Александра Руда – Родовой кинжал (страница 43)

— Я тоже вспомнила, — сказала воительница. — Уродливый такой дедуган, мелкий-мелкий росточком. Если дочка в него, то она страшненькая должна быть. А мать…

— Тиса, — холодно оборвал Ярослав, — ты говоришь о моем будущем тесте и о моей невесте. Держи язык за зубами.

Девушка посмотрела на капитана с такой тоской и мукой, что мне захотелось обнять ее и как-то приободрить. Но я знала, что гордая воительница ни от кого не примет утешения, и очень уважала ее за это.

— Страшная она или нет, это еще вопрос, — сказал тролль, задумчиво выискивая у себя под ногтями сокровища, — но что старый Крюк очень умен — это факт. Он за свое правление увеличил домен вдвое, и это на границе! Как он договорился с удельными князьками — неизвестно, но я вроде слышал, под его руку просились целыми деревнями. Порядок в домене такой, что мухи в суп падать боятся, потому что в законе это не прописано.

На севере наше королевство граничило с мелкими удельными самостоятельными княжествами. Завоевывать их никто не хотел, хотя огромную территорию княжеств окружали довольно сильные соседи. Но на этой территории уже много веков царила такая анархия, что наши соседи, королевство Ромидон, завоевавшее два удельных княжества, официальными нотами просило считать их незавоеванными. Только избавиться от населения, которое поняло, что в Ромидоне жить лучше, чем в родном княжестве, оказалось куда тяжелее. Свежезавоеванное население с удовольствием обживалось в благополучных городах королевства, продолжая жить по родному порядку, точнее, полному отсутствию оного. Коренные жители стонали и проклинали своего жадного короля, позарившегося на чужое.

Пример Ромидона послужил уроком для всех остальных, и с тех пор никакие границы так хорошо не охранялись, как границы королевств с удельными княжествами. Я слышала, что ломбирские пограничники (в этой стране правил король-параноик) пропахали зону отчуждения и не пускали в королевство даже белок с территории соседнего княжества.

Крюк ассимилировал население прилегавшего к его домену княжества постепенно, когда хитростью, когда мечом и огнем, заставляя подчиняться своим законам. Теперь его домен увеличился в территории вдвое, а Сиятельный вошел во все учебники, и ему даже поставили в столице памятник. Впрочем, памятника я не видела, да и в столице не была, а все остальное мне рассказал учитель.

— У Владетеля Крюка есть еще сын, — сказал эльф, с интересом листавший толстый справочник по благородным семействам. — Женат, есть ребенок.

— Мальчик или девочка? — спросила я.

— Не знаю, тут не написано. Видно, они не публичные люди. А зачем тебе?

— Если девочка и если капитан женится на дочке Крюка, у него будет шанс управлять всем большим доменом. Это если вдруг с сыном старого Крюка что-то случится.

— Я об этом не думаю, — серьезно сказал капитан. — Мне вполне хватит одного домена. Тут с невестой далеко не все понятно.

— Согласится или нет? — полюбопытствовал тролль. — Ты не переживай, ясно, что она согласится. С таким-то отцом! Они там дома, наверное, по струночке ходят и без приказа вздохнуть боятся.

— Нет. Не в этом дело. Ясноцвета пропала, и никто не знает, где она.

— Как это пропала? — удивился эльф. — Разве дочка Сиятельного может так просто взять и пропасть?

— Я тоже думал, что не может, — грустно усмехнулся капитан. — Однако факт остается фактом. Ясноцвета Крюк пропала, и никто не знает, где она находится.

— Так, может, она уже давно мертва? — с надеждой спросила Тиса.

— Нет, на королевском родовом гобелене ее имя не поблекло, — ответил Ярослав.

— Что это значит? — спросила я.

— В большом Тронном зале есть магический гобелен, — объяснил Ярослав. — Как только у Сиятельного рождается ребенок, на нем появляется имя. Ребенок женится — и его имя связывается ниткой с другим именем. Если благородный умирает, его имя в тот же день тускнеет.

— Хорошая у короля шпаргалка, — восхитился эльф.

— И что теперь? Ты не женишься? — спросила Тиса, и в ее глазах загорелась робкая надежда.

— Я получил сегодня утром два сообщения, — сказал Ярослав. — Одно от родителей — что меня обручили с этой Ясноцветой. Другое — от старого Крюка, что его дочь пропала. Он объявил, что нашедший беглянку получает огромное денежное вознаграждение, которое позволит безбедно жить нескольким его поколениям. И предупредил, что последний раз всплеск магии Ясноцветы зафиксировали в домене Сыча.

— Вот это да! — ахнул тролль, пока все остальные с отвисшими челюстями пялились на капитана. — Значит, если мы найдем эту девицу, мы отхватим большой денежный куш! Мечта о собственном племени становится реальностью!

— Ты ее найди сначала, — остудила я его радость.

