Александра Салиева – Сводные. Разреши любить (страница 14)
– А вот это неудачненько, да, – согласилась я с ним. – А так могла бы ему приказывать, как старшая. А вообще, давай, правда, отправим меня в общежитие, а? – уставилась на папу жалобным взглядом. – Ну, зачем мне обязательно жить здесь? Нет, я помню, что сама на это согласилась, но… может, не надо?
– Надо, – непреклонно произнёс папа. – Пусть привыкают.
– К чему им надо привыкать? На расстоянии тоже можно привыкать, в конце концов.
На меня посмотрели, как на глупышку.
– К тому, что ты у меня есть, – снисходительно фыркнул и щёлкнул меня по носу.
Шутливо стукнула его по ладони и потёрла потревоженную часть тела.
– Вот и ты у меня тоже драчунья, – «обиделся» родитель.
– Ну, как мама не скажет, дочь вся в отца, так что ничего не знаю, – показала ему язык.
В этот момент вернулась девушка, которую отправляли наводить порядок, и которая за обедом проявляла однозначный интерес к Мстиславу. Внутри снова заворочалось нечто тёмное и нехорошее. Но виду я не подала. В конце концов, девушка не виновата в том, что я тоже заинтересована в брюнете. Тут же одарила себя мысленным подзатыльником, напомнив себе о том, что это вообще-то мой родной брат и думать о нём в подобном ключе нельзя. А то, что было вчера и сегодня… ну, ошибки совершают все, тем более, на почве незнания. Хотя и это не освобождает от ответственности. Хорошо, что наше общение не успело зайти слишком далеко! Вот где была бы проблема. А от поцелуев ещё никто умирал… наверное…
– Всё готово, Вячеслав Николаевич, – сообщила тем временем девушка.
– Спасибо, Мариша, – кивнул отец. – Ну что, возвращаем тебя в твою обитель девичьей скорби? – обратился уже ко мне. – Мне вставать рано, – повинился следом.
Я на это только тяжело вздохнула и, согласно кивнув, первая направилась на выход из кухни. Папа проводил до комнаты, поцеловал привычно в лоб и оставил одну.
В спальне, и правда, больше не было и намёка на беспорядок. Лишь пробитая дверь, отсутствующая настольная лампа, да трещина на ноутбуке напоминали о произошедшем. Техника, к слову, моё буйство пережила, что несказанно порадовало, учитывая, что большая часть работы у меня хранилась на нём. Так что спать я легла с ещё большим спокойствием на душе. И даже завтрак не проспала, а вот Мстислава на нём не было. Спрашивать о нём тоже не стала. Не моё это дело. К тому же, у меня были занятия поважнее – подготовка к собеседованию, чем я и занималась весь день. К вечеру в голове, кроме цифр, ничего не осталось, и на ужин я шла, мало что понимая, с одним-единственным желанием – упасть, закрыть глаза и забыться сном хоть ненадолго.
В столовой, как и утром, царила нехорошая тишина. Напряжение витало в воздухе слишком отчётливо. Регина поддерживала образ непробиваемого камня. Нервозность выдавали лишь редкие косые взгляды, бросаемые на Мстислава, когда она думала, что никто не видит. Её явно беспокоило состояние сына, которого, в свою очередь, совершенно ничего не волновало. Он приветливо улыбнулся каждой из работниц, что обслуживали нас во время ужина. Да и поза выглядела расслабленной. Слишком даже. Локоть вольготно лежал на спинке стула, а сам брюнет сидел полубоком. Большую часть трапезы он беззаботно обсуждал с отцом эскиз какого-то моста, который, как я поняла, компания родителя собиралась возводить в следующем году.
– Всё, меня нет. Буду ближе к полуночи, – выдал он в довершение, по окончанию ужина.
В карих глазах мачехи вспыхнуло явное неодобрение, но она смолчала. В отличие от отца.
– И далеко собрался?
Мстислав неопределённо пожал плечами.
– Савелий вернулся из Эмиратов, пообщаемся, давно не виделись.
– Да? – хмыкнул с какой-то неопределённой эмоцией родитель. – Ну, тогда и Ульяну с собой возьми. Пусть с соседями познакомится. Не всё взаперти ей сидеть.
Ульяна в моём лице подавилась десертом и закашлялась от такого неожиданного заявления. А ещё тут же представила эту прогулочку с… братиком.
Вот уж нет! Не надо мне такого счастья! Тем более, этот самый братик тоже не рад подобному повороту. Вон каким мрачным взглядом одарил отца.
– Может, лучше в другой раз?
– Почему в другой? – удивился отец. – Чем тебе этот не подходит?
И с такой заинтересованностью на него уставился…
Братец всю былую благодушность окончательно растерял, левую руку сжал в кулак. Но отказываться и дальше не стал.
– Ладно, – произнёс сквозь зубы. – Жду в машине. Не копайся долго, – бросил уже мне, на ходу.
– Не жди. Я не пойду, – отозвалась я ему вслед и обратилась уже к отцу. – Пап, у меня вообще-то завтра первое собеседование. Мне выспаться надо, – произнесла с нажимом.
В ответ меня одарили красноречивым взглядом в стиле «делай, как сказано, не задавай лишних вопросов».
