Александра Роут – Фрикмур (страница 9)
Он подошел к ней, аккуратно убирая черные слипшиеся волосы с лица. Приподняв ее висячее тело, что кричало уже о настоящей смерти, он отстегнул карабин, как девушка сразу же упала в его руки.
– Тише… – нежно прошептал он, слыша ее тихие всхлипы. – Ты справишься, – Дэмиен опустил ее на пол, не считая нужным дальше идти на помощь в виде сострадания.
Холодные и босые ступни тут же почувствовали неприятную шершавость. Адели упала на манеж, зарываясь носом в коленки. Она словно пыталась скрыться от глаз клоуна, который поведал ей страшную историю о монстрах, что ходят по улицам Шапирро, натягивая на себя почетные человеческие маски.
Дэмиен хмыкнул. Но на его лице больше не было плутовства, усмешек или суровости. Он просто развернулся к ней спиной и ушел, оставив Адели валяться на замусоленной цирковой арене. Увидев вышедшую из-за кулис Луизу, он одобрительно махнул ей головой, чтобы та подошла к детективу.
Луиза молча кивнула и быстрым шагом направилась к девушке, лежавшей в белой смирительной рубашке, что приняла на себя кровавый раствор. Ее голые ноги отдавали синевой, когда еще пятнадцать минут назад были залиты розовой краской, говорящей о здоровом цвете тела. Луиза присела на корточки рядом с Адели, с дикой осторожностью поглаживая ее по голове. Она боялась, что та не сможет спокойно принять свою новую историю жизни, в которой не будет хвалебных отзывов гнилому пастбищу людей.
Мысли Адели были хаотичны. Она металась от своих догадок, связанных с клоуном-убийцей к обычному пониманию на фоне общественного эгоизма. Большой мешок вопросов, на которые она так и не знала ответов, замедлял ее путь. Каждый шаг словно был неправильным и хитроумным, как и игра, которую затеял Дэмиен Мур. Он отрезвлял ее, давая подсказки к собственному провалу. Но также стирал следы своих гнусностей под видом ангельской невиновности, запутывая путь Адели еще больше. Этот клоун, как незримый, но коварный путник, что заставляет прохожих его леса петлять по кругу. Он не даст найти выхода, сведет с ума, а после выйдет из своего грязного озера сухим и чистым, оставив за собой новую жертву в темном лесу.
– Мне очень страшно, Луиза… – прошептала Адели, чувствуя теплую ладонь, что гладила ее липкие черные волосы.
– Страх делает нас сильнее. Пока мы боимся, нам есть куда расти.
Адели натянуто улыбнулась, мысленно ненавидя себя за свои страхи и фобии. Они делают человека уязвимым и неуверенным в себе. Однако циркачка имела совершенно другой посыл: она говорила про глупых людишек, что не боялись Фрикмура.
– Как ты попала в цирк?.. – тихо спросила Адели, смотря в одну точку.
Луиза улыбнулась, посмотрев на купол. Воспоминания о начале цирковой карьеры оставили за собой приятное послевкусие.
– Все началось десять лет назад…
Зимнее солнцестояние маленького городка ударило в окно детского приюта багровым светом. Ветки заснеженного дерева слабо тарабанили по стеклу комнатушки, в которой жили две девочки с одним лицом. Милая и скромная Луиза сидела на подоконнике, смотря вниз на новых прибывших сироток, пока Тиффани лежала на кровати, смотря в потолок, на котором виднелось небольшое розовое пятно от шампанского, что они неудачно открыли в прошлом году на свой пятнадцатый день рождения.
Вот уже как девять лет они жили в новом и мрачном доме для брошенок. И казалось, что все эти девять лет были просто очередным плохим сном или днем, если бы не вечное воспоминание, порушившее две маленькие жизни…
Отец Луизы и Тиффани частенько любил проводить время вне дома, пока его ждали две прекрасные дочурки и красивая светловолосая жена. Девочки были копией своей матери, что порой казалось, в этой семье было трое одинаковых лиц. Мистер Добермаер был отвязным ловеласом, который не заботился о семейных ценностях и тем более о сохранности брака. Неподъемная тяжесть жены, что не могла от него уйти из-за детей, стала еще больше, когда Лили, мать Тиффани и Лиузы, застала своего мужа с любовницей в их постели. Она поступила глупо, кинувшись на предателя с хрустальной и тяжелой вазой. Ведь злость дурманит человека так, что он совсем забывает о последствиях и плачевности непредумышленных событий. В тот вечер пролилась кровь. Лили убила своего мужа, за что села в тюрьму, оставив своих двух дочурок без кормильца. Так в свои семь лет будущие циркачки оказались в приюте для сироток.
Было много семей, что хотели взять двух близняшек к себе. Они вдохновлялись маленькой Луизой, которая была одарена золотыми руками, что шили прекрасные ситцевые платья. Однако ни одна из семей так и не осмелилась взять девочек. Большой проблемой становилась проказница Тиффани, которая не намеривалась приспосабливаться к новому месту обитания и строила козни людям, что пытались помочь ей и ее сестре. Тиффани беспощадно верила, что мама все-таки вернется их забрать. Она кормила доверчивую Луизу сказками и завтраками, вселяя надежду на прошлую жизнь с любимой мамочкой. Но спустя три года, когда девочкам уже стукнуло десять лет, они узнали, что Лили покончила с собой в тюрьме, не в силах простить себя за смерть неверного мужа и дочек, которых она собственными руками обрекла на долгие мучения. Тогда Тиффани закрылась в себе, не проронив ни одного слова. Она молчала почти три года, отвечая только Луизе, но исключительно киванием или покачиванием головой. Пока сама Луиза приняла ответную броню, свойственную своей сестре.
