Александра Руда – Грани (страница 59)

– Я и не вмешивался,– сказал демон, поджав губы,– это все людские игры. Я просто определил твоего мужа в надлежащее место в демонической иерархии, вот и все.

– Это твоя была идея – нашествия лунной нежити? – прошипела я.

– Вовсе нет! – возмутился Ёшка.– Не надо мне приписывать людские слабости. Я вообще-то был против! Ты хоть представляешь, какое количество душ через врата проходило? И мы тут, и они там,– он указал вверх,– просто с ног сбились.

– И ничего не сделали,– обвинила я.

– Это было дело рук одной обиженной женщины! – злобно рявкнул демон.– С какой стати нам вмешиваться? Если бы какой-то демоненок хотел план по душам выполнить или у какого-то ангела для небесного хора пары голосов не хватало, мы бы вмешались. А так... Какое отношение имеем мы, Подземные и Небесные Силы к тому, что кто-то кого-то в постель не пустил?

– Тебе известны и такие подробности? – удивилась я.

– Ну да...– неуверенно ответил Ёшка.– Я иногда... неважно.

– Подсматриваешь! – возликовала я.– Ах ты, извращенец!

– А что еще делать тоскливыми вечерами? – огрызнулся он.– Ты думаешь, они там, сверху, тоже безгрешные? Тоже подсматривают, еще как. Просто у них дел больше, к ним в молитвах все же чаще обращаются. Хотя я тоже... ведь у меня своя секта была.

– Да, да, они из-за твоего нежелания жениться вымерли,– кивнула я.

Ёшка разозлился, взмахнул когтистой лапой, и врата оказались ко мне так близко, что на мои пятки повеяло жаром, исходящим из королевства мертвых.

– Нет! – стиснув зубы, прорычала я.– Я не сдамся!

– Давай, умирай уже,– поторопил Ёшка.– За что ты цепляешься?

Пол вдруг наклонился, и я медленно начала въезжать в врата.

Я раньше никогда не боролась за свою жизнь. Я плыла по течению туда, куда оно меня выносило, лишь изредка делая ленивые движения, чтобы не прибило к берегу. Я хотела поступить в Университет, чтобы получить высшее магическое образование. Но сдалась, как только увидела, каких трудов стоит сдать экзамены на желанный факультет, и поступила туда, где было легче всего. Я противостояла обижавшим меня старшекурсникам, но только потому, что профессоров, которые могли ругать за опоздания на лекции, боялась больше. Я выбрала профессию, но только потому, что на этом настояла гномья родня моего лучшего друга, которая даже нашла мне репетитора. Я вышла замуж, но, если говорить откровенно, делала ли я что-то, чтобы завоевать или удержать Иргу? Нет, он упал на меня, как яблоко с дерева на спящего под ним крестьянина. Даже экспедицию по спасению моего мужа организовала не я, а Отто, который вполне мог ограничиться простым сочувствием.

Моя жизнь была легкой и никчемной. Моя душа спала мирным сном, только иногда ворочаясь. Я не тратила душевных сил ни на любовь к родным, у которых появлялась время от времени, чтобы только наесться, никогда не интересуясь их жизнью и проблемами. А я ведь им нужна. Я – дочь и сестра, а не просто нахлебник! Я не тратила много сил на учебу, занимаясь тем, что давалось мне легко. Я не тратила сил даже на любимого человека, не испытывая никогда желания просто сесть и заглянуть ему в душу.

Неужели я так и умру бабочкой-однодневкой?

Нет.

Нет.

Я буду жить, что бы там ни говорили всякие демоны, пусть даже и высшие.

Ради меня Ирга преодолел смертельное заклятие. Уверена, он боялся, что, умерев, не сможет за мной присматривать, и я обязательно куда-нибудь вляпаюсь.

Ради меня Отто пошел на самую большую для гнома жертву – потратил большую сумму на организацию спасательной операции и, не задумываясь, рисковал жизнью. Даже полумертвый от ран и усталости, он вытащил меня из подвала после встречи с демоном.

Ради моей затеи – какие бы еще причины ими ни руководили – Живко, Рон, Трохим и Варсоня согласились рисковать своими жизнями.

Ради меня Беф пошел на противостояние с ректором, не боясь потерять работу, только чтобы уговорить архимагов меня спасти.

Моя мама меня любит. Мои сестры меня любят. Даже моя крошечная племянница – и та улыбается, когда меня видит.

Мой папа ждет, когда я рожу ему внука. Придется его разочаровать.

А для этого мне нужно жить.

И я буду жить.

