Александра Ричи – Шейх. Дорогая услуга (страница 1)

Александра Ричи

Шейх. Дорогая услуга

Пески, где все начинается

Дорогая услуга

За такие деньги не задают вопросов.

Амина знала это правило лучше других – оно было вытатуировано не на коже, а где-то глубже, под рёбрами. Там, где раньше жили страх и стыд, а теперь – холодный расчёт.

Сообщение пришло в три часа ночи.

Частный клиент. Дубай. Срок: один месяц. Оплата: аванс 100%. Условия: полная конфиденциальность.

Имя клиента не указано.

Она перечитала цифру дважды. Потом ещё раз. Такая сумма не бывает за «компанию». Такая сумма бывает за молчание.

Амина закрыла ноутбук, подошла к окну. Ночной город лежал внизу, как витрина – яркий, глянцевый, чужой. Именно в таких городах она и выживала. В таких городах её покупали аккуратно, дорого и без лишних слов.

– Один месяц, – тихо сказала она сама себе. – Я выдержу.

Ответ она отправила через минуту.

Самолёт приземлился на рассвете. Воздух Дубая был плотным, как обещание, от которого нельзя отказаться. Её встретили без табличек и имён – просто мужчина в чёрном костюме, который молча взял её чемодан и так же молча открыл дверь машины.

Ни приветствия. Ни улыбки.

Её это устраивало.

Вилла находилась за городом. Стекло, камень, охрана, тишина. Здесь не жили – здесь владели.

Амина ожидала, что клиент появится вечером. Так было всегда. Мужчины любили эффект: ожидание, напряжение, ощущение, что за свои деньги они получают спектакль.

Но он ждал её уже сейчас.

Он стоял у панорамного окна, спиной к ней. Высокий, неподвижный, в безупречно сидящем костюме. Даже не обернулся, когда она вошла.

– Имя, – сказал он. Голос был спокойный. Холодный. Властный.

– Амина.

Пауза.

– Настоящее?

Она чуть приподняла подбородок.

– Для вас – да.

Он повернулся.

И в этот момент она поняла: это не клиент.

Это человек, который покупает не тело.

Тёмные глаза смотрели прямо, без интереса, без похоти. Как смотрят на вещь, которую уже выбрали и оплатили.

– Ты знаешь, кто я? – спросил он.

– Мне не сказали, – честно ответила Амина. – И я не спрашивала.

Уголок его губ едва заметно дрогнул. Не улыбка. Одобрение.

– Хорошо. Тогда слушай правила.

Он сделал шаг ближе. Не нарушая дистанцию, но заполняя собой пространство.

– Ты здесь не для удовольствия. – Ты здесь не для романтики. – Ты здесь не для вопросов.

Он медленно осмотрел её – не раздевая взглядом, а оценивая. Как актив. Как инвестицию.

– Ты – услуга. Дорогая. Временная. Полностью моя.

Амина почувствовала, как что-то внутри неё напряглось. Не страх. Нет. Это было хуже.

Инстинкт.

– А если я откажусь? – спросила она, хотя знала ответ.

Он посмотрел ей прямо в глаза.

– Ты уже не отказалась.

Он протянул ей тонкую папку.

Контракт.

– Подпишешь – и месяц твоей жизни принадлежит мне. – Не подпишешь – ты свободна. Деньги останутся у тебя.

Он сделал паузу.

– Но второй вариант тебе не подойдёт.

Она опустила взгляд на бумагу.

И впервые за долгое время почувствовала: эта сделка изменит её не потому, что он заплатил.

А потому, что он уже всё решил.

Сердце, скрытое шелком или о чем думает Шейх

Она держится правильно.

Не суетится, не играет, не улыбается лишний раз. Думает, что это защита. Думает, что дистанция – её преимущество. Все они так думают в начале.

Я вижу, как она оценивает комнату. Выходы. Пространство. Меня. Хорошо. Значит, умная. С умными интереснее ломать систему.

Она не знает, кто я. И это лучшее начало.

Женщины вроде неё привыкли, что за деньги можно требовать всё. Грубость, власть, прикосновения без разрешения. Они ждут этого – готовятся, сжимают зубы, надевают маску.

Я не дам ей ни одного ожидаемого шага.

Пусть нервничает. Пусть не понимает, за что именно ей платят.

Деньги – не проблема. Деньги – это крючок. Настоящая сделка начинается позже. Когда она поймёт, что я купил не её тело, а время без выбора.

Она спросила, может ли отказаться. Хороший вопрос. Смелый. Запоздалый.

Отказ – это иллюзия, которую люди любят, чтобы не чувствовать себя вещами. Я оставил ей эту иллюзию. Щедрость – тоже форма власти.

Она подпишет.

Не потому, что ей нужны деньги. А потому, что она уже живёт в долгах – не финансовых. В долгах перед прошлым, перед страхом, перед самой собой.

Я знаю о ней больше, чем она думает. Кто привёл её в этот бизнес. Кто исчез, оставив цифры и угрозы. Кто научил её не чувствовать.

Я не спаситель. Я – логичное продолжение.