Александра Питкевич – Гора в объятьях облаков (страница 20)

– Может, стоит сесть ближе, чтоб было удобней? – услышав тихий вопрос, сердито фыркнула. Мои колени и так упирались в ноги ёкая. Еще немного, и я окажусь у него на коленях. Нахмурив брови, отправила бинт на второй виток, стараясь сильно не тянуть и при том не выпустить зеленую материю из рук. Меня окутали пьянящий запах крепкого мужского тела, тепло, исходящее от ёкая. Все это кружило голову и не позволяло сосредоточиться. Очень некстати вспомнился поцелуй. Губы пересохли, дыхание то и дело сбивалось.

К собственной гордости, я почти закончила бинтовать «пациента», завершая последний виток, как меня сильной рукой прижали к затянутой лентами груди. Не выпустить конец ленты и попытаться освободиться одновременно у меня не получалось. Тенгу молча держал, полностью игнорируя мои слабые трепыхания. Устав ерзать, все же решилась посмотреть в темные глаза. В первый раз за всю волнительную и смущающую процедуру.

Темные глаза искрились на утомленном лице. Острые скулы, которые мне так понравились в ночь похода в город, сегодня выделялись ещё чётче. Тенгу смотрел с лукавством искусителя, поймавшего добычу. Закончив разглядывать мои глаза, ёкай нагнулся ближе, вынуждая зажмуриться от предвкушения и лёгкого трепета. Но Шиджеру поступил иначе, ткнувшись носом мне в висок и глубоко вздохнув.

– Тебе нравится здесь, в поместье? – вопрос был неожиданностью. Разговаривать, будучи прижатой к груди тенгу в такой неудобной позе, было как-то совсем не комильфо.

– Может, я сперва закончу, и тогда поговорим? – тихо попросила, чуть дёрнув за край бинта. Шиджеру хмыкнул, разжимая объятия.

– Если ты обещаешь не сбегать. Мне сегодня до ужаса нужны обнимашки,– в словах скользила усмешка, но глаза стали вдруг серьезными. Волнуясь из-за всего происходящего, напомнила, доворачивая бинт и закрепляя какой-то необычной скобой.

– Из нас двоих сбегал только ты.

– Э, нет. Ты путаешь что-то, – фыркнул ёкай, вставая с подушки, – я был вынужден отправиться на работу, а не сбегал. А вот глядя на тебя сейчас, кажется, что стоит только моргнуть, как останусь один.

Собрав шкатулку с бинтами, вернула ее на место, не решаясь обернуться. Кожей чувствовала взгляд ёкая.

– Идем, – я немного вздрогнула, когда Шиджеру взял меня за руку, – покажу тебе мой сад. Здесь редко бывают гости. Даже обитатели поместья не появляются.

Проведя меня по галерее, тенгу свернул за угол павильона, открыл другую дверь и мы вышли в небольшой сад. Ступая босыми ногами по все еще теплым влажным камням, слабо различая в темноте окружающее, старалась не пропахать носом землю, крепче уцепившись за теплую, чуть шершавую руку ёкая. На очередном из шагов, я все же запнулась о плитку, вскрикнув от боли. Шиджеру тут же остановился, обернувшись. Сквозь собственное шипения, я сумела разобрать какое-то ругательство и над головой вспыхнул неяркий голубой огонек.

– Прости, – произнес тенгу, потирая глаза, – Совсем не подумал. Я здесь знаю каждую кочку и плитку, так что даже… Идем, тут чуть-чуть осталось.

Палец, которому достался удар, все еще ныл, но все же мне хотелось попасть туда, куда вел меня Шиджеру. В конце была какая-то темная тень, огромной массой чернея в глубине сада. При нашем приближении огонек выхватил из темноты качель. Широкая, больше похожая на диван на толстых канатах, с косой крышей, и горой подушек. Чуть подтолкнув меня вперед, ёкай придержал один из канатов, ожидая пока я залезу. Подобрав под себя ноги, с волнением следила из-под полуприкрытых глаз за Шиджеру. Придерживая больную руку, ёкай уселся рядом, чуть толкнувшись ногами, от чего мы плавно закачались в слабом свете огонька.

– Если я его погашу? – тихо спросил ёкай, глядя в темноту сада.

