Александра Шервинская – Академия Последнего Шанса – 1. Кадры решают всё (страница 14)
– Позвольте представиться, – начал Тео, но дама властным жестом остановила его.
– Юноша, прежде чем обращаться к даме моего статуса и возраста, будьте любезны привести себя в порядок и убрать ваше животное. Я не боюсь крыс, но это как-то не комильфо.
– Крыс?! – прошипел Кеннет. – Это я крыса?!
– О, – дама достала откуда-то из складок платья пенсне и, надев его, пристально всмотрелась в Кеннета, – она ещё и говорящая. Хотя я была не права: это, конечно же, мышь, а не крыса.
– Тео, мы её не берём, – решительно зашипел Кеннет на ухо Теодору, – она же нам никому жизни не даст. Она не может отличить эполетового крылана от мыши!
– Я всё прекрасно слышу, – невозмутимо сообщила дама, – но если ты, мышь, – тут она властным жестом остановила собиравшегося что-то сказать Кеннета, – если ты, мышь, претендуешь на гордое звание крылана, тем более эполетового, то почему ты позволяешь себе находиться в таком виде? Шерсть не причёсана, клыки не вычищены, когти не подстрижены, крылья не разглажены. Какой же ты крылан? Ты мышь, причём невоспитанная и неаккуратная мышь.
Кеннет молча открывал и закрывал пасть, пытаясь придумать, что ответить на эту гневную отповедь призрачной дамы, но она уже переключила своё внимание на Тео, который тут же почувствовал острое желание спрятаться за широкого и сильного Биэля.
– А вы, юноша, – дама строго посмотрела на Тео поверх пенсне, – что на вас за рубашка? В каком мусорном ящике вы её нашли? Где ваш камзол? Почему сапоги в пыли? У вас даже нет перчаток!
– Но я, – робко проговорил Теодор, краем глаза следя за медленно отступающим Биэлем, – мой гардероб ещё не привезли, а рубашка… она за ночь помялась…
– Не хотите ли вы сказать, что сейчас ходите в той же рубашке, что была на вас вчера? – в голосе дамы было столько искреннего возмущения, что Теодору стало мучительно стыдно.
– Ну… – он тяжело вздохнул и кивнул. – Так получилось.
– Капитан, и вы хотите сказать, что вот этот невнятно огрызающийся юноша – будущий ректор Академии? – неприкрытую иронию в голосе дамы не расслышал бы только глухой. – Бедная Академия! Стоять!
Последнее слово было обращено уже к Биэлю, который послушно замер на месте, так и не успев завершить стратегическое отступление.
– Господин как бы будущий ректор, – дама презрительно поджала губы, – капитан сказал, что вам нужен комендант общежития, но я считаю, что не подойду вам.
– Очень, очень правильное решение, – тут же оживился Кеннет, но был остановлен одним лишь взглядом леди Матильды.
– У меня к вам совершенно другое предложение, – помолчав сказал Тео, а Кеннет издал душераздирающий вздох, – как вы смотрите на должность экономки и домоправительницы? В смысле – замкоправительницы?
– Тео, не делай этого, – зашептал Кеннет, нервно переступая лапками, – она превратит нашу жизнь в непрекращающийся кошмар! Смотри, её даже Биэль боится.
– Эта идея мне нравится несколько больше, – помолчав, сказала леди Матильда, – кажется, вы небезнадёжны.
При этих словах капитан Харви нервно хохотнул, видимо, потому что леди почти дословно повторила фразу Кеннета, но, столкнувшись со строгим взглядом, тут же принял серьёзный вид.
– Кеннет, ты не понимаешь, – печально вздохнув, проговорил Тео, – леди Матильда совершенно права. Я никак не могу привыкнуть к мысли, что у меня теперь новая должность, которой я, хочется мне этого или нет, должен соответствовать. И замок тоже: к нам ведь приедут не просто одарённые будущие маги, а представители аристократии. Как ты думаешь, какие чувства они должны испытывать к своему новому дому?
Мышь сердито сопел у Теодора на плече, Харви рассматривал облака на небе, а Биэль нервно дёргал хвостом. Тео помолчал, увидел, что все прониклись важностью вопроса, и продолжил:
– Они должны увидеть, что это не мы стараемся дотянуться до их уровня, а они должны соответствовать нашим высоким требованиям. Поверь мне, я знаю таких, как эти молодые аристократы, потому что сам порой был таким же. Поэтому и замок, и преподаватели, и сотрудники – абсолютно всё должно быть безупречно и с точки зрения внешнего вида, и в плане манер, и во всём вообще. Иначе мы будем стартовать с ошибочных позиций.
Во время речи Теодора леди Матильда очень внимательно, как ни странно, даже не перебивая, слушала будущего ректора. Пренебрежительная усмешка на её по-прежнему красивом лице постепенно сменилась сначала удивлением, а потом чем-то, отдалённо напоминающим уважение.
