Александра Пушкина – Ледяная колдунья (страница 25)

– Бегать ещё за вами… Где вторая? Мелкая? – он несильно встряхнул Аню, но ей встряска показалась довольно ощутимой.

– Ай! Не знаю…

– Чего на корабль-то полезли? – Судя по голосу, форсит всё же не собирался сурово наказывать преступницу. Даже, пожалуй, сочувствовал. – Угнать не угнали б, конечно, – куда таким воробьям! Но хулиганить тоже нехорошо.

– Мы не хулиганили! Нас позвали покататься.

– Зачем тогда бежали?

– Не знаю, – Аня пожала плечами. – Просто вы побежали к нам, и мы испугались.

– Э-хе-хе… ну, пошли, что ли. На посту разберёмся.

Недалеко от трапа ещё двое стражей порядка связывали руки за спиной Нику, Серхио и ещё двоим типам, которых Аня раньше не видела. Ни Фира с Тофой, ни толстого шулера Форна не было видно: наверное, они успели удрать. У трапа тёрся незнакомый матрос, время от времени затягиваясь трубкой.

– Ты кого привёл, Марик? – удивился высокий жилистый страж. – Это ж девчонка совсем.

– Она убегала с корабля… – Усатый Марик явно чувствовал себя не в своей тарелке.

– Да-да! Её-то я и увидел! – подтвердил матрос, лишив Аню надежды, что её отпустят. – И ещё мелюзга какая-то с ней была.

– Мелюзга уж больно быстрая. Только эту и догнал, – виновато пожал плечами Марик. – Да может, они просто хулиганили? Дети ж…

– Ага! У Тоффина тоже… дети. Похоже, это опять их рук дело. Вон, этот описал, – страж указал на незнакомого тощего форсита с неприятным угловатым лицом. – Уж больно похожи.

– Повезло вам, что в этот раз они даже из порта не вышли, – подмигнул бодрый толстячок-страж матросу. – У Фоккета, вон, посудину в прошлом году на мель посадили.

У Тоффина? Кажется, так Рута называла своего знакомого в Форе. Ура!

– Подождите, у меня же есть письмо для рутария! Мы только сегодня прибыли в город и… – Но письма на месте не оказалось. Аня с нарастающей паникой обшарила все карманы. Ничего. Неужели потеряла?!

– Да ты не переживай, – «морж» растянул потрескавшиеся губы в улыбке и взглянул на девочку как будто с жалостью. – Там разберутся. Ты ж воробышек совсем – какой из тебя грабитель?

Аня благодарно кивнула, но ответная улыбка вышла совсем бледной. В горле стоял ком, руки стали совсем ледяными, а ноги – ватными.

– Так, давайте их на пост. Командир придёт – пусть выясняет, кто тут кто, – высокий страж повернулся к моряку: – А вы найдите своего вахтенного. Небось в трюме валяется, связанный или пьяный. Было уже. И чтоб из порта – никуда!

– Это уже капитану решать, – насупился матрос.

– Отчалите – ни черта не получите. Фоккету в том году возместили. Или вам деньги лишние? Чего встали-то?

Двое конвоиров, словно спохватившись, подтолкнули арестованных к выходу из порта. Аня чувствовала, как в глазах закипают слёзы, а ноги отказываются идти. Шагающий рядом Марик поддерживал её, ведя чуть в стороне от остальных горе-моряков.

В плохо освещённом переулке кто-то по-кошачьи прыгнул на мостовую перед небольшой процессией:

– Ну-ка, стойте!

Страж, идущий впереди, потянул из ножен саблю.

– Не надо! Это же Нарсу! – Аня, узнав голос, шагнула вперёд, но Марик остановил её, положив на плечо тяжёлую ладонь.

– Я вон с той девочкой и пойду с вами! – заявила белькара и, выйдя из тени и прошагав мимо насторожившихся конвоиров, встала рядом с Аней: – Так, кого ждём?

«Морж» опомнился первым:

– Это вот её я не догнал!

– Ну, значит, все в сборе, – мрачно сплюнул высокий форсит. Его низкорослый коллега коротко хохотнул, и они вновь вложили сабли в ножны.

Процессия двинулась дальше.

– Вот ненормальная… – тихо произнёс один из «матросов». – Могла же убежать…

– Да вы здесь все ненормальные, – отрезал худой страж. – Это ж надо – пойти в команду, которую набирают детишки, чтобы доказать кому-то, что они-де мореходы! – И он презрительно хмыкнул в усы.

