Александра Плен – Пария (страница 23)

– Быстро ты нашла нового покровителя, – прошипел он раздраженно.

Я мгновенно вскипела. В последнее время один вид этого напыщенного красавчика будит во мне разрушительные негативные эмоции. Мне хотелось сделать ему больно, уколоть, обидеть. Так сильно, как он обидел меня.

– Наследник оказался не слишком разборчивым, – медовым голосом пропела я, повторяя слова, сказанные Хорном ранее, – ему сгодилась даже такая, как я.

На долгий спор времени не было. Сзади поджимали студенты, выходящие из столовой. Хорн ругнулся сквозь зубы и отскочил в сторону, словно взбешенный жеребец. Я не стала прятать ухмылку. Какой он все-таки странный. Противоречивый и непредсказуемый. Но какой же красивый!

Я не хотела замечать, какие ярко-синие у него глаза, густые шелковистые волосы, волевой подборок. Как ладно сидят брюки на его мускулистых бедрах, не хотела видеть, какой он совершенный во всем. Какая гибкая и у него фигура, как он двигается, порывисто и грациозно, как молодой зверь. Это все внешнее, говорила я себе, главное то, что внутри. А внутри он обычный повеса, надменный и самовлюбленный.

***

Началась новая глава моей жизни. Лично для меня совершенно ничего не изменилось. Я все также прилежно училась, ходила по выходным в кузницу, вечера просиживала в библиотеке. Но за мной незримо и постоянно следовала тень «расположения» наследника. Она никак не выражалась, но прекратились мелкие пакости, больше никто не разливал масло перед моей дверью и не обмазывал ручку вареньем, не подкидывал записки с гадостями. Отвалились мелкие трусливые недоброжелатели. Остались лишь крупные. Те, кто ненавидел меня яростно или был достаточно глуп, чтобы не опасаться наследника.

И первым в этом списке был Гехарт, адмиральский сын. В отношении его я слонялась ко второму – умом он не блистал. Сессии сдавал еле-еле. Его даже почти перестали вызывать на практиках, чтобы не позорить перед другими студентами. Зато был очень агрессивным и совершенно неуправляемым. От него страдали даже учителя. Я же старалась обходить его дальней стороной и сторонилась упорнее, чем Хорна.

С наследником у нас сложились легкие ничего не значащие отношения. Мы вместе садились за один столик в столовой, регулярно давая пищу сплетникам, болтали ни о чем, старательно обходя щекотливые темы, танцевали на уроках танцев, хотя меня стали приглашать и другие кавалеры, предпочтение я все-таки отдавала Эдварду, мы с ним идеально подходили друг другу. Он больше не смотрел сквозь меня, когда мы встречались на лекциях и в коридорах, а здоровался и улыбался. Пожалуй, на этом и все.

Немного для пылких любовников, которыми нас окрестила молва.

Мы по-прежнему садились на общих лекциях. Он – за первой партой, я – за последней. Вот и сейчас я смотрела на стоящих за спиной наследника телохранителей и думала, как они не устают все время стоять? Я ни разу не видела, чтобы мужчины присели. Слушать лекцию о почвоведении было невозможно, впереди меня сидели две арии и трещали так, что слова профессора Манка долетали через раз.

– Климат оказывает влияние на водно-воздушный, температурный и окислительно-восстановительный режимы почвы, влияет на процессы выветривания, почвообразования…

– Так это все-таки его дом в Шалире? Тот, трехэтажный, возле храма, с красной крышей и огромным садом? – послышалось справа и снизу.

– Горная порода превращается в почву в результате двух одновременно протекающих процессов – выветривание и почвообразование. В процессе выветривания горных пород элементы питания превращаются в доступный для растений корм, но они не способны удерживать воду в достаточных количествах…

– Нужно к нему присмотреться. Мама говорит, что перспективный… И род древний. Нам подходит.

– Зоны выделяются с севера на юг в соответствии с биоклиматическими зонами. В пределах нашего королевства выделяются следующие почвенные зоны…

– Папа против, а вот мама хочет, чтобы я вышла замуж уже в этом году. Мне же скоро двадцать. Сначала помолвка, а там посмотрим. Ну и что, что полный? Для ария это не главное. Не всем же быть такими красавцами, как Хорн. Выйду замуж, заведу любовника.

– Арий Ромунд Крауг, назовите границы климатической зоны ареала Крауг, вашего ареала, кстати, – профессор вызвал того самого полненького ария, о котором, думаю, сплетничали девушки. Хотя я могу и ошибаться. Полных парней было достаточно и на старших курсах.

Ромунд медленно встал. Предполагаю, что он не слышал ни единого слова из лекции.

– Зачем мне знать это? – надменно заявил он, – в королевстве есть младший и старший Зорги, пусть они и занимаются почвой. Это их прямая обязанность.

– Уважаемый арий, – вздохнул профессор, – наше королевство занимает огромную площадь, по размерам оно самое большое в мире. Что могут сделать два человека? Они просто не смогут быть везде одновременно, Зоргов привлекают только для крупных государственных заказов. И уж точно они не будут заниматься полями в вашем ареале.

Профессор немного помолчал.

– Да и магия, по общему мнению, доживает последние деньки, так сказать, – добавил он грустно, коротко взглянув в мою сторону, – боюсь, через двадцать-тридцать лет не останется ни одного мага. Надежда только на знания и технический прогресс, уважаемый арий. Поэтому садитесь и пишите лекцию, а не рисуйте рожицы в тетради.

«Все-таки знания здесь дают отличные», – думала я, идя после лекции в столовую. Марта не рассказывала о том, сколько сотен или тысяч лет нужно для образования плодородного слоя, или из чего состоит перегной. Невозможно знать все и невозможно впихнуть все в голову двенадцатилетней девочки.

Я заметила небольшую группу студентов, стоящих у лестницы, но не обратила внимания. А зря. Когда была на первой ступеньке, кто-то сильно меня толкнул в спину, и я полетела вниз. Хорошо еще, что лестница была невысокая, всего один пролет, и я успела схватиться за поручень, поэтому не сломала себе шею, а лишь подвернула ногу.

Сверху раздался смех. Я подняла голову. Гехард! Точно он! Внутри заклокотал гнев. Мерзавец, да он мог покалечить меня! Я попыталась встать, но тут же зашипела от боли, ступить на левую ногу было невозможно.

– Вот-вот, на коленях твое самое место, плебейка! – только Оттаны здесь не хватало. Девушка стояла надо мной и кривила полные губы в злорадной ухмылке.

– Благородная ария, – побольше ехидства в голосе, и, возможно, никто не заметит, как он дрожит и срывается, – обучая вас манерам, учителя забыли привить великодушие и порядочность? Или к благородным оно не пристает принципиально?

Оттане потребовалось несколько секунд, чтобы разглядеть завуалированное оскорбление. Глаза сузились, полная грудь красиво заколыхалась от частого глубокого дыхания. Она смешно запыхтела, как новенький паромобиль, подбирая слова для ответного укола.

– Что здесь происходит? – к взбешенной девушке подошел Хорн.

Вот это уже полное невезение.

– Эта неуклюжая… – наверное, красавице не хватало словарного запаса, чтобы выразить свое презрение, она пару раз выдохнула и взяла себя в руки, – …скатилась с лестницы прямо мне под ноги. Идиотка.

– Меня толкнули, – громко произнесла я звенящим от гнева голосом, – и когда я узнаю, кто это был, он пожалеет.

Сверху донеслись смешки. Ничего-ничего. Я тоже кое-что умею, и память у меня хорошая.

Хорн дернулся в мою сторону и протянул руку, скорее инстинктивно, чем осознанно. Оттана тут же схватила ее и перебросила себе через локоть, делая вид, что так и надо. Я внимательно посмотрела Хорну в лицо. Лишь небольшая тень неудовольствия промелькнула и погасла. Он сжал губы и сделал вид, что и не собирался мне помогать.

Трус. Надеюсь, мой презрительный взгляд выразил все, что я о нем думаю.

– Дениза, – к нам подошел наследник с телохранителями, – я тебя уже заждался в столовой. Ты упала?

Он протянул руку, и я уцепилась за нее, как за спасительную соломинку, поднимаясь.

– Меня толкнули, – сквозь зубы прошипела, стараясь не стонать во весь голос, боль в ноге была адская.

Наследник внимательно посмотрел вверх. Группа скалящихся студентов во главе с Гехардом мгновенно испарилась. Эдвард развернулся к Хорну с Оттаной.

– Надеюсь, вы получили изысканное удовольствие, наблюдая за унижением студентки? – голосом наследника можно было заморозить весь холл. – Не знал, что вы любите такие развлечения, арий Хорн. Достойное занятие для благородного мужчины.

Хорн побледнел, на скулах туго натянулась кожа, кадык нервно дернулся. Он коротко поклонился и произнес севшим от гнева голосом, чеканя слова:

– Вы ошибаетесь, ваше высочество.

– Не думаю, – холодно бросил вскользь наследник и, словно потеряв интерес к ариям, склонил голову ко мне. – Тебе нужно в медпункт, Дениза, я отведу. А по дороге ты мне расскажешь, кто был наверху.

Краем глаза я видела, как опять дернулся Хорн, но Оттана крепко его держала. Ну что ж, теперь мне предельно ясно, чего стоят слова сына верховного судьи. Он меня хочет? Видимо недостаточно для того, чтобы помочь в трудную минуту.

– Спасибо, ваше высочество, – мне хотелось расплакаться от благодарности. Сколько бы я так лежала здесь, под лестницей, неизвестно. Или поползла бы на четвереньках в свою комнату, тот еще позор.

– Называй меня Эдвардом, – зрители, стоящие вокруг, пораженно ахнули.