– Давай, – щелчок пальцев, и мы оказались в темноте. Однако через несколько мгновений в тенях вспыхнуло несколько слабых белесых огоньков. Приглядевшись, поняла, что это мерцают какие-то цветы. Света они почти не давали, но делали пространство вокруг не таким мрачным. Крепкая рука ёкая легла на плечо, притягивая меня ближе.

– Ты так и не ответила: тебе нравиться у меня в гостях? – нос тенгу скользнул от виска ниже, за ухо, вызывая толпу мурашек от кончиков пальцев ног. Глубокий вдох у самой границы волос сбил все дыхание.

– Нравится, – судорожно выдохнула, не зная куда деть конечности. Шиджеру положил ладонь больной руки на мои подрагивающие пальцы. В темноте, в окружении цветов, аромат которых прибавился к окутывающему запаху ёкая. – Только мне интересно, сколько существ тут живет, никак понять не могу.

– В общем тридцать пять ёкаев, но сейчас, кажется, восемь, – теплые губы коснулись шеи заставив вздрогнуть. По всему телу разливалась истома и нега.

– Почему так мало?

– Отправил их в поместье при храме, на верху горы. Чтобы тебя не пугали.

– Ты выселил ёкаев из дома из-за меня? Думаю, это не слишком правильно. Я не очень боюсь, если мне ничего не угрожает. Сможешь держать их под контролем?

– Определенно, – губы тенгу скользнули по щеке, слегка оцарапав кожу щетиной, от чего трепетная волна прошла по телу. Не удержавшись, не стерпев такой провокации, повернулась к мужчине. Теплое дыхание коснулось чувствительной кожи губ. Первое лёгкое прикосновение, такое трепетное и чувственное, что закружилась голова. Мягкие, очень нежные движения. Пальцы сами собой крепче сжили ладонь тенгу, а тело потянулось навстречу, сильнее прижимаясь к мужчине. Ощущения были очень легкие, пьянящие и сладкие как зефир. Отстраниться я смогла только тогда, когда совсем перестало хватать дыхания.

– Что ж ты такая медовая, – пробормотал тенгу. Чуть отстранившись, ёкай посмотрел на меня. Не знаю, что в этом мраке он сумел разглядеть, но мне были видны только легкие блики в его глазах. – Не могу решить, отправить тебя спать или позволить себе немного вольностей, пользуясь твоим согласием.

Не сдержав усмешку, в смущении опустила голову. Даже в темноте казалось, что ёкай отлично меня видит. Хотя, это было бы не удивительно. Все же он демон. Хихикнув, осторожно, едва касаясь толкнула тенгу в забинтованную грудь.

– Думаю, ты сегодня не очень в состоянии кем-то воспользоваться, – подловив эту игривую ноту, Шиджеру показательно охнул, согнувшись пополам.

– Знаешь, медовая Ориса, у меня только одна рука не полностью функционирует. А вот все остальное ни капли не пострадало.

Фыркнув от такой провокационной шутки, попыталась отстраниться, но ёкай удержал за руки.

– Побудь немного со мной. Ночь была на редкость неприятной, а твое присутствие перекрывает все. И ты права, я совсем не опасен твоей добродетели. По крайней мере, сегодня. В подходящий момент я хочу иметь возможность подарить тебе все грани удовольствия.

Щеки запылали, подтверждая, что женщина любит ушами. В темноте, почти лишенная зрения, я мучилась разошедшимся воображением. Стало жарко, по телу пробегали волны, стараясь унять которые, обняла себя руками, потерев плечи.

– Замерзла? – тенгу прижал ближе к груди, и от этого стало очень остро ощущаться отсутствие одежды на торсе Шиджеру и тонкая-тонкая ткань моей пижамы. Тенгу нагнулся ближе, и я сама, не дожидаясь его действий, прижалась к жестким губам. Здоровая рука ёкая скользнула по спине, надавив на лопатки. Прошлась ниже и медленным движением скользнула под тонкую ткань, остановившись на обнаженной, пылающей коже поясницы. Поцелуй стал другим. Медленный и глубокий, тягучий и острый, пробирающий до самого основания позвоночника, электрическим разрядом проходя по спине вверх и вниз.

Окутывая меня удовольствием со всех сторон, ладонь скользнула выше, вынуждая передернуть плечами и изогнуться, подставляя для ласки наиболее требовательные места. Вторая рука так же скользнула под рубашку, оказавшись на талии. Шиджеру чуть прикусил нижнюю губу, придавая невероятную остроту ощущениям. Тихