Александра Салиева – Принц крови. Похищенная ночь (страница 6)
— Сказала же, не верну, — проговорила немного запоздало с лёгкостью вывернувшись к мужчине лицом.
В его глазах промелькнул странно-лукавый блеск, исполненный предвкушения, после чего… Да, снова приставать начал. Или душить. Непонятно чего он от меня хотел, а спрашивать я не стала. Снова извернулась, на этот раз оказавшись у него за спиной. Ещё и умыкнула из оружейного пояса один из его шикарных клинков.
Ну, а чего он меня так стойко провоцирует и соблазняет?
Нечего сначала нападать, после чего вообще ничего не делать.
Да ещё и настолько непомерно близко!
Сопротивляться мужчина не стал и тогда, когда я вот уже во второй раз за эту ночь приложила к его горлу опасное остриё. Просто стоял и с самым преспокойным видом ждал, что буду делать дальше.
Вот тут-то мои прежние смутные подозрения планомерно укрепились в очень даже чёткие опасения!
Проверкой на рентабельность которых я и занялась…
Как и предположила, быстренько прирезать мужчину, тем самым освободившись от всяческих кровных уз, а также препятствия в виде заклинания на выходе из храма, — не удалось. На этот раз не по собственной инициативе. И не по воле правителя огненных пустынь Аксартона. Он-то как раз всё ещё напоминал по виду каменное изваяние, с самым сомнительно благожелательным видом предоставив мне возможность экспериментировать сколько влезет. Я и экспериментировала. Да только отправить за Грань привычного мироздания главу рода Эльрилейрдских не смогла, как ни старалась. Собственная рука самым прискорбным образом не слушалась, когда до заветной цели оставалось всего-ничего.
Да что за невезение такое?!
— Ну, а теперь, если ты, наконец, уяснила, что деваться тебе от меня на самом деле некуда, мы вернёмся к тому, с чего начали, — в какой-то момент устал терпеть мои жалкие потуги маг крови, показательно уставившись на всё ещё приставленный к нему меч. — Его называют Шаккар, — дал имя оружию. — Последний, кто держал его в руках, и не являлся мною, долго и мучительно умирал, потому что сталь зачарована исключительно на обладателя, то есть меня, — прозвучало почти в обвинении, наряду с откровенной усмешкой. — Так почему же тогда ты держишь клинок с такой лёгкостью, будто он твой собственный? — замолчал ненадолго, а через короткую паузу добавил убийственно спокойно и вкрадчиво: — Кто ты, женщина?
Ой…
И вот что сказать? Особенно, если говорить правду совершенно противопоказано, а на импровизацию требуется какое-то время?
— Я? — переспросила бестолково. — Я… Ведьма! — призналась гордо.
Просто воины из местного ковена меня уже так называли, да и… вполне безобидные же создания — эти ведьмы. Не гарпией же называться? А на дриаду или фею какую-нибудь я совершенно точно не похожа, к сожалению.
К тому же, озвученная ложь слетела с уст очень легко и в самой глубочайшей искренности, на которую я только оказалась способна.
Даже я самой себе поверила!
А вот маг крови, почему-то — нет.
— Ты не ведьма, — постановил он безоговорочным тоном.
Я даже расстроилась немножечко.
А ведь так старалась изображать правдоподобность!
С другой стороны, может это снова проверка такая?
Вон, с зачарованными клинками, тогда, при первой нашей встрече в его покоях я уже нечто подобное «провалила». И ведь, гад такой, сам же тогда предложил их взять. А значит, рассчитывал, что «неугодная» наложница, как только войдёт в спальню, тут же… помрёт долгой и мучительной смертью? Не знаю, как остальным ощущалось бы на моём месте, но лично мне стало обидно!
— Это почему это я не ведьма? — оскорбилась уже вслух, поджав губы, заодно и на его высказывание ответила.
Мужчина как-то неожиданно миролюбиво улыбнулся. Заметила, потому что он в этот момент лицом ко мне развернулся, между прочим, так и не отодвинув сталь от своей шеи. Наоборот, остриё плавно проехалось по его горлу, хоть и самым странным образом не причинило никакого вреда.
Псих!
В общем, я — в шоке…
А он всё ещё улыбается!
Я — в двойном шоке.
— Мы с тобой тут уже довольно много времени вместе провели, и ты ни разу меня ещё не прокляла, — пояснил маг крови свой предыдущий вывод. — Так что ты — кто угодно, но точно не ведьма, — заключил в повторе, зачем-то продолжая улыбаться по-прежнему с непонятным добродушием.
— Какой смысл мне вас проклинать, если вы всё равно любое проклятие с моей стороны обезвредите? — парировала, сложив руки на груди, отступая от него на шаг назад.
Немного подумала, и дистанцию ещё больше увеличила.
Жаль, тем самым, саму себя обратно вглубь храма загнала.
Но да ладно, лишь бы подальше от этого… умного!