– Я хочу жить! – закричала я, наконец-то поняв, какая пропасть лежит между «я не хочу умирать» и «я хочу жить».

– Да за что ты целяешься?! – заорал демон.

Внезапно выяснилось, что я держусь за огромный якорь, который медленно, но уверенно тащит меня куда-то наверх.

– Плохо быть демоном,– с горечью сказал мне вслед Ёшка.– Даже ругнуться некем. Но ничего, мы еще увидимся...

Боль пронзила меня насквозь, как червяк прогрызает сладкое яблоко. Я открыла глаза и увидела перед собой чудовище: бледная кожа, глаза с яркими красными бликами, ярко-алый рот с рядами острых белых зубов, длинные уши и абсолютно лысый череп, на котором танцевали зловещий танец тени.

– А-а-а… – прохрипела я, проваливаясь обратно. Да что же это такое! Из огня да в полымя? Стоило избавляться от Ёшки, чтобы попасть в руки вампиру!

– Привет! – радостно воскликнул Ёшка.– Вернулась? Я же говорил, что увидимся. Иди ко мне, моя девочка, у дяди демона тепло и уютно…

– Отстань, противный,– сказала я, чувствуя, как меня поднимают чьи-то ласковые руки.

– Ола, милая, открой глаза,– прошептал мне на ухо голос, немного растягивая гласные. Тот самый голос, от которого у меня всегда бежали мурашки по спине.– Это я, Ирга.

Он прикоснулся к моим губам, словно пытался вдохнуть в меня жизнь.

Я открыла один глаз и, удостоверившись, что передо мной действительно лицо некроманта, освещенное магическими огоньками, открыла второй.

– А где чудовище? – прошептала я.

– Больше не будет никаких чудовищ,– ласково заверил Ирга.– Я с тобой. Теперь ни одно чудовище не посмеет обидеть мою милую.

– Обещаешь? – спросила я.

– Обещаю,– клятвенно заверил меня муж.

Я попыталась пошевелить конечностями, и, хоть и с трудом, мне это удалось. Поддерживаемая Иргой, я медленно села, поморгала, привыкая к свету многочисленных огоньков, и огляделась.

Все мои друзья сидели рядом. На их лицах читалось такое облегчение, что только ради этого стоило жить. Борода Отто напоминала воронье гнездо, а в руках он зажал клочья волос, которым особенно не повезло. Поймав мой взгляд, барон уронил лицо в ладони, Живко широко улыбнулся слегка подрагивающими губами, а Трохим закричал:

– Ура-а-а! – и заплясал по поляне.

Варсоня достал откуда-то из кармана колечко колбасы и стал нервно откусывать от него большие куски, глотая их почти не жуя.

– Мы рады, что ты вернулась, Ольгерда,– сказал Беф немного хриплым голосом.– Ты доставила нам несколько неприятных минут.

– Минут? – проговорила я удивленно. Мне казалось, что прошли часы.

Почувствовав, как Ирга легонько качнул головой, я подняла на него глаза.

– Минут?

– Тш-ш,– сказал он.– Тебе надо отдохнуть. Или ты хочешь совершенно седого мужа?

– Ладно,– пробурчала я.

Живко и барон подняли меня на руки, причем каждый старался прижать меня потеснее. Ирга, судя по всему, не возражал.

При полном молчании собравшихся архимагов меня понесли в лагерь.

– А-а-а-а! – завопила я, увидев недавнее чудовище. Руки моих поклонников ощутимо дрогнули.– Не уроните меня! Это он! Это вампир!

– Ола,– страдальчески сказал за моей спиной наставник,– извинись перед архимагом Саливаниэлем! Именно его целительское искусство помогло тебя спасти.

У меня на этот счет было свое мнение, но я никак не могла отрицать важности наличия живого тела для возвращения туда души.

– Простите,– покаянно сказала я.– Я так и думала, что у вас парик.

Беф тихонько застонал.

– Извините ее,– сказал Ирга,– она немного не в себе.

Эльф поджал губы, но все же кивнул.

При свете огоньков он действительно выглядел старым. Его кожа не была морщинистой, она была натянута на череп так туго, как майка, которую я носила в Лицее и недавно попыталась на себя натянуть, не учтя того, что мои формы с того времени значительно увеличились в объеме. Хотя, возможно, эльф просто отозвал магическую энергию, которую тратил на поддержание своего молодого облика, для того, чтобы спасти меня.

Меня внесли в наш фургон, который когда-то, кажется, еще в прошлой жизни, купил Отто.

– Ей нужно отдохнуть,– сказал Ирга, решительно выгоняя из фургона всех заинтересованных.