Александра Руда – Выбор (страница 34)

– Ольгерда! – обрадовалась мама. – Как хорошо, что мы встретились! Мы на денек выбрались, хотели остаться еще, но в гостиницах все номера заняты. Мы как раз с девочками обновляем гардероб. И тебе не мешало бы одеться поприличнее, все-таки ты уже совсем скоро станешь дипломированной магичкой!

– Да, – уныло согласилась я. Мое понятие «одеться поприличнее» от маминого очень отличалось.

– Дай денег, – дернули сзади меня за юбку.

– Не дам, – как можно тверже сказала я, не оборачиваясь.

– Тебе что, для родных сестер жалко? – заныли младшие.

– У меня нет.

– Ты всегда так говоришь, а у тебя всегда есть! Как старшая сестра, ты должна поддерживать младших.

– Всех, кому должна, я прощаю, – милостиво кивнула я.

– Ты умеешь левитировать вещи? – спросил у меня папа.

– Нет, – призналась я.

– И чему вас там в Университете учат? – пробурчал папа, вытирая пот.

– Если ты прикроешь мое исчезновение, я тебе облегчу жизнь, – предложила я.

Папа согласился. Остановившись у ближайшей лавки артефактов, я купила несколько вещичек, облегчающих вес тяжелых покупок, – подобными предметами запаслись практически все торговцы на ярмарке, предлагая их по двойной цене своим клиентам. Но в специализированной лавке я могла их купить за бесценок, намекнув, что я специалист. Я отдала свои приобретения папе, объяснила, как с ними обращаться, и затерялась в толпе. Потеряв из виду семейство, я сосредоточилась, сжав в руке маленький артефакт – определитель местонахождения. Вторая часть артефакта мною была прицеплена к папиной одежде. Он был слабенький, работал на небольшие расстояния, но уберечь меня от еще одной нежданной встречи с любящими родственниками был в состоянии.

Отто я нашла в одном из летних кафе, спокойно накачивающегося пивом в компании с Трохимом и Васом, своим соседом по общежитию.

– Ага! – сурово сказала я, присаживаясь за их столик.

– А что я? – сразу стал оправдываться полугном. – Можно подумать, если бы я попросил тебя пройтись с моими сестрами по рынку, ты бы согласилась.

Нельзя было не признать правоту лучшего друга, поэтому я только тяжело вздохнула, заказывая себе пиво. Трохим углубился в программку развлекательных мероприятий.

– О! Сегодня будет турнир! Победитель получит денежный приз и ювелирное изделие торгового дома Фонбеков.

– Что-то я о таком и не слышала.

– Я знаю этот торговый дом, он гномам принадлежит, – сказал Отто. – У них замечательные украшения и очень дорогие. Фонбеки как раз собираются выходить на наш рынок, видимо, решили устроить рекламную кампанию. Я буду участвовать в турнире. Какой вид оружия?

– Подушки.

Полугном сразу поскучнел, но, поразмыслив, воспрянул духом:

– Ола…

– И не думай! Я не собираюсь драться на подушках! Я никогда в жизни этого не делала и не буду выставлять себя на позорище!

– Ничего, я знаю секрет, как победить, – сказал Трохим, потирая руки. – Тебе обязательно надо поучаствовать.

– Да, выйдет против меня какой-нибудь тролль, и останутся от меня рожки да ножки.

– Ножек не останется, – «утешил» Трохим. – Тролль с удовольствием ими подзакусит.

– Не слушай его, – сказал Отто. – В турнире две категории – женская и мужская. Ты знаешь, что минимальная цена украшения от Фонбеков – пять золотых?

– Ого, – сказала я, представляя, как выгодно такое дорогое украшение будет на мне смотреться.

– Значит, согласна, – с удовольствием заключил Трохим. – Тогда не пей и отдыхай. Соревнование вечером. Кстати, на допинг проверять не будут, ты это учти.

– Я допинг употреблять не буду, – ответила я. – Выпьешь микстурку, а она и перестанет действовать в самый неподходящий момент.

– А ты подороже снадобье купи.

– Буду я еще на такую ерунду деньги тратить, ты же секрет знаешь. И что мне вообще там нужно делать?

– Двое дерущихся становятся на широкую доску, стоящую на двух бочках. Проигрывает упавший с доски. Секрет победы прост: не смеяться, уклоняться от ударов, поменьше замахиваться, чтобы сила инерции не свалила с доски.