— Если бы мне было по силам воздействие на главу ковена магов крови, я бы и прежде особо стараться не стала, — припомнила вид нашего с ним предыдущего времяпровождения. — Усыпила бы вас сонным зельем, да и всё. Но на вас же защита стоит. И яды тоже не берут, насколько знаю, — хмыкнула, сконцентрировавшись на клинке, который оставался по-прежнему со мной.
Шаккар, значит…
Интересно, а другой как называют?
— Верно, — не стал отрицать Амитиас. — Тут ты не прогадала, — прозвучало больше в издёвке, чем в похвале.
Ага, тут я всё верно расценила.
А вот с другим…
Эх, знала бы я, что мне всевышние силы настолько жестоко отомстят за грешное желание взять чужое… Получше бы подготовилась!
Но, поскольку оправдываться я терпеть не могу, лишь пожала плечами, не считая нужным обсуждать свои ошибки.
— Скоро рассвет, — порадовал меня между тем сменой направления разговора собеседник. — Верни похищенную ночь, Фрейя. Или она убьёт тебя.
Ан, нет…
Рановато я радоваться начала!
Ко всему прочему, самым подлым образом, будто в подтверждение чужих слов, в районе солнечного сплетения противно запекло, а по венам словно жидкое пламя пустили. Моментально бросило в жар. Пришлось вдохнуть глубже и ненадолго прикрыть глаза, дабы унять свербящую изнутри отдачу от начала разрушения защитного покрова, отделяющего чистейшее проявление огненной стихии от реальности.
Высвобожденная из артефакта сила, которую я использовала для защиты от пагубного воздействия мощи цветка, как и упоминал маг крови, действительно была зациклена на мне. Это являлось своеобразной мерой предосторожности: чтоб уж наверняка с таким трудом раздобытую ценность никто не смог у меня позаимствовать, как до этого сделала я сама — не зря Амитиас Адальстейн Эльрилейрдский в данный момент был вынужден лишь просить, и никак не мог отобрать у меня необходимое ему самостоятельно. Впрочем, насчёт «просить» я погорячилась. Поскольку так ничего и не ответила ему, то былая «просьба» переросла в откровенную угрозу.
— Ты умрёшь Фрейя, — мрачно напомнил маг крови. — Уже умираешь. И прекрасно чувствуешь это, — прищурился, смерив меня тяжёлым сканирующим взглядом. — Защита окончательно истончится совсем скоро. С учётом того, сколько времени ты подавляешь силу стихии, итоговая отдача будет очень масштабна. И тогда не только от тебя самой, даже от этого места, — махнул рукой в неопределённом жесте, — ничего прежнего не останется. Не глупи, девочка. Оно того не стоит. Верни цветок, пока не слишком поздно, — прозвучало в откровенном упрёке. — Если будешь упрямиться и дальше, не только сама погибнешь, но вместе с собой заберёшь множество других жизней.
А вот тут он ошибался!
Очень жестоко…
Но я ему об этом не скажу.
— Вы правы, — согласилась с ним на свой лад. — Если защита истончится, умру не только я одна. Если не вы сами, то ваш народ умрёт вместе со мной, — бросила откровенным вызовом. — Но ведь великий правитель, хранящий огненные пустыни Аксартона не может этого допустить, правильно? — спросила, хотя ответа и не ждала вовсе. — Отпустите меня. И тогда никто в вашем мире не пострадает, — выдала в довершение гордо и решительно.
И да, это ультиматум!
К тому же, не оставляющий особого времени на раздумья…
Зацикленная на мне защита продолжала таять. Намного быстрей, нежели хотелось бы. Очевидно, маг крови с абсолютной точностью умудрился рассчитать оставшееся время. До восхода солнца оставалось совсем немного.
Тёмное небо Аксартона наполнялось рассветными красками. И вместе с тем не только мне одной становилось непреодолимо жарко.
Сама атмосфера постепенно раскалялась. Кислород буквально выжигал лёгкие при каждом новом вздохе. Уверена, не я одна это чувствовала, судя по напряжению, исходящему от мужчины.
Правда, если я уже едва держалась на ногах, с каждым проходящим мгновением прикладывая всё больше и больше усилий, чтобы не рухнуть на колени, то вот он… всё ещё обдумывал мои слова.
И, почему-то с принятием решения не спешил.
И вот кто из нас двоих тут действительно упрямый?
Чтоб его Хела… всяко разно.
Целую вечность!
— Всего одна похищенная ночь, Амитиас Адальстейн Эльрилейрдский, — напомнила о своём условии. — Не так уж и много за сохранение мира в вашем измерении. Могу даже пообещать, что никто никогда не узнает об этом.
Слова давались с превеликим трудом. Мало того, что у мага крови имя трудновыговариваемое, так ещё и собственные силы стали подлейшим образом меня покидать. Я даже клинок выронила. А ещё вынужденно стащила с себя сумку, оставив ту валяться на полу. Слишком уж тяжелой стала казаться ноша. Буквально душила. Впрочем, без неё задыхаться меньше я не стала. Однако и не зря я всё-таки это сделала, ибо вскоре тканное изделие банально истлело и превратилось в пепел, не выдержав жара огненного цветка.