В маленьком каменном домике неподалёку от порта, как оказалось, кроме стола, за которым дежурный заполнял бумаги, была ещё и пара клетушек-камер. В одну из них и впихнули Аню с Нарсу. Остальных задержанных затолкали в соседнюю камеру. Расстояние между прутьями решётки оказалось довольно узким, и даже маленькая белькара не смогла бы пролезть между ними.

– Стужа их забери! – Нарсу в сердцах пнула решётку. – Зачем ты сдалась?!

– Не сдалась – меня догнали, – со вздохом призналась девочка.

– Догнали?! – оторопела белькара, а потом посмотрела на Анины ноги и фыркнула. – Всё время забываю, что люди такие медленные. Ох, Слитые! Во что я ввязалась!

В камере воцарилась тишина. Слышно было, как что-то шуршит за стеной, тихо переговариваются арестанты в соседней камере и где-то капает вода.

– Нарсу… – Аня шмыгнула носом. – Прости меня, пожалуйста, что я такая глупая и из-за меня тебя схватили.

– А ещё из-за тебя я отправилась в путешествие, – пробурчала белькара. – Увидела город и море… Только не реви! Выберемся как-нибудь.

Аня снова шмыгнула носом, но теперь уже улыбаясь.

По-прежнему хотелось есть, на душе скребло и мучило беспокойство за свою судьбу. Скамеек не было, и девочка села прямо на пол у стены, подтянув к себе колени, и положила на них голову. Интересно, что бы сказала мама, узнав, что её дочку посадили в тюрьму за кражу? Наверное, она бы только обрадовалась – ведь лучше живая дочка в тюрьме, чем пропавшая без вести. Аню даже передёрнуло, когда она представила, что сейчас чувствует мама. Надо обязательно вернуться, и как можно скорее! Вот только… как? И раньше-то это было довольно призрачной перспективой, а теперь, когда они с Нарсу в тюрьме, без письма Руты, и никто не знает, где они, всё и вовсе печально.

Допрашивать их никто не торопился. Только один раз сменилась стража. Собравшиеся домой рассказали заступившим о пойманных подельниках воришек. Похоже, юные форситы и впрямь уже не первый раз пытались угнать корабль, но, будучи детьми уважаемого горожанина, уходили от правосудия.

Думать об этом было неприятно, утешало только то, что ни Тофа, ни её брат не походили на настоящих злоумышленников.

Нарсу, обошедшую всю небольшую камеру и даже забравшуюся по решётке к самому потолку, видимо, интересовали совершенно другие вопросы – например, как сбежать из тюрьмы.

Глава 10. Семейство Рока

Снова хлопнула входная дверь. Аня увидела, как встал и вытянулся во фрунт сидевший за столом стражник.

– Здравствуй, Терр. Садись, пожалуйста, – прозвучал мягкий усталый голос. – Что, опять Фир и Тофа?

Страж, медленно сев обратно, кивнул.

– Могу я поговорить с задержанными?

– Как вы узнали о задержанных, мастер Тоффин?

Тоффин! Он сам пришёл сюда! Может быть, удастся рассказать ему о Руте? Вдруг он и без письма им поверит?

– Поговорил кое с кем.

Однако Терр не собирался сдаваться:

– Зачем они вам? Уж простите, мастер, но это подозреваемые и важные свидетели… – страж осёкся.

– …против моих детей. Понимаю. Но я буду говорить в вашем присутствии и ничего лишнего им не сообщу.

– Их всех поймали с поличным, – насупился Терр, но, видимо, и он понял, что рано или поздно ему всё-таки придётся уступить.

– Как и год назад, когда корабль досточтимого Фоккета сел на мель. Но вы же прекрасно помните, что моих детей в тот раз оправдали. А я не мешал следствию и даже выплатил кораблевладельцу сумму, достаточную для возмещения убытков.

– Ладно… – сдался Терр, – но я буду рядом. – Гремя большими ключами, он направился к камере.

Аня наконец получила возможность рассмотреть пришедшего. Пожилой форсит в фиолетово-белом балахоне с серебряным шитьём при ходьбе опирался на простую трость. Его уши и бакенбарды были тронуты благородной сединой. Чуть раскосые глаза, мелкая сеть морщин, взгляд острый и проницательный.

– Твилингары! – воскликнул вошедший, увидев Аню. – Она же совсем ребёнок!

– Будто мне нравится держать девочку под стражей, – пробурчал Терр. – Но их поймали на месте преступления.

– Мы не совершали никаких преступлений! – Аня поднялась и подошла к решётке камеры. – Нас позвали на морскую прогулку, и мы не знали, что корабль собираются… угнать. А потом, когда мы отказались и пошли на берег, кто-то закричал, и к нам побежали. Мы просто испугались, и всё.

Тоффин бросил быстрый взгляд на соседнюю клетку:

– Ты говоришь за всех?