– Какая еще сила инерции? Подушки же легкие!

– Это тебе только кажется, что легкие. На самом деле стандартная подушка не такая уж и легкая, тем более что замахнуться подушкой – это тебе не мечом замахнуться. Мечом куда легче.

Я вспомнила свои замахи мечом и решила, что хуже уже не будет. Поэтому я с легким сердцем договорилась встретиться со своей группой поддержки, которую обещал собрать Трохим вечером, и мы с Отто отправились инспектировать лавки артефактов.

Солнце клонилось к закату. Мы направлялись к ближайшему кабачку перекусить, довольные собой донельзя – на одном из лотков я заприметила довольно дорогой и качественно сделанный артефакт. Продавался он за сущие гроши, потому как был сломан. Убедившись, что поломка незначительная, мы купили вещь, прикидывая, сколько серебрушек заработаем на перепродаже после ремонта. К тому же торговец оказался обладателем клада, ценности которого он не понимал, – он скопил целую коллекцию поломанных артефактов, которые сбывал доверчивым крестьянам. Мы купили сразу все, и теперь полугном тащил увесистый мешок с сокровищами, а я прикидывала, как заняться выгодной перепродажей и не попасться на глаза никому из университетского начальства.

– Вы – Ольгерда Ляха? – дернули меня за рукав.

Я с трудом вернулась в окружающую действительность и окинула взглядом говорившего. Передо мной стоял удивительный парень с длинными волосами, заплетенными в эльфийские косички, сплошь покрытый татуировками и пирсингом, одетый в дорогие кожаные штаны гномьей работы.

– Я, – сказала я осторожно. – И что?

– Вы мне должны два золотых.

– Ничего себе! – возмутилась я до глубины души. – Это с какой радости я должна вам такую огромную сумму? Да я вас в первый раз вижу!

– Что случилось? – подошел поближе полугном, перехватывая поудобнее мешок.

– Да этот… пан требует от меня два золотых!

– Я вполне законно требую! – повысил голос парень. – Тария Ляха – ваша сестра?

– Моя, – сказала я мрачно. Вот только узнаю, куда влезла моя младшая, так оттаскаю за косы, что мало не покажется.

– Она сделала у меня татуировку и сказала, что вы заплатите. Что вас все здесь знают. Что вы ответственный человек. Вот расписку написала.

Совершенно ошеломленная, я протянула руку за клочком бумаги. Татуировку? Какую еще татуировку?

– Какую татуировку? – спросил Отто, удивленный не меньше меня.

– Орочью татуировку Зен-Та.

– Что это еще за Зен-Та?

– Татуировка орочьей девушки, означающая, что она готова выйти замуж. Потом, когда девушка замуж выходит, к татуировке добавляется несколько штрихов.

– Готова выйти замуж? – взвыла я. – Какой замуж? Какая татуировка? Вы с ума сошли! Да ей же всего тринадцать лет!

– Мне, главное, чтобы деньги заплатили, – сказал парень. – И могу вас заверить – татуировки я делаю на высшем уровне. Вот реклама! – Он выпятил грудь.

С трудом оторвавшись от рассматривания мускулистой груди, сплошь покрытой рисунками, я прочитала расписку, написанную корявым почерком со всевозможными ошибками. В «Розпиське» говорилось, что Ольгерда Ляха обязана заплатить за Тарию Ляху два золотых, иначе ей грозит долговая тюрьма.

– Ладно, – процедила я, залезая в кошель. – А сколько стоит у вас свести эту татуировку?

– Пять золотых, – довольно ответил парень. – Только это будет очень больно. Не больно – шесть золотых.

– А за четыре вы очень-очень больно сделаете? – спросила я, кипя от злости.

Скрипя зубами, я с помощью артефакта определила местонахождение своего семейства и побежала туда, боясь, что если помедлю, то уже не буду настолько злой. Отто чуть задержался и теперь догонял меня, шумно пыхтя. До расположения семейства я не добралась, по дороге наткнувшись на сестрицу.

Тария вовсю флиртовала с молодым степным орком, спрятавшись в полумраке торговой палатки. Каким чудом я их увидела, я не знаю, но упускать такую возможность не стала.

– Ага! – рявкнула я, разрушая романтическое уединение.

Тария пискнула и спряталась за орка.

– А ну пошел вон! – рявкнула я на него.

– Послушай! – возмутился орк. – Это что такое?