Александра Плен – Королевская школа. Ария (страница 5)
Я вдруг вспомнила слова Эдварда, сказанные очень давно: «Благородство у тебя в крови, это видно по тому, как ты держишься, как ходишь, разговариваешь. Этим не могут похвастаться большинство ариев, а ты делаешь это неосознанно».
«Что делаю?» – спросила я, и он ответил: «Ведешь себя как королева, безупречно, достойно, в то же время просто и естественно». Тогда я подумала, что мне никогда не стать королевой, а сейчас первой моей мыслью было бы: «И слава богам».
Бал посетила и чета Зоргов. После рождения дочери Сорти долго не выезжала, прошел слух, что роды оказались тяжелыми, плюс до сих пор было непонятно, проявилась ли в новорожденной девочке магия. Но я была рада встретить друга. Столько всего хотелось рассказать.
Не обошлось и без потрясений.
Посол Фракрии все‐таки принял приглашение, но, подойдя к трону, протянул Эдварду ноту протеста. В ней говорилось, что Фракрия требует вернуть захваченные в прошлой войне земли, или она оставляет за собой право отобрать их назад.
Затем посол покинул дворец.
После этого ни о каком веселье речи быть не могло. Гости, пусть и не знали о произошедшем и о том, что за бумагу передал посол королю, ощутили витающее в воздухе напряжение.
Его величество подошел к нам с Дарием и показал ноту.
– Значит, война? – произнес маг земли.
– Похоже на то, – хмуро отозвался Эдвард, – отличное начало правления.
– Нужно ускорить строительство железной дороги через новые тоннели, – Дарий перешел на деловой тон, – мне будут нужны инженеры, кузнецы, каменщики, плотники. Без железной дороги мы не сможем быстро перебросить войска и вооружение. Семьдесят лет назад мы задавили их своей мощью, а сейчас они подготовились. Все эти года готовились, а мы…
Король усмехнулся, продолжая фразу Дария.
– А мы расслабились. Прошлые войны выигрывали только благодаря магам. А сейчас реально у нас всего двое, кто более‐менее полезен. Ты и Дениза.
– А Турги? Фархи? – я назвала тех, кто сегодня присутствовал на празднике.
Эдвард покачал головой.
– Старший Фарх пообещал прислать обученных лошадей, больше, увы, помочь ничем не может. Что сделает Тург? Вырастит лес перед армией? Она его просто обойдет. Кто еще? – Он перехватил мой следующий вопрос: – Горн? Давно не появляется в свете. После того, как погиб его сын, он заперся в своем поместье и не отвечает на письма. Я послал своих людей разузнать, что с ним и сможет ли помочь. Пока ответа нет. Боюсь, последний отпрыск магического рода исчез навсегда.
– Значит, поеду я, – произнес Дарий, – отец еще отлеживается от последнего тоннеля. Много сил потратил.
– Я с тобой…
– Нет! – Эдвард резко повернулся ко мне. – Ты никуда не поедешь. Слишком молода и неопытна. И нужна мне здесь, в Шалире.
– Но… – попыталась возмутиться я, обидевшись на «молода и неопытна».
– Его величество прав, Дени, – Дарий успокаивающе дотронулся до моей руки, – война может затянуться на годы, а тебе нужно закончить обучение. Я тоже не еду на передовую, лишь дострою тоннель. Оставь войну обученным людям. У нас достаточно войск и техники, чтобы дать отпор. Ты слишком ценный маг, чтобы рисковать собой.
Я со вздохом признала его правоту. Эдварда позвала королева, ему пришлось уйти, а я обернулась к Дарию и серьезно сказала:
– У меня есть теория о пропаже магии.
Зорг заинтересованно приподнял бровь.
– Что бы ни случилось, не используй ее для убийства. Двигай горы, сбрасывай лавины, делай оползни, перекрывая таким образом дороги, но только убедившись, что под ними нет людей. Перечитав много исторических хроник, я вывела собственную статистику исчезновения магии. И пока эта теория подтверждается.
Дарий серьезно кивнул.
– Я еще никогда никого не убивал, – произнес он взволнованно.
– Но ты никогда не был на войне, – парировала я, – поэтому будь внимателен. Не знаю, исчезнет ли магия, если использовать ее для защиты собственной жизни… Не удавалось проверить.
– Спасибо, учту, – задумчиво произнес Зорг.
Вскоре его позвала Сорти и пожаловалась на усталость. Они попрощались и покинули бал.
Утром следующего дня я уехала в школу, предупредив лишь герру Вилару. Основные дела были закончены, коронация состоялась, Эдвард сейчас будет занят, моя помощь ему не понадобится. Конечно, я не собиралась бросать работу в королевской кузнице или вести бухгалтерские книги, но учеба мне представлялась важнее балов и раутов, которые в последнее время занимали все мое время. Я так много пропустила, а зимняя сессия не за горами.
Профессор Лейбник несказанно удивился, увидев меня на лекции по логике.
