Александра Снежная – Приватный танец для Командора (страница 35)

Я ошибалась, когда думала, что имею представление о том, как выглядит машинное отделение данного вояджера. Я видела очень много инопланетных кораблей, и мехотсеки во всех них были устроены приблизительно одинаково, ведь двигатели на кораблях могли быть самыми разными, а принципы механики во Вселенной никто не отменял. На моем стрэйнджере это было большое помещение, состоящее из многоуровневых блоков и модулей, напичканных автоматикой, электроникой, пневматикой и прочей аппаратурой, обеспечивающей жизнедеятельность корабля. Здесь все должно было быть масштабнее, дороже и более впечатляющим.

Должно было…

Нет, подозреваю, что, наверное, так оно и было, если бы кто-то позволил мне на это посмотреть, потому что рабочее место, которое мне выделили, размерами лишь немного превышало грузовой лифт и больше походило на какую-то промежуточную буферную камеру, чем на рабочий модуль.

Что сразу бросилось в глаза и насторожило, когда меня пропустили на нижний уровень, так это количество охраны. Она была выставлена перед каждой дверью и переборкой, и, что самое странное, на ее одежде не было отличительных знаков конгломерата: ни нашивок, ни эмблем, ни металлических символов принадлежности к роду войск.

Огромные, похожие на истуканов мужчины с каменными лицами смотрели перед собой, и казалось, их вообще не интересует происходящее вокруг. Но это только казалось, потому что едва я попыталась, как бы невзначай, свернуть внутрь одного из секторов, мне тут же перегородили дорогу и жестко дали понять, что к этому сектору у меня нет допуска.

Все выглядело если не странным, то окутанным тайной и загадкой, впрочем, как и сам командор, непонятно чего добивавшийся от меня своими приказами.

Мне на флэтпад пришли четкие инструкции того, что я должна была делать, и будь я Эйком или кем-то ему подобным, решила бы, что мне уготовили роль космического привратника, ибо так моя работа со стороны и выглядела. Буфер, в который меня "упаковали", был сквозным и проходным, и все, что от меня требовалось, это впускать по сигналу техников, следить за тем, как они проходят через трехмерный галоскан, вмонтированный в пол, а затем выпускать их с другой стороны в охраняемый непознанной наружности мордоворотами отсек.

Это была фикция чистой воды, поскольку даже на нашем стрэйнджере перед всеми переборками стояли датчики-идентификаторы, а вояджер Райдэка по уровню технологий и сравнивать с малогабаритными звездолетами было нельзя. Небо и земля.

Хоть убейте меня — не могло быть на сверхсовременном корабле даже угла из прошлого века. Его здесь и не было, потому что внимательно осмотрев стены, пол и потолок буфера, я обнаружила десятки точечных датчиков. По идее, установленная система на входе должна была считывать и распознавать чип входящего в камеру человека, потом сетка галоскана определяла наличие у него запрещенных для переноса в отсек предметов, а после проверки все та же система распознавания чипов выпускала техника в следующий отсек, если у него к нему был допуск. Кто-то намеренно вывел из строя контроллер, заставив меня тупо жать на кнопку ручного управления. Зачем? Пытались посмотреть, пойму ли я, что происходит? Ну, поняла. Дальше что?

Согласно внутренним инструкциям, каждый член экипажа нес ответственность за свое рабочее место, а поскольку, определив меня в машинное отделение, Райдэк автоматически причислил меня к бригаде техников, то ко всем прочим обязанностям я должна была устранять неполадки на своем посту в случае их обнаружения. Вопрос оставался открытым: чем руководствовался командор, когда посылал меня сюда? Хотел изолировать или ждал, что я найду неординарное решение проблемы? Гадать можно было бесконечно, а способ узнать наверняка только один — проверить. Что я и сделала.

Вооружившись своим мининабором инструментов, я стала вскрывать все технические панели, определяя последовательность соединения и разбираясь в тэш-блоках. Через пять минут я вообще забыла о Райдэке потому что когда Агния Спаркс добиралась до схем и проводов, она обычно теряла связь с реальностью.

Из мира тиристоров, биполярных транзисторов и сопротивлений меня вырвал шум отъехавшей в сторону двери. Я, наконец, разобралась со схемой и нашла блок, отвечающий за идентификатор входа. В открывшемся проеме мгновенно возникли угрюмые рожи охранников, смотревших на повисшую на стене меня так, как будто я не ремонтировала охраняемый ими объект, а устраивала на нем диверсию.

— Извините, ребята, это был тест-контроль, — мило улыбнувшись мужчинам, я замкнула контур, захлопнув дверь у них перед самым носом. Судя по выражениям лиц, мой творческий энтузиазм их не впечатлил, и если я все правильно поняла, то через пять минут здесь будет Райдэк. Жаль, не успею отремонтировать все до его прихода, но зато выясню, какого черта ему от меня надо.

