Александра Питкевич – Звёзды стертой эпохи (страница 15)

Убедившись, что все сделано как надо, проверив показатели, я вернул ташву в нормальное положение, и не снимая креплений, прикрыл сверху еще одним слоем ткани. Пусть все тело от талии и до самых подмышек было укутано в «паутинку», само ощущение незащищенности, после всего перенесенного, скорее всего, будет довольно острым.

Глава 13

Оставив девушку восстанавливаться, перепроверив маршрут, я направился в грузовой отсек. Нужно было привести в порядок еще и хальпа. И было бы совсем уж хорошо, суметь с ним переговорить и выяснить более подробно, что произошло на той ледяной глыбе, с которой я их обоих так своевременно выдернул.

В грузовом отсеке мой маленький дроид-ремонтник устроил настоящую разборку. Детали лежали по всему полу, в каком-то определенном, но не самом очевидном порядке. Плоский и низкий, дроид перемещался среди этого конструктора, поднимая то один, то другой предмет. Как я понял, маленький робот пытался отыскать альтернативные детали на место тех, которые киборг потерял во время перестрелки. Пускай. В этом вопросе я доверял ремонтнику больше, чем себе.

Присев перед хальпом, с удовольствием отметив, что огонек искусственного глаза горит ровно, я разложил рядом и свои медицинские инструменты. Нужно было что-то делать с обожженной кожей, пока та не стала скручиваться по краям. Если плоть совсем придет в негодность, хальпу потом придется перенести массу процедур по замене всего кожного покрова. А он все-таки в значительно степени биологическая особь, чтобы можно было вынести это без осложнений и боли.

— Ты меня слышишь? — первым делом я принялся срезать одежду там, где этого не сделал дроид, только пришлось сменить настройки скальпеля, чтобы ненароком не повредить тонкую электронику, если где-то она лишилась защитного покрытия.

— Да, — звук вышел сиплый, не очень внятный, но это все же был ответ.

Присмотревшись к частично оголенной гортани, где механика жутковато перемежалась с мышечной тканью, я с удовлетворением прищелкнул языком. Это могло пролить свет на ситуацию.

— Должен сказать, что тебе весьма повезло, — покачал я головой, рассматривая россыпь дыр в теле, тем не менее, достаточно поверхностную. У киборга, кажется, имелся дополнительный слой плотных клеток, что оберегали внутренности. Что-то типа той же кирасы, что нашла себе ташва. — Из серьезных повреждений у тебя только конечности пострадали. Ну и кожный покров. Что с твоей системой?

— Запасной… — все же, говорить ему было пока не просто, но желтый огонек не мигал, а показатели живого сердца оставались стабильными.

— На запасном источнике питания. Тут я тебе не особо помогу, у меня просто нет необходимой аппаратуры. Все что можно, дроид попытается восстановить, хотя бы до условной нормы, пока мы не доберемся до станции.

— Куда? — киборг конвульсивно дернулся, словно один из проводов закоротило. Подъехавший тут же дорид что-то повернул в районе виска хальпа, представляющего сейчас отсоединенную пластинку и целый ворох цветных и прозрачных нитей внутри.

— Туда, где тебя смогут починить и помочь ташве.

— Кира?.. Жива?

— Кира? Это имя ташвы? В моем договоре не указаны имена заказчиков, — пояснил я, видя, как дернулась мышца над бровью на живой части лица, отекшей настолько, что глаз даже не открывался. — Не все наниматели хотят, чтобы их личности были раскрыты с этой стороны.

Желтый огонек прошелся по мне, оценив наряд и вернувшись к зеркальной маске. Кажется, кто-то начинал соображать, отвлекаясь от собственного состояния.

— Страховой агент.

— Совершенно верно. Агент, весьма предусмотрительно нанятый ташвой. Кирой.

Мне показалось, что живая сторона лица чуть дрогнула. Пытаясь изобразить улыбку. Что ж, этот хальп и без того показал себя с положительной стороны, пытаясь защитить девушку от меня. Теперь же не оставалось сомнения, что он для нее не угроза.

— Девушка жива, хотя и пострадала довольно сильно. Особенности ташвы, твоя помощь, и, конечно, кираса, помогли ей дождаться моего прилета, — я принялся обрабатывать рваные и обугленные края кожи хальпа жирным составом, срезав мертвые участки, чтобы потом можно было просто прирастить к ней новую плоть.

Предстояло еще завернуть его в ту же «паутинку», что досталась ташве. Чтобы какая-нибудь зараза из внешней среды не повредила открытые мышца и сухожилия. Одно дело, когда вокруг непроходящие минусовые температуры, не дающие роста бактерий, и совсем другая песня даже тут, на моем челноке. Стоит одной мелкой заразе попасть в тело хальпа — и есть вероятность, что он станет полностью механическим. А этого, насколько я знал, старались максимально избежать все киборги. Все же, есть разница, быть хоть частично живым, или превратиться в машину полностью.

