Александра Пугачевская – Зоя. Часть 3: Рывок (страница 7)

– Зоя, мне не нравится, что ты исчезаешь по ночам. Это нехорошо. Ты должна быть дома. С нами. Ты девочка.

– Пап, ну ладно тебе.

– Я очень переживаю. Имей в виду. Ты будешь гулять, а я буду волноваться. И мама тоже очень беспокоится. Мы всю ночь не спали.

– Как не спали?

– Так. Мы всю ночь тебя ждали. Мы были как на иголках. Имей в виду: если ты ещё раз куда-то ночью соберёшься, ты этим наше здоровье подрываешь. А теперь иди, если тебе совесть позволяет. Ждём тебя в восемь вечера. Не позже.

Зоя стала переживать.

«Ведь они уже пожилые, им под пятьдесят. Ну или почти сорок пять, но всё равно уже возраст. У папы высокое давление; мне нельзя их волновать. Как же быть? Ведь папе надо отдыхать, он так устаёт на работе».

Недавно Зоин папа поступил работать в компанию PPG. Это была настоящая американская работа младшим инженером в крупной химической фирме в Питтсбурге. Работа была престижной, и попасть в эту фирму было очень трудно. Его приняли на работу после двух лет тщетных поисков, когда они уже отчаялись, что он когда-либо устроится по специальности. Важную роль тут сыграла рекомендация Лидии Семёновны, мамы Жени Куликова. Приехав к Касаткиным на празднование нового 1993 года, она пообещала показать резюме Зоиного папы своему хозяину Мойше и выполнила обещание. События развивались стремительно. Папу позвали на интервью в феврале 1993-го, а в начале марта он уже вышел на новую работу. Зоины родители всё никак не могли поверить в чудо. Ведь найти такую должность было необыкновенной удачей. Зоя же не считала произошедшее чудом. Она отлично помнила, как загадала два желания на Новый год: одно – про папину работу, а другое – про Андрея. И оба эти желания сбылись.

Но, конечно же, девочка никому про это не рассказывала. «Наверное, это совпадение?» – думала Зоя, поглаживая маленького тигрёнка, которого она вытащила из серванта и поставила у изголовья кровати. Этот крошечный тигр, белый с синим узором, был изготовлен в традиции гжель, которую Зоя очень любила. Любовь ко гжели досталась Зое от мамы, которая одно время даже увлекалась коллекционированием. В Америку они привезли вазу и три скульптурки, выполненные в этой традиционно русской росписи. Правда, у одной из скульптурок, у курочки, отбился клюв, но все остальные доехали в целости и сохранности. А тигрёнка Зое подарил Андрей ещё в Москве, когда они гуляли по выставке «Вернисаж» в Измайлове. Андрей родился в год Тигра по китайскому гороскопу, и тигрёнок должен был напоминать Зое о нём. И теперь, хотя Андрей и жил рядом и виделись они регулярно, Зое всё равно хотелось, чтобы и гжелевый тигрёнок был рядом с ней. Она любила разглядывать его крошечную милую мордочку и аккуратные коготочки.

Зоя вышла из дома с тяжёлым сердцем. Мысль о том, что родители всю ночь её караулили, сверлила голову. «Неужели они всё слышали? Как я спать не могла, как я рисовала? Но ведь они спали. Ведь было тихо. Или они мне наврали? Но ведь не будут же они мне так откровенно врать?» – переживала Зоя. Но потом подъехал автобус, Зоя отвлеклась от грустных мыслей и стала смотреть в окно, мечтая о том, как она увидится с Андреем. Вдруг перед глазами промелькнула ярко-розовая стрела. Зоя уже почти забыла про события прошлой ночи, и ей вдруг стало страшно, что теперь эти стрелы и странные видения будут преследовать её всю жизнь. «Зачем? Зачем я это сделала? Зачем послушалась дуру Молли! – думала Зоя. – Ведь я же не хотела ничего принимать. Хорошо, что Ян подвернулся. Надо будет ему позвонить. И Молли тоже надо позвонить», – Зоя решила, что как только вернётся домой, то обязательно с ними свяжется и узнает, как у них дела.

Когда Зоя зашла в «Бихайв», Андрей уже сидел около окна, за их любимым столиком. Зоя не сразу его разглядела, так как в кафе как обычно царил полумрак.

– Я тебе мокко заказал, как ты любишь, – Андрей придвинул к ней чашку и улыбнулся, и Зоя тут же растаяла при виде его чуть раскосых тёмно-серых глаз. Она каждый раз поражалась, каким красивым был Андрей. В нём Зое нравилось всё: и его мужественный подбородок, и прямой нос, и разрез глаз, и его чуть вьющиеся каштановые волосы.

– Спасибо, – Зоя улыбнулась. С тех пор как Андрей рассказал ей, что Мокка на самом деле была городом в Йемене, где изобрели кофе, Зое казалось, что она впитывает в себя кусочек этой экзотики, и она заказывала исключительно мокко – капучино, в который примешивалось какао.

– Ну, как тебе? Понравилось? – спросил Андрей. Он внимательно смотрел на Зою.

– Мокко? Ну, как всегда, – ответила она, отхлёбывая напиток. Она решила сделать вид, что не поняла вопроса.

