Александра Плен – Вампиры Дома Маронар (страница 9)

Мои его точно повеселят.

Надежда только на то, что боги – занятые особы и отвлекаться от злодейств не любят.

После отбоя, немного помедитировав на занятную паутину тороса, я решилась на разведку, спустилась со своего второго этажа на первый и улеглась рядом с Мерит на её койке.

– Расскажи что-нибудь об иномирцах, – начала я издалека, выставив голос в режим «любознательная блондинка».

– Я ничего не о них знаю… Откуда? – удивилась Мерит. – Я из деревни ни разу не выезжала.

Эх, жаль, что Иштар забрали. Эта ходячая энциклопедия на ногах сразу бы выдала бы нам всю информацию.

– Я слышала, что все Дома гоняются за иномирцами, – вдруг подала голос наша соседка с соседней кровати. Она вроде гуляет с одним из охранников. Не молодая, но ещё и не старая женщина где-то около сорока с хвостиком. – Маронар выслал охотников, если не найдут в городах, начнут проверять фермы.

Значит, они точно не знают, где этот самый иномирец шифруется. Это плюс. Но то, что они уверены в его существовании, – это минус.

– И зачем он им нужен? – постаралась, чтобы голос не дрогнул.

– Не знаю, – зевнула невольница, – говорят, опыты на них ставят. Кровь для ворожбы сливают.

«Ох ты ж, ё-моё! – зародилось где-то в горле вместе с истерикой. – Бежать! Наутёк! Со всех ног! Сверкая пятками! Ещё вчера!»

Всю ночь меня колотило. В голове крутились такие ужастики, что Стивен Кинг бы обзавидовался. Вот меня приводят к бочке, перерезают горло и подвешивают вниз головой, как курицу. Или я – в комнате пыток, окружённая бледными зубастыми тварями, и они по очереди припадают к моей шее и вгоняют клыки в арterию, дегустируя мою иномирскую кровушку. Где-то что-то такое было в «Интервью с вампиром».

Утром, естественно, я встала невыспавшаяся, с больной головой и абсолютным нежеланием становиться звездой кровавых вечеринок. Вряд ли мне повезёт так же, как Белле в «Сумерках». Любовь до моего гроба вероятнее.

От страха придумала ещё один план – очаровать и соблазнить надзирателя. Вдруг он так сильно влюбится, что согласится выкупить меня из рабства? Пару дней я присматривалась к мужским особям, стараясь выделить кого-нибудь с IQ больше сотни. Но все как на подбор интеллектом не блистали. Да и мало их было – на четыреста рабов около десятка. Всю охрану выполняли ошейники.

Ночью пробралась к центральному Дому, где хранилась фермерская осья. Подумывала её спереть вместе с собой. Увы, шар диаметром около двух метров вряд ли незаметно скроешь под платьем. Катить тоже не получится. Во-первых, она весила как грузовик, а во-вторых, снизу осью оплетали корни. И я вспомнила вскользь сказанные Иштар слова: когда осья старая и собирается закончить свой жизненный путь, то погружается в землю. Происходит это не сразу, умирание может длиться несколько лет.

Только вернувшись назад в барак и умостившись на койке, я заторможено сообразила – укатила бы осью, и все четыреста ошейников сжались бы в шар. Устроила бы массовое побоище похлеще Джека-потрошителя.

Хорошо, что и этот план провалился. Не пришлось выбирать между эгоизмом и совестью.

Каждую ночь я продолжала бесполезно ковырять ошейник ножом, но добилась лишь стойких царапин на шее.

Через неделю наших «иномирцев» привезли обратно. Немного потрёпанных, но живых и здоровых. Надсмотрщиков прибавилось, и значительно. Ясно, охотники из Дома Маронар пожаловали… Теперь они бродили туда-сюда среди рабов, словно ожидая получить премию за усердие, с особым пристрастием заглядывая в лицо, будто на лбу у кого-то должно красоваться крупными буквами: «Иномирец!» Видимо, надеялись наткнуться хоть на одного особо разговорчивого, да не повезло, потому что все рабы выглядели одинаково запуганно и устало.

Я вообще перепуталась, кто из надсмотрщиков здесь был изначально, а кто недавно приезжий. Все были на одно лицо – бородатые и лохматые. Поэтому план по соблазнению пришлось отменить. Как бы не нарваться на шпиона.

Внутри копошилось странное чувство – смесь жгучего любопытства и откровенного ужаса, ведь никто не знал, каким ещё изысканным способом собираются вычислять несчастных попаданцев. Всё-таки четыре сотни голов перелопатить – это вам не в лес по грибы сходить.

Узнала. Соседка принесла на хвосте слушок, что сегодня у каждого раба брали кровь в отдельную ёмкость, подписывали на баночке его имя и отправляли в Дом Маронар. Наша очередь наступит завтра. Значит, завтра же наступит мне кирдык.

Вампиры могут её на вкус отличить? Иномирская или нет? По каким таким признакам? У них внутри гематологический анализатор крови встроен? И неужели перелопатить четыреста баночек, пробуя их на вкус, занимает меньше времени, чем, например, приезд на ферму и чтение мыслей?

