только киваю головой. У меня язык не поворачивается назвать такую сумму денег, что нужно заплатить за один единственный укол. Укол, который вылечит мою крошку.

– И средств, на это совершенно нет, – он не спрашивает, он констатирует факт, – Пётр сказал вам, что может случиться? – а вот теперь вопрос, и прозвучал он сжатым голосом.

– Арина может….

Спазм сжимает горло, не позволяет произнести страшных слов.

– Может, но мы будем бороться, вы главное не опускайте руки Карина Сергеевна, – в его словах я слышу обещания спасти мою малышку.

Или же мне просто, кажется, и я слышу то, что хочу услышать.

– Простите, забыл представится, – говорит мужчина и протягивает раскрытую ладонь, – Степан Станиславович, – называет своё имя и отчество, – идёмте Карина Сергеевна, будем заселяться в палату, – дёрнув уголком рта в подобие улыбки, мужчина не только не отдал мне Ришу, он ещё и сумку с нашими вещами забрал.

Первый шаг вслед за мужчиной раздался оглушающим грохотом в ушах. А в голове билась только одна мысль. Я пойду на всё ради своей девочки.

Глава 5

КИРИЛЛ

– Ты бы ещё за месяц до свадьбы, устроил мальчишник! – насмешливо произносит один из друзей, удобно устраиваясь на кожаном диванчике vip зала моего ночного клуба.

– А ты предлагаешь провести его за день до окончания моей холостяцкой жизни? – закатываю рукава рубашки, – неделя, это нормально, я не собираюсь страдать головной болью в день собственной свадьбы, да и дышать перегаром на невесту, не комильфо, – поясняю Игорьку.

– О! Я смотрю кто-то собрался нажраться до поросячьего визга, раз готовится болеть с похмелья! – присоединяется к разговору Виталик, потирая в предвкушении ладони, – неужели решил повторить мою прошлую днюху? – изгибает одну бровь дугой.

Напоминания друга, пыльцой полыни оседают на языке, наполняя рот горечью того дня. Почувствовал, как непроизвольно дёрнулись желваки на напряжённых скулах, как кулаки сжались. От друзей не укрылось моя реакция, они переглянулись, после чего Виталик поджав губы, покачал неодобрительно головой.

Видимо они вспомнили, что я вытворял в то время, когда бывшая сообщила мне о своей беременности. Я же тогда целый месяц пытался выяснить, причастны к этому делу мои друзья или нет! От меня Карина точно не могла забеременеть. Подцепив свинку в детском лагере и переболев ею, через пару лет получил диагноз – бесплодие! Даже одного процента не дали на то, что могу стать отцом.

Изо дня в день на протяжении месяца пытался вычислить того, кто протянул свои лапы к моей девочке, и не важно кто первым был инициатором этой близости, которая повлекла за собой последствия. Но сколько бы я не пытался вычислить эту гниду, всё сходилось к нулю.

– Когда Рита собирается проводить девичник? – подаёт голос Артём, который сидел до этого молча и наблюдал за разговором.

Поднял взгляд на говорящего, криво усмехнулся. Переводит тему. Правильно друг, не надо мне напоминать о прошлом, могу сука сорваться, ещё наворочу хрен знает чего.

– Завтра, – отвечаю на вопрос и подняв руку вверх, даю официанту знак, что пора подавать напитки и закуску.

– А почему не сегодня? – всполошился Игорёк, – я бы с удовольствием рванул к ним, потусил с подружками Ритусика, – что кот облизывается, при упоминании девочек.

– Они завтра будут отмечать его здесь же, можешь прийти и «потусить», если тебя конечно примут, – усмехаюсь на кривую гримасу на лице друга.

Подругам Риты мой друг не понравился своей кобелиной натурой, о которой моя будущая жена успела сообщить своим подругам.