– Нет, на рейве, – Андрей испытующе посмотрел на Зою, и она поёжилась под его взглядом. Ей казалось, что Андрей видит её насквозь и сразу поймёт про кислоту и Яна.

– Да ничего вроде. Ну, даже не знаю, – соврала Зоя. На самом деле ей очень понравилось на «Высоком напряжении». Настолько, что она думала, как бы ещё раз попасть на рейв, да поскорее. Зое показалось там прекрасным всё: и музыка, и люди, и то, как приветливо все они улыбались, и красивые танцовщицы, которые так пластично двигались под музыку, и то, что она увидела знаменитого диджея по имени Дизель.

– Знаешь, я что-то даже жалею, что не пошёл с тобой. К экзамену я уже готов, так что мог бы и побывать на этом самом рейве, – вздохнул Андрей.

– Ну, можно потом ещё вместе сходить; они, оказывается, чуть ли не каждую неделю бывают, – ответила Зоя и тут же осеклась. Она на секунду забыла о том, что Андрей собирался во Францию на целое лето.

Зое сразу сделалось грустно. Мысль о том, что ей придётся расстаться с любимым, была невыносима.

– Зоя, не переживай. Мы скоро увидимся, ведь только три месяца, и всё. Я даю тебе слово, – Андрей взял её за руку, и Зою словно стукнуло током от его прикосновения. Она обожала ощущать тепло его пальцев в своей ладони.

– Три с половиной, – Зоя была непреклонна.

– Хорошо, три с половиной. Но это ведь не так долго. До этого мы не виделись с тобой больше двух лет, и ничего страшного. Правда? Ведь так? – Андрей посмотрел на Зою, и ей показалось, что он чуть ли не молил её согласиться с его подсчётами.

– Да, но тогда всё было по-другому. Тогда мы были младше, и вообще…

– Но тогда ведь мы вообще не знали, что когда-либо сможем оказаться в одном городе! А сейчас надо только лето переждать.

– А зачем ты вообще уезжаешь? Зачем? – не сдержалась Зоя.

Она тут же пожалела о сказанном, потому что на лице Андрея изобразилось недовольство. Он не любил оправдываться и не любил, когда Зоя пыталась его в чём-то переубедить, и Зоя это знала. Но она никак не могла смириться с мыслью о том, что Андрей вместо целого лета с ней выбрал поездку в Лион.

– Потому что мне это важно: ведь я сбежал из дома, я должен выяснить кое-что и попробовать наладить отношения с матерью. Дядя со мной согласен. Иначе всё пропало.

– Что пропало?

– Мои с ней отношения. Если я не выясню с ней отношения сейчас, потом уже будет поздно.

– А как же де Виньи? Ты с ним увидишься? – Андрей несколько раз рассказывал Зое про своего отчима, страшного доктора, который пытался отравить его таблетками, а потом оставить в психушке, чтобы отобрать наследство. Андрей чудом вырвался из лап мерзкого психиатра с помощью своего дяди.

– Не знаю. Надеюсь, что нет. Но мать может не согласиться на встречу без де Виньи. Она ведь ему очень верит. А я должен суметь её переубедить. Понимаешь?

– Но ведь ты её сын. Как она может тебе не верить? – недоумевала Зоя.

Она уже забыла о своём желании провести с Андреем всё лето. Теперь девочка всей душой болела за своего любимого и надеялась на его победу над страшным врачом.

– Я сам не понимаю. Пока отец был жив, всё было по-другому. Она была нормальной, ну, я даже не знаю, мамой была. А потом её будто подменили. Как только де Виньи появился, она сразу попала под его влияние.

– А может быть, он и ей что-то подмешивает? Может быть, он ей таблетки даёт? – Зоя подскочила от этой мысли.

– Ой! Вот это мне в голову не приходило. Ну ты даёшь! Ну ты голова! – Андрей с восхищением посмотрел на Зою, у которой загорелись щёки от того, что она смогла чем-то быть ему полезной. – Ведь правда. Ведь когда отец умер, она была в депрессии и с де Виньи так и познакомилась, он ведь её лечить стал. Я потом только узнал, от меня всё это скрывали; а ведь, может быть, он до сих пор ей таблетки какие-то даёт?

– Похоже на правду. – Зоя почувствовала себя Шерлоком Холмсом, начавшим расследование. – Но если так, то тебе надо будет поговорить с дядей. Ведь если она на его таблетках, то не сможет адекватно с тобой общаться.

– Да, точно. Мне надо обязательно обсудить с дядей всё это. И как я раньше не догадался? – Андрей покачал головой. – И, значит, зря я на неё обижался, если этот мерзавец её травит все эти годы.

– Ну, это пока ещё не доказано, – заметила Зоя. Ей почему-то не хотелось, чтобы Андрей так быстро простил мать.

– Я думаю, ты права. Какая ты молодец! Вот ведь действительно не зря говорят, что одна голова хорошо, а две лучше. – Андрей поцеловал Зою в щёку. – Ты не хочешь прогуляться? – предложил он.

Зоя уже допила свой мокко и рассматривала следы шоколада на дне чашки. Девочка думала о том, что им скоро придётся расстаться, и ей снова сделалось очень грустно.