– А-а! – готова была биться лбом о стол. – Вы бы с матерью определились, что ли, дома должна сидеть ваша дочь или всё же гулять. А то, что ни день, то новые установки. Не пойду, сказала! – упрямо поджала губы, сложив руки на груди.
– Я тоже считаю, что нечего ей делать в компании взбалмошных мальчишек, – вставила Регина.
– Вот! – подхватила я. – Умная женщина истину глаголит! Слушайся её!
И сама не верила в то, что сказала нечто подобное.
Умная женщина, похоже, никакой подоплёки не различила. Ну, или старательно сделала вид, что так и есть. Гордо вздёрнула подбородок, бросив на своего мужа победный взгляд. Тот… Не, не проникся.
– Так, кто в доме старший? – показательно грозно нахмурился. – Сказал: быстро идти гулять – значит: вали, не беси меня, мелкая!
Ещё и кулаком мне погрозил.
Вот тут я совсем растерялась.
– Да почему сразу с ним? Я тогда лучше с Иркой погуляю.
– Потому что если будешь рядом с братом, я буду уверен, что с тобой будет всё в порядке и никто тебя не обидит, – по-прежнему стоял на своём отец. – И уж точно домой не явишься только под утро с, – тут он запнулся, указательным пальцем обрисовав область шеи в районе сонной артерии, – последствиями того, чем ты там занималась непонятно с кем, – проворчал недовольно.
Невольно потянулась к горлу майки, чтобы скрыть последствия несдержанности… брата.
Бли-ин, это же надо было влипнуть в такую ситуацию!
– Поцелуи, пап. Это называется поцелуями. И знаешь, ты поинтересуйся на досуге у мамы, сколько раз её вызывали в школу за драки с моим участием, – только и сказала я, сдаваясь. – Так что, это ещё вопрос, кто кого обидит и будет защищать.
– Только Мстислава не бей, а, боевая моя?
– Не, я, конечно, могу, но отпечаток в моей двери слишком показательно выглядит. А мне моя шкурка ещё дорога хотя бы как память, – хмыкнула я на это.
Папа ничего не сказал, только рукой отмахнулся в явном намеке: «Изыди уже!»
– И не говори, что я тебя не предупреждала, – бросила напоследок, поцеловала его в щёку и отправилась переодеваться.
Шорты с футболкой сменились коротким простеньким вишнёвым платьем с кружевом поверх основной ткани, без рукавов и широкой юбкой. Волосы я распустила. Краситься не стала, лишь тушью тронула ресницы, да на губы прозрачный блеск нанесла. Хватит. А то подумают ещё некоторые, что я для них старалась…
Глава 8
Когда я вышла из дома, Мстислав действительно всё ещё меня дожидался, опираясь на капот своего красного шевроле камаро, сложив руки на груди.
– Ничего другого, попроще, надеть не могла? – поморщился он, оценив мой внешний вид, и направился к дверце с водительской стороны.
– Да куда уж проще, – пробубнила себе под нос.
– Обязательно надо постоянно ходить в таких юбках, которые еле-еле задницу прикрывают и вообще мало что скрывают, – проворчал, усаживаясь за руль.
Уставилась на него с удивлением, а после перевела взгляд на подол собственного наряда, достигающего аж колен. Интересные у него критерии. А ещё вспомнила, что я, вроде как, им поигралась и всё такое…
В общем, сам напросился!
– А что такого,
– Бесишь.
Камаро сорвался с места на высоких оборотах…
Больше, чем уже есть, провоцировать не стала. Самой себя удержать бы в руках, а то сердце никак не желало униматься, отбивая чечётку. И вот вроде между нами и расстояние было, и окна открыты, но мне с каждым мгновением всё меньше хватало воздуха. Кровь так и вовсе по ощущениям вскипела. Хотелось стащить с себя это дурацкое платье. И не только его. А ещё прижаться к сидящему рядом.
Чёрт! Зря я на это подписалась! Очень-очень зря! Не закончится это всё ничем хорошим. Или я сама себе мозг вынесу, или он меня добьёт своим безразличием и бешенством.
А автомобиль всё мчался и мчался…
Мы пересекли половину городу, оказавшись по итогу на противоположной его окраине (кажется, папочка сильно погорячился, когда называл приятелей Мстислава соседями). Припарковались около небольшого двухэтажного здания с синей неоновой вывеской, обозначающей название ночного клуба.
– Значит так, – соизволил заговорить Мстислав, разворачиваясь ко мне, и достал свой телефон, с которого зашёл в чужой социальный аккаунт, который по итогу продемонстрировал. – Это Савелий, – ткнул пальцем в светловолосового парня на фоне морской бирюзы. – Милый добрый парень, ботаник с коллекцией самолётиков и огромным самомнением. Весь вечер будет рассказывать тебе о том, какое блестящее будущее его ждёт и о том, как шикарно в Дубае, откуда он вернётся, кстати, только завтра, – пролистал несколько фотографий ниже, остановился на том же парне, но в обнимку с девушкой в больших прямоугольных очках. – Это Аня – его пассия. Разговаривает мало, по большей части смотрит ему в рот и восторгается его речами, – прокрутил на другой снимок. – Это Михалыч, то есть Костя, – назвал новое имя. – Довольно нормальный парень, если не подходить близко. И конкретно тебе, Яна, приближаться к нему я запрещаю. Поняла?