В тринадцать лет, когда Тиффани снова вышла на словесный контакт, Луиза поняла, что сестра изменилась. Из обычной проказницы Тиффани превратилась в настоящую гадину, портящую абсолютно все, что ее окружало. Злость, запоздалое осознание и обида на маму, что окончательно оставила их с сестрой одних, была неугомонна для нее и критична для окружающих. И очень скоро в ее сердце не было места ни для кого, кроме Луизы, за которую она была готова рвать зубами человеческие глотки.
В тот день, когда зимнее солнце осело, а заснеженный лес принял на себя тьму, Тиффани уговорила Луизу бежать из приюта. Темной ночью, когда все сироты приюта заснули, девочки вылезли в окно, смастерив своеобразный жгут из белых простыней, которые должны были им помочь в побеге. Шум сирен, толпы охранников приюта и даже звон в ушах от бешеного страха не остановили Тиффани, что схватила Луизу за руку и потащила в лес, скрываясь от глаз наблюдателей приюта.
Три дня они бродили в лесу в поиске еды и крова, но все было безуспешно. Выходить на просторы улиц маленького городка было слишком опасно, ведь повсюду летали объявления о пропаже двух близняшек из приюта. И именно тогда в одну из холодных ночей, когда они уже были готовы нарвать горсть ядовитых ягод и проглотить, Тиффани и Луиза встретились с голубоглазым незнакомцем…
– У меня в глазах двоится? – с любопытством спросил он, смотря на двух белокурых красавиц, одетых в грязные серые пуховики с заплатками.
Луиза сделала шаг назад, взглядом поедая Тиффани, что гордо стояла, смотря на молодого парня.
– Нам нужна помощь, – произнесла Тиффани, стуча зубами от холода. – Ты можешь нас покормить? Я тебе отплачу.
Луиза, услышав из уст своей шестнадцатилетней сестры такие слова, осеклась. Она не могла даже представить, что Тиффани пойдет на столь низкое отношение к самой себе. Продать свое тело – значит продать свою душу.
Незнакомец ухмыльнулся и отрицательно покачал головой.
– Как вас зовут?
– Я – Тиффани. А это моя сестра – Луиза.
– Приятно познакомиться. Я – Дэмиен, – он доброжелательно улыбнулся. – Идите за мной.
Тогда в свои девятнадцать лет Дэмиен приютил двух беженок в своем маленьком и тесном фургоне, что нашел на опушке леса будучи еще подростком. Он спас их от голода и холода, ничего не взяв взамен. Через некоторое время они узнали, что Дэмиен Мур сам вырос в приюте и сбежал оттуда вместе с одной девушкой по имени Сьюзен в свои пятнадцать лет.
Сьюзен сразу расположила к себе девочек-близняшек. Она стала для них лучшей подругой, а Дэмиен самым настоящим братом. Вчетвером они стали семьей, которая могла разделить переживания каждого. Ведь схожие жизненные ситуации способны сделать двух врагов – друзьями, а незнакомцев – братьями.
По наступлению первого весеннего месяца Сьюзен застала Луизу за шитьем нового платья, ткань которого она нашла неподалеку от мусора, что жгли на поляне леса.
– У тебя руки из золота, – с изумлением прошептала Сьюзен, поправляя свои каштановые волосы, пропахшие старинным книжным переплетом. – А сошьешь что-нибудь для меня?
Так Луиза и начала шить одежду для всей своей новой семьи. Дэмиен рыскал и крал ткани для Луизы. Тиффани придумывала экстравагантные дизайны. А Сьюзен была подобием манекена, для которого каждый труд Луизы был просто бесподобен.
В одну из ночей Дэмиен принес в их тесный передвижной домик несколько тканей: желтую, зеленую и розовую. Такие яркие цвета вдохновили Луизу, что она сшила широкие разноцветные штаны с рюшами.
– Фу, – поморщилась Тиффани. – Что за клоунский прикид? – произнесла тогда она, видя, что голубые глаза Дэмиена загорелись.
– А мне очень даже нравится… – тихо сказал он. – Девочки, у меня есть идея!
Так и появилась мысль о создании своего бродячего цирка. Сьюзен была вдохновлена идеей Дэмиена, а Тиффани и Луиза уже представляли себя в роли акробаток, что летают под куполом цирка. Все шло прекрасно: они нашли заброшенное помещение, что было спрятано в глубине леса, которое потихоньку начинали обустраивать. Луиза шила цирковые наряды, Тиффани занималась подготовкой афиш, а Сьюзен с Дэмиеном придумывали номера, которые могли бы завлечь зрителей. Они хотели прославить свои имена. Стать нужными в этом мире. Но жизнь преподнесла свои сюрпризы, к которым беженцы не были готовы…