— А в чем вообще твоя проблема, Ярослав? — продолжал недоумевать эльф. — Тебя обручили, невеста твоя неизвестно где, ты получишь во владение собственный домен… Тогда почему ты мрачный такой?

— Потому что мои родители решили меня обручить, не узнав моего мнения! Потому что я даже не знаю, кто она, эта Ясноцвета Крюк! Потому что женитьба предполагает еще и рождение и воспитание наследников, а как я буду это делать, если моя жена будет мне противна? — взорвался Волк. — Тем более что они знают, что… Неважно что, но они должны были сначала поговорить со мной!

— Почему вы, капитан, сразу думаете о плохом? — миролюбиво спросила я, подавая ему миску с супом, который уже успел свариться, пока мы обсуждали личную жизнь нашего командира. — А вдруг вам невеста понравится?

— Ясноцвете не в кого быть красивой или хотя бы симпатичной, — сказал тролль. — Ты бы видела ее родителей! Папаша — сморчок, мамаша — с лошадиным лицом, серая, как моль.

— Драниш! — укоризненно сказала я. — Ты ведь тоже ее не видел, откуда ты знаешь? Тем более разве красивое лицо — самое главное в жене? Предлагаю вам сосредоточиться на еде, а не обсуждать неведомую девушку. Ведь не от хорошей жизни она пропала! Если бы ее похитили, то родители уже наверняка нашли бы этих разбойников. Значит, она просто сбежала. Может быть, ее тоже не устраивает брак с вами, а, капитан? Вы ведь об этом не думали. Может быть, найдя ее, вы узнаете, что она уже давно нашла другого претендента на свою половину домена, и проблема решится сама собой. А то вы нас своими домыслами просто изводите. И домен вам хочется, и жениться не хочется. Вы уж как-нибудь определитесь.

— Мила права, — поддержал меня эльф. — Роль мрачного и обиженного жизнью существа в нашем сообществе принадлежит… нет, Персик, не смотри на меня с надеждой. Эта роль принадлежит мне, и я не позволю, чтобы эту приятную нишу обиженного занял Ярослав, да еще и по такой ерундовой причине, как женитьба. У меня причин для скорби куда больше.

— Это какие же? — спросил тролль.

— Несовершенство мира! — пафосно заявил Даезаэль. — А некрасивая невеста, к тому же сбежавшая, — это мелочи. Кстати, а вы не подумали о том, что она могла сбежать к Томигосту? Он, как оказалось, личность очень и очень интересная, к такому девушки липнут.

— Откуда бы она его знала? — спросила Тиса, и робкая надежда в ее взгляде окрепла.

— Ну мало ли! На каких-нибудь балах пересекались, что я, сильно разбираюсь в жизни ваших благородных?

— Да, кстати, Ярик! — воодушевился тролль, не желающий расставаться с надеждой о получении денежного вознаграждения. — Томик после смерти мамаши много путешествовал по доменам, там они и могли познакомиться. А потом девица узнала о предстоящей свадьбе, и — фьють! — к любимому.

— Если это так, то не думаю, что Томигост вам ее выдаст и ты сможешь получить деньги, — заметила воительница.

— Мы их поделим, — не сдавался тролль. — Иначе девицу выкрадем и вообще все получим!

— Как бы там ни было, едем обратно, — решил капитан.

Томигоста с компанией молодых девиц мы встретили недалеко от замка. Благородные, видимо, занимались охотой, и наше появление их не обрадовало — фургон распугал всю мелкую дичь. На переговоры отправились капитан с троллем, эльф залез на крышу фургона, чтобы не пропустить зрелища, а мы остались внутри, посадив гнома управлять повозкой.

Как только мы остались вдвоем, Тиса глубоко вздохнула, обмякла на своей постели и зарыдала так, будто в один день потеряла все.

Я знала, что это случится, и со страхом ждала этого момента, так и не придумав нужные слова за то время, пока мы ехали обратно к замку, а Тиса молча сидела и смотрела невидящим взглядом в книжку с грамматическими упражнениями. Да и что, в конце концов, я могла ей сказать? Что все будет хорошо? Что невеста Ярослава не найдется? Или что он решит, что владение доменом не стоит женитьбы на нелюбимой? Но ведь мы обе знали, что Ярослав уступит искушению стать Владетелем, какой бы ни была по характеру и по внешности Ясноцвета Крюк.

Поэтому я просто сидела рядом, гладя Тису по вздрагивающей от рыданий спине, пока слезы не сменились икотой. А потом принесла ей воды в чайнике и помогла напиться.

— Как же я ее ненавижу, — прошипела девушка, обхватив колени руками. — Вот если они ее найдут у Томигоста и заберут с собой, я ее в первую же ночь задушу подушкой, честное слово!

— Я не думаю, что Ярослав оценит этот поступок.

— Зато он на ней не женится!

Да, логика железная, тут не возразишь.

— Тиса, если родители надумали женить капитана, то рано или поздно найдут ему другую жену.