Александра Селиванова – Заклинательница (страница 2)

Но сперва информация, а уже потом – еда! Хотя мое вечное желание как следует поесть и было со мной не согласно.

– Где я? – строго спросила я её.

– У господина Альерона, – тихим дрожащим голоском отозвалась девчушка.

Великий Руаг, такую не допрашивать, а успокоить и откормить хотелось… Но рано. Я пока ещё ничего не поняла.

– Кто это такой? – продолжила я. – Почему я здесь насильно? И зачем это платье? Где мои вещи и когда меня отпустят?!

Девочка состроила совсем уж испуганное выражение личика и потупила глазки. Значит, дела мои очень плохи.

– Тебя не отпустят… – тихо шепнула она, и поднос в её руках задрожал. – Ты же въехала одна в город, а значит теперь ты – собственность господина Альерона… Сегодня днем тебя продадут на невольничьем рынке.

Какой-какой, к демонам, рынок?!

Я так и села. Повезло, что на диван, а не на пол.

– Что ты сказала? – переспросила я, впервые молясь богам, чтобы у меня начались проблемы со слухом. – Какой рынок?

– Ну не продуктовый же, – настороженно хмыкнула девчушка.

– Но я ведь не невольница! – возмутилась я. Гнев вспыхнул снова. – Я свободная женщина из соседнего королевства!

Девушка снова осторожно и испуганно глянула на меня.

– Вас должны были предупредить, что женщинам нельзя въезжать в Виару в одиночестве… Обязательно нужна мужская компания, хотя бы проехать через площадь…

А я вспомнила. В этот момент я вспомнила. Его Величество ведь действительно об этом мне говорил! Предупреждал! Даже несколько раз, а я только огрызалась, мол, услышала уже…

Демоны, какая же я идиотка!

И ведь ещё тогда я подумала, что мне ни к чему сопровождение. Поэтому и позволила себе забыть то, о чем меня так настойчиво предупреждали.

Очередной привет от моей гордыни, которая слишком вытеснила разум в тот миг. Интересно, чем придется платить за это проявление моих темных сторон?

– Тем не менее, я здесь по ошибке, – процедила я, пока ещё умудряясь сдерживать свою ярость. – У меня есть дела, важные. Мне нужно идти.

– Господин Альерон никого не выпускает, – прошелестела девушка, поставив поднос с едой прямо на пол. – Поешь, тебе нужны будут силы…

Та-а-а-ак… переходим к запасному плану.

– Кто меня переодевал? – я сумела перехватить взгляд огромных глаз.

Девчонка вздрогнула.

– Я…

– И что, после того, что ты увидела, нет мыслей, что я нужна явно не на рынке?!

Моя собеседница лишь голову опустила.

– Таков приказ господина Альерона…

Черт бы его подрал, кто это такой?! За эти пару минут он вызвал у меня столько ярости, сколько я за раз давно не испытывала. И, сдается мне, при личной встрече я ему что-нибудь или сломаю, или оторву!

– Я хочу его увидеть! – я снова вскочила на ноги, но…

Девчонка шустро выбежала за дверь, захлопнула её и заперла! Только после этого из-за двери донеслось её “не положено!”. А куда положить-то?!

Я зло выругалась и уселась прямо на пол. Чистота платья, которое я не желала на себе видеть, меня не волновала. Стараясь думать о нем как можно меньше, я позволила себе наесться до отвала. Еда хоть и была простой – лепешки, сыр, фрукты, – но её было довольно много. А мне только того и надо! Поесть я любила.

Правда, когда поднос опустел, снова вернулась злость. Явно несколько часов я ходила по кругу в этой комнатке, которую начинала уже ненавидеть, и терпела из последних сил. Девчонка говорила, что меня продадут днем… Как понять, сколько осталось ждать, если в маленькое зарешеченное окошко толком ничего не видно?

Я пыталась использовать свой дар, призвать на помощь хоть кого-то… Но блокаторы были слишком надежными. Нет, надеяться на чудо было глупо. Нужно было выбираться самой…

Но увы, я дождалась только охранников – мрачных массивных мужчин, которые лишь похабно улыбнулись, рассматривая меня, а после вытащили на улицу. Увы, в прямом бою против таких соперников я была слишком слаба. Пришлось терпеть преобладание грубой силы.

Меня протащили по коридору, такому же невзрачному и полузаброшенному, как комната, в которой меня держали. Оказавшись на свежем воздухе, я жадно огляделась, но увы! Ничего и никого знакомого рядом не было.

Что ж, кажется, мне надо было искать спасения в том, кто меня купит.

Меня усадили на длинную скамейку, около ещё семерых девушек. Три из них были мрачными и подавленными, а четыре – словно равнодушные к происходящему. Гнева, подобному тому, что кипел в моей груди, я не заметила ни у одной.

– Тоже не местная? – лениво спросила меня соседка. Она была блондинкой, довольно милой, если бы бесстрастное и мертвое выражение лица.

– Заметно? – огрызнулась я.

– Слишком много эмоций, – она пожала плечами. – Все приезжие так реагируют.

– Если ты местная, как попала сюда?

Информация не бывает лишней! А пока блондинка рассказывает историю своей жизни – наверняка невеселую, – можно оглядеться как следует.

– Отец отдал, – коротко отозвалась девушка.

Слишком коротко для того, чтобы у меня было время поглазеть по сторонам.

Я глянула на блондинку, но она казалась совсем не задетой действиями родственника. Или делала вид, что не задета. Меня всегда удивляла способность людей скрывать свои чувства. Мне это с юности не удавалось, да и смысла я в том не видела.

Что ж, раз девчонка равнодушна к теме, я не собиралась любезничать и выражать ненужное сочувствие.

– Ясно, – только и сказала я.

Махнув рукой на осторожность, я стала пристально осматриваться. Территория невольничьего рынка, чтоб ему сгореть, была ограждена невысоким деревянным забором, за которым без труда просматривалась широкая пустая улица. Будь я в брюках, без труда перемахнула бы через ограду. Но вот куда идти без вещей и с блокаторами на руках?.. Нет, мне нужно получить всё обратно и освободить свой дар.

Пока я размышляла о том, что побег для меня – дело привлекательное, но бесполезное, к нам с правой стороны улицы подошел невысокий, но очень полный мужчина. Обменявшись с кем-то за скамьей несколькими словами, он бросил туда же несколько ярко блеснувших золотых монет.

Я обернулась назад. За нашими спинами стояло несколько молодых мужчин, довольно крупных, вроде тех, кто притащил меня сюда из той комнатушки, а рядом с ними – ещё один, лет 40, тощий и высокий, с подхалимской улыбкой и лысиной. Именно он принял деньги от толстяка.

Он с одного взгляда вызывал желание пустить ему кровь.

– Это он этот ваш… господин Альерон? – поинтересовалась я, не скрывая своих далеко не теплых чувств.

Моя соседка, не оглядываясь, пожала плечами.

– Никто не знает, как он выглядит.

Я в ответ чихнула. Видимо, всё же недостаточно привыкла к местному воздуху. Да уж, пока я не въехала в город, все мои проблемы ограничивались лишь “эпидемией”… теперь бы до неё добраться.

Я тряхнула головой и снова обратила внимание на происходящее. Толстяк небрежно схватил за шею одну из сидящих на скамье девушек – рыжую, сидевшую с другого края, – и потащил за собой. От того, как покорно она пошла за своим “владельцем”, мне хотелось зарычать.

Как бы найти того, кто захочет меня потом отпустить?

Словно в ответ на мои мысли, из-за поворота с левой стороны появился парень. Довольно высокий и ладный, темноволосый. Он шел, глядя на листы бумаги в своих руках, но меня зацепила его походка. Какая-то очень плавная и изящная, с неестественной грацией и красотой.

А потом он поднял голову. И часть меня, та, что всегда ищет в мужчинах удовольствие, тут же потянулась к нему: он был действительно хорош собой. Но после фееричного прокола с блондином на въезде рисковать снова не хотелось. Зато другая часть моей сущности залипла на том, как он нахмурился и поджал губы, затем снова резким движением уткнувшись в бумажки.

Хм… Ему не нравится невольничий рынок? Может быть, это мой шанс вырваться отсюда, если парень пожелает помочь?

– Эй, – я ещё раз пихнула соседку локтем и указала на темноволосого парня, – кто это?

Блондинка лениво посмотрела на парня и чуть вздохнула. От усталости, что ли?

– Это Цалион Шиварри, сын генерала Шиварри.

Я вскинула бровь, прося продолжить представление. Чем-то же он известен, раз девушка так быстро и без тени сомнений назвала его имя. Да и, видимо, этот неизвестный мне пока генерал имеет значение в этом чудном городке.

– Он основной противник существования рынка. Но безуспешно, конечно. Уже три года ничего сделать не может, рынок же принцем контролируется.