– К тому же, – продолжал Тео, – так как Академия будет не совсем обычная, к нам будут приезжать и гости из других Академий, и его величество, и родители студентов. И представьте, что о нас будут говорить и думать, если мы не будем соответствовать самым высоким стандартам? Хотите стать посмешищем? Вот и я не хочу. А сам я, к сожалению, не слишком хорошо разбираюсь во всех этих делах и вполне могу сесть в лужу, если можно так сказать. Как-то вот так…
Высказавшись, Тео вопросительно взглянул на своих пока ещё немногочисленных соратников: Биэль хмурился, но не возражал, Харви кивнул, а Кеннет, перелетев на ветку и повиснув вниз головой, задумчиво сказал:
– Как ни странно, Тео, ты прав в каждом слове. Если мы станем позиционировать себя как учебное заведение средней руки, где можно увидеть ректора – прости, Тео, – во вчерашней рубашке, в углах паутина, а в саду дорожки выметены кое-как, к нам и относиться станут так же. И ничегошеньки из твоей затеи не получится.
– Я возьму на себя нелёгкий труд по приведению замка и его обитателей в приличный вид, – с видом вдовствующей королевы проговорила леди Матильда, – но это потребует времени, сил, помощников и денег. Много денег, господин будущий ректор.
– Финансы – самая меньшая из проблем, леди Матильда, – Тео вежливо поклонился новой домоправительнице, и она вдруг ответила ему тёплой, какой-то почти материнской улыбкой, впрочем, тут же спрятав её за маской холодной сдержанности.
– Какую плату вы попросите? Давайте договоримся сразу, – Тео хотел почесать в затылке, но посмотрел на леди Матильду и благоразумно решил воздержаться. Его порыв не остался незамеченным, и будущий ректор был вознаграждён одобрительным кивком.
– У меня достаточно странная просьба, – дрогнувшим голосом ответила леди, – когда я жила здесь, ещё при первых хозяевах, у меня была воспитанница… Её нет среди ни среди мёртвых, ни среди призраков, мы с капитаном Харви всё обыскали. Я вижу, что вы некромант, и если вы поможете мне найти мою Изабель, то я буду считать, что мы в расчёте.
– То есть вы знали всех первых хозяев замка? – Тео покосился на хмурого Биэля. – А почему мне показалось, что вы незнакомы с Биэлем? Я ошибся?
Леди Матильда неодобрительно покосилась в сторону окончательно помрачневшего демона и пожала полными плечами:
– Я не сказала, что не знаю его, но то, что и в посмертии я вынуждена буду наблюдать эту не отягощённую интеллектом рогатую физиономию, меня не слишком радует.
– Чем же прогневал вас Биэль? – Тео категорически не хотелось, чтобы между его будущими сотрудниками, его опорой и надеждой, оставались столетиями не разрешённые конфликты.
– Он учил мою девочку совершенно неподходящими юной леди вещам! – воскликнула леди Матильда и, взглянув на вытянувшееся лицо Тео, добавила. – Я вовсе не о том, о чём вы, господин будущий ректор, подумали! Он учил её метать кинжалы, ездить в мужском седле, стрелять из арбалета! И это мою крошку, ещё совсем ребёнка!
– Ваша крошка, леди Матильда, была не только всеобщей любимицей, но и перспективным магом, – пророкотал снова надевший шлем Биэль, – и её интересовали не только ваши менуэты и рюшечки с оборочками.
– Просите иную оплату, леди Матильда, – сказал Тео и, увидев, как сразу осунулось лицо леди Матильды, поспешил добавить, – не потому что я не могу выполнить вашу просьбу, а потому что мне не нужно искать Изабель, я знаю, где она. Это было бы нечестно с моей стороны.
– Знаете? – она подалась вперёд, и глаза засверкали так, словно немолодая леди была не призраком, а живым человеком.
– Изабель стала душой замка, – негромко сказал Тео, и леди Матильда вскрикнула и схватилась за сердце, – я уже познакомился с ней.
– А я так надеялась, что Генрих успел её спрятать, и она осталась жива, – прошептала леди и спрятала лицо в ладонях. – Я могу её увидеть?
– Конечно, – Тео мельком взглянул на закаменевшего Биэля и закрыл глаза, сосредоточившись на призыве. Зайка откликнулась моментально, и Тео передал ей образы леди Матильды и Биэля. Ответная эмоциональная волна чуть не сбила его с ног, и в нескольких шагах от замерших в ожидании живых и мёртвых существ воздух сгустился в облачко, из которого шагнула Зайка.
Увидев леди Матильду, она просияла и бросилась к ней, обхватив тонкими ручками и прижавшись щекой. Суровая леди даже не пыталась скрыть слёзы, прочертившие сверкающие дорожки по её щекам, и лишь бережно гладила светлые локоны девочки.
Пока Зайка обнимала леди Матильду, Биэль стоял молча, словно изваяние, но потом медленно снял шлем. Изабель оторвалась от своей воспитательницы и подошла к огромному демону. Биэль побледнел ещё больше, насколько это вообще возможно для призрака, и шагнул ей навстречу. Опустившись на колено, он всматривался в посерьёзневшее лицо Зайки, словно пытался прочесть ответы на какое-то незаданные вопросы.