– Сбежали из дворца, ария? – весело поинтересовался он. Я с улыбкой кивнула.
Какое же наслаждение сидеть за партой, слушать лекцию, отвечать на вопросы, окунуться в неповторимую атмосферу звонков, тетрадей и учебников. Я поняла, что мне безумно не хватало этого. Даже льстивые приветствия сокурсников не раздражали. Я научилась не обращать на подобное внимания еще во дворце.
Отношение заметно изменилось, даже со стороны учителей. Приставка «ария» поставила меня в один ряд с высшей знатью. А любовь наследника и вовсе подняла на недосягаемую высоту.
После обеда меня нашли телохранители с короткой запиской от короля:
– Я попрошу ария Бридор поставить тебе высшие балы по всем предметам, – друг был хмур и недоволен, – он не откажет мне.
– Мне не нужны поблажки. Я хочу ходить на занятия, как все, и сдавать экзамены на общих основаниях. – Я не понимала, почему он возмущается. Ревность? Нежелание отпускать одну? Да, ему пришлось оставить учебу в школе, но у него есть советники, министры. Образованные, опытные люди, которые поддержат нового короля, пока тот не научится управлению. Я же должна сама разбираться во всем.
– Ты нужна мне здесь. Во дворце, – отрезал Эдвард.
– Зачем? – я начала злиться. – Мы почти не видимся последние недели. У тебя свои обязанности, у меня свои. Я буду делать оружие и вести школы и больницы. Вечером буду иногда приезжать во дворец, а в выходные работать в королевской кузне.
– Да при чем тут кузня или школы! – вспылил король. – Я хочу, чтобы ты была рядом со мной!
Вот мы и добрались до сути.
– Вот как, ваше величество? – губы сами собой сложились в ехидную усмешку. – У тебя появились собственнические замашки? То есть я по первому зову должна прибежать к тебе, как послушная собачонка? А когда ты занят – сидеть в апартаментах и ждать твоей милости?
– Так делают все фаворитки.
– Но я не твоя фаворитка! – рявкнула громко, свирепея. – Или ты забыл наш уговор?
На моей памяти это была первая крупная ссора между нами. Я всегда старалась поддерживать Эдварда во всем, но не тогда, когда он самодурствует.
– Я хочу разорвать договор, – ровно произнесла я, немного успокоившись, – мне уже ни к чему защита дворца, а ты можешь взять на мое место понравившуюся девушку. Буду жить в одном из своих домов, я уже распорядилась начать там ремонт.
Эдвард резко вскинул голову. В глазах мелькнула паника.
– Нет, не нужно никакой девушки, – торопливо произнес он, вскидывая руки, – если хочешь учиться, ты, конечно, можешь посещать занятия. Я не буду препятствовать.
О расторжении договора больше не было сказано ни слова.
Глава 4
Зимнюю сессию я успела нагнать. Правда, пришлось несколько ночей посидеть над книгами и один раз пересдать экзамен по праву.
Получив высочайшее разрешение от короля, я усиленно училась, стараясь даже немного обогнать программу. Неизвестно, что ждет впереди. Появлялась во дворце лишь вечером, а иногда и вовсе оставалась ночевать в своей комнате в общежитии. Выходные были отданы кузнице.
Где‐то далеко шла война. От Шалира до границы с Фракрией было почти две недели пути. До гор – на поезде, далее – на лошадях и паромобилях, которые едут не быстрее, чем кони. Зорг слал донесения, что вот‐вот закончат обустраивать тоннель и станет легче.
За семьдесят лет люди, живущие на бывшей фракрийской территории, так и не успели стать истинными гражданами Альтеи. В городках и селах саботировали указы короля, помогали «своим», принципиально разговаривали на фракрийском языке и не посылали своих детей в новые школы. Эти земли всегда были «проблемными», но все искупала руда, добываемая там.
Это махровое противостояние превратилось в настоящую проблему: даже с тыла наша армия могла ожидать удара в спину.
А пока жизнь в столице текла своим чередом. Спокойно и размеренно. В газетах иногда появлялись статьи о доблестных воинах, героических подвигах, выигранных сражениях, но Эдвард говорил, что силы почти равны. И побед у нас столько же, сколько и поражений.
Ремонт в доме, расположенном на Цветочной улице Шалира, подходил к концу. Я надеялась вскоре туда переехать, даже поручила подыскать прислугу. Дворец, со своими длинными запутанными коридорами, толстыми стенами, помпезностью и гнетущей атмосферой, стал для меня чем‐то вроде тюрьмы.
Дома Креев почти восемь лет стояли заброшенными. Охраняли их спустя рукава, поэтому из ценного в каждом остались лишь громоздкие железные сейфы, которые ни унести, ни открыть простому человеку было не под силу. Когда я до них добралась, то кроме золота и камней обнаружила ценные древние книги на языке магов и блокноты с записями отца. Что было гораздо дороже драгоценностей.