Ничего приличного в голову не приходило. Более-менее свободно я могла поговорить только с Мерит: ночью, после отбоя, или в поле, возле куста агалы. Но как только я ей намекнула, не пора ли нам делать ноги с фермы вслед за Иштар, Мерит отмахнулась:

– Какая разница, где жить? Я дома больше работала, чем здесь, на ферме. Там на мне ещё готовка, уборка и шитьё было, в дополнение к огороду.

Ого! Так для некоторых рабство оказалось вроде как отпуском после домашней круговерти.

Я принялась перебирать в голове все преимущества свободы для девушки – ну, должно же быть что-то помимо бесперебойного доступа к полевым работам!

– Ну ты же хочешь замуж? Свадебку там, свой собственный дом, детишек?

Удар ниже пояса. Мерит на минуту застыла, как хакнутый антивирус, потом помотала головой.

– Куда мы пойдём? – вопрос в самую точку. – Будем скитаться, пока не попадём в руки другим загонщикам?

Она-то мыслит прагматично: менять, по сути, один хомут на другой ей не улыбается. Тут даже мне стало стыдновато за свою авантюрную натуру. Для меня тут вопрос жизни и смерти, а для Мерит – обычная логистика труда.

Ну да ладно, пришлось сделать вывод: спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Креативить придётся в одиночку. А времени, вероятно, осталось чуть меньше, чем хотелось бы.

А может, побежать и самой отдаться в руки охотников? А вдруг за попаданство тут плюшки выдают? Не могут же все любовные романы врать – меня сразу во дворце на царский трон посадят, дадут сундук с самоцветами и быстренько научат колдовству?

Только вот то место, что отвечает за интуицию, шептало, где бывает бесплатный сыр и халявные самоцветы.

Что-то мудрить… типа внезапно заболеть, онеметь, забыть своё имя, я побоялась. Любой косяк сразу же укажет на меня. Поэтому, как обычно, сдала кровь, тоскливо проводила глазами баночку с надписью «Мира Хард» и поплелась за кармином. Так сказать, кутну напоследок.

На раздаче стоял новый охранник. Увидев его, я как-то сразу напряглась. С прошлой мутной братией сонных бегемотов, околачивающихся на ферме и изображающих активность только в столовой и в направлении бани, уволакивая очередную «добровольную пленницу», ничего схожего у него не было. Острый сканирующий взгляд, подтянутая хищная фигура, ловкие руки фокусника – он даже не смотрел, как наливает кармин, – всё внимание было направлено на невольниц.

Ну прямо породистый дог среди уличных шавок! Или, что вернее, охотник за головами, секретный агент хозяев. Пусть я и недолго проработала в нашем юр. отделе, но взгляд Ивана Ивановича, нашего безопасника, помнила прекрасно. Куда там Launch PRO – Ван Ваныч сканировал круче профессиональной оргтехники.

Я спряталась за спиной Мерит и стала прислушиваться к разговорам, которые он заводил с каждой из невольниц, вручая той стакан с соком. Перед вопросом он странно себя вёл: то кашлянет, закрывая рот ладонью, то отвернётся в сторону, то опустит подбородок в воротник рубашки, то почешется, то прикусит губу, то…

– Нравится кармин? – я так засмотрелась на его чудное поведение, что проспала вопрос.

Зато голос, тихий, вкрадчивый, пробрал до костей. Цирк какой-то. Горло перехватило, к голове прилил жар, рот сам собой открылся и произнёс: «Нееет». На русском. Пару секунд ушло на то, чтобы сообразить – что-то со мной произошло. Вряд ли я могла оплошать так сильно, чтобы раскрыть правду. Хорошо ещё, что слово «Нет» было похоже на здешнее «Бет», что-то типа местного «Вау!» или «Ух ты!».

Я быстро сглотнула и затараторила восторженно:

– Ничего вкуснее в жизни не пробовала! Как он может не нравиться?!

Джеймс Бонд местного разлива ещё раз окинул меня подозрительным взглядом, сунул в руки стакан и повернулся к следующей невольнице. На подгибающихся от страха ногах я побрела к столам. Рука тряслась, как у запойной алкоголички, так, что часть сока выплеснулась на землю. Хорошо, что надзиратель уже потерял к мне интерес и обрабатывал очередную жертву.

И что это было? Почему я, как загипнотизированная овца, ответила на его вопрос? Или это был сам хозяин? Невзирая на жгучее солнце, по спине потёк ледяной пот. Маг-вампир? Ну нет. На вид мужик ничем от нас не отличался. Ни тебе благородной бледности, ни выступающих клыков, ни заострённых ушей, ни крыльев за спиной. Но что-то он точно умел, если я, сама того не желая, правдиво ответила на провокацию. Повезло, что одурманенный мозг перешёл на родной язык. А то меня бы тут и повязали…

Сидя рядом с весело болтающей Мерит, я с усилием запихивала в себя ослу, запивая кармином. Почувствовав чей-то пристальный взгляд, я сначала сделала блаженное выражение на лице, а уж потом подняла голову. Шпион хозяев смотрел на меня.