Я опять ошиблась: командор заявился через четыре минуты. Впрочем, с той скоростью передвижения, которую я у него наблюдала, странно, что не через три. К тому моменту функция датчика-идентификатора на входе была восстановлена, и когда Райдэк пересек линию контроля, сработавшая система голосом главного компьютера опознала капитана корабля. Я так думаю, что опознала, потому что из всего сказанного механической теткой я не поняла ни слова. Никогда в жизни я не слышала подобного языка, а моя память за время путешествий по Вселенной запомнила их немало. Выходцем из какой системы был Торн Райдэк и кому принадлежал арендованный конгломератом вояджер?

Остановившись на входе, командор оценивающим взглядом прошелся по вывернутым из слотов тэш-блокам, на секунду задержался на усердно орудующей микропаяльником мне, а затем, вопрошающе приподняв бровь, поинтересовался:

— Кто дал вам инструмент?

Отстегнув ремни страховки, я спрыгнула на пол, выпрямившись перед Райдэком как того требовал устав.

— Он мой личный, командор. Вольнонаемным расчетам, согласно положению о резервировании не запрещено пользоваться личным оружием и инструментом.

Райдэк прищурился, изучая мое лицо точно трехмерный сканер. Рука его вдруг взмыла вверх, и прежде чем я успела понять, что происходит, ладонь мужчины коснулась моей щеки, и большой палец, слегка надавливая подушечкой, проехался моей скуле, оставляя на коже обжигающий след от своего прикосновения. Это было сродни удару высоковольтным разрядом. Шарахни меня током — и то не получилось бы такого эффекта.

— Вы что себе позволяете? — резко отшатнувшись от командора, я сжала кулаки, чувствуя, как охватившая меня внутренняя дрожь вероломно подбирается к ладоням.

— Герлит, — показав ошеломленной мне потемневший от смазки палец, задумчиво выдал Райдэк. — Вы испачкались, капитан… Паркер. Вы всегда носите инструмент с собой?

Вопрос сбил меня с толку. Проклятый Райдэк только и делал, что выбивал у меня почву из-под ног своими выходками.

— Я дрэйкер, — сердце мое почему-то нещадно колотилось в груди, все еще реагируя на бесцеремонное вторжение мужчины в мое личное пространство. Любому другому за такую наглость я сломала бы руку, и то, что из-за соблюдения субординации навалять Райдэку я не могла, меня просто бесило. — Инструмент, как и оружие, неотъемлемый атрибут любого вольного расчета. Маленькая отвертка порой спасает десятки жизней. Мне казалось, вы должны это знать, командор.

Он промолчал. В серых глазах мелькнула какая-то отстраненная эмоция, словно он вообще меня не слушал, а думал о чем-то своем.

— Зачем вы распотрошили ризолвер-камеру? — Райдэк неожиданно переключился с меня на разобранные панели стен.

Так вот как называется камера моего временного заточения.

— Я занимаюсь текущим ремонтом своего рабочего места согласно инструкции номер…

— Я понял, что нормативная флотская база — одна из ваших сильных сторон, — перебил меня Райдэк. — Почему вы решили, что здесь что-то неисправно?

— Потому что в мои обязанности вменили нажимать на кнопку ручного управления, в то время как на входе и выходе установлена система автоматического слежения, считывания и распознавания данных, подключенная к главному компьютеру.

Райдэк слегка повернул голову, мазнув цепким взглядом по наблюдающим за нашим диалогом охранникам. Можете назвать меня сумасшедшей, но мне почему-то показалось, что он их о чем-то спросил. По крайней мере, вопрос читался во всем его подчеркнуто-сосредоточенном облике. И я, наверное, точно параноик, но по тому, как смотрели на командора мужчины, мне показалось, что они ему что-то отвечают. Создалось впечатление, что они общались на каком-то телепатическом уровне.

— Вы уже устранили неисправность, капитан Паркер? — не дал мне углубиться в свои подозрения Райдэк.

— Нет, — вынуждена была признаться я. — Осталось отрегулировать контроллер питания и собрать панели.

— Тогда продолжайте, — командор тактично отступил в сторону и сложил на груди руки, явно собираясь курировать мои дальнейшие действия лично.

Какого?.. Ну ведь понял уже, что в технике я разбираюсь, в чем еще хотел убедиться?

Вновь поднявшись на стену, я стала регулировать работу системы на выходе, испытывая крайне неловкое чувство дискомфорта. Терпеть не могу, когда кто-то стоит за моей спиной и на меня смотрит, хотя, если честно, мне казалось, что Райдэк смотрел конкретно не на меня, а на то, что находилось чуть пониже моей спины, и от одной этой мысли вся моя хваленая выдержка летела к черту.