— Что у вас произошло? Конфликт из-за грузов? — мне было важно знать, что случилось, чтобы иметь представление, с кем и чем потом предстоит разбираться.

— Да, — коротко отозвался хальп, практически не реагируя на мои касания. Кажется, блокировка болевых рецепторов все еще действовала.

— Груз украден? — это так же входило в зону моей ответственности перед ташвой, по ее расширенному договору. Предстояло сделать все, чтобы вернуть товар заказчику, и восстановить доброе имя ташвы, как курьера.

— Кира — груз, — тихо, словно боялся сам это признать, произнес хальп, не мигающее, прямо глада на меня.

— Ташва — курьер, — покачал я головой, принимаясь за очередной участок израненной плоти. Нужно было как можно скорее закрыть горло с его тонкой механикой и множеством разных мышечных соединений.

— Кира — груз, — с нажимом повторил киборг, заставив меня остановиться и посмотреть в желтый, немигающий глаз. Превозмогая слабость и сопротивление мышц, хальп произнес куда более весомо. — Кира — объект охраны.

— Ташва имеет что-то, что сделало ее объектом твоей охраны? Отлично. Тогда у нас, надеюсь, не будет конфликта. Потому, как в моем приоритете ее благополучие в решение возникшей ситуации. Но меня все еще интересует, почему ты выбрал именно ее. Среди сотен курьеров, с куда более сложной системой защиты на кораблях, более быстрыми судами, ты выбрал ташву на ее «блохе». Почему?

— Неболтливый курьер. Сурианский цветок. Не хотел привлекать внимание. Не предполагал сложностей. Хороший заказ… — хальп скривился, словно сожалел о произошедшем.

— И как же так получилось, что вы все же попали под раздачу? — видя, что киборг не намерен отвечать, я напомнил.

— Мне предстоит с этим работать. И ты это прекрасно понимаешь, если хоть немного знаешь об Агентах.

— Утечка информации. Потеря данных, — нехотя, все же признался хальп.

А это уже что-то. С этим можно будет что-то делать. Как только удастся починить моих пассажиров. Осталось выяснить совсем немного. Приподняв голову хальпа так, чтобы иметь возможность замотать шею «паутинкой», я уточнил, чтобы лучше планировать дальнейшие действия:

— Значит, гнаться за кем-то и отбирать груз, необходимости пока нет? Это не может не радовать, — сбрызнув тонкую ткань особым составом, наблюдая за тем, как она стремительно желтеет и становится плотнее, кивнул своим собственным мыслям, получив подтверждающий жест от хальпа. — Отлично. Тогда сосредоточимся на вашем восстановлении.

Завершив обработку ран киборга и оставив его на попечение дроида, который пытался вернуть на законное место руку и восстановить ее функциональность, я вернулся к штурвалу. Предстояло решить, на какую конкретно станцию везти этих двоих красавцев. И если ташва вполне могла восстановиться на моем челноке, после чего ей потом потребуется только небольшой корсет, прежде, чем девушка сможет ходить, то хальпа поправить полностью я не мог.

Выбрав весьма большую станцию, где появление одного потрепанного киборга не должно было стать важным или неожиданным событием, направил челнок туда.

Ближе к вечеру дроид сообщил, что закончил свою работу с киборгом, так что оставив управление на автопилот и прихватив чистую одежду, я отправился посмотреть, как мой неожиданный пассажир себя чувствует.

Куборг сидел на носилках, частично прикрывшись медицинским покрывалом, что я ему оставил. Живая часть тела была почти полностью закутана рыжей «паутинкой», придавая ему сходство с каким-то жителем водных планет, отличающихся особой яркостью. Вычищенная от грязи, восстановленная на прежнем месте рука, смотрелась немного чужеродно в этом изобилии рыжего.

Так же почти вся биологическая часть лица была затянута медицинским гелем, в надежде, что отек и синяки пройдут чуть быстрее.

— Ты в норме? — замерев в паре шагов от хальпа, уточнил я.

— Частично. У тебя водный душ на челноке? — сжав и расслабив пальцы восстановленной руки, уточнил киборг.

— Есть и сухой режим, — кивнул я, понимая, что под воду с открытой механикой лезть не стоит.

— Шикуешь, — фыркнул хальп, стараясь не улыбаться. Было видно, что длительная блокировка болевых рецепторов далась ему нелегко, и теперь кое-кого накрывает откатом.

— Уж как есть. Идем, покажу, где что.

Кивнув, хальп медленно, неуверенно поднялся. Из-под ткани мелькнула открытая механика колена, явно тоже только восстановленная дроидом из того, что было. Обернув тонкое покрывало вокруг бедер, хальп почти тут же навалился на стену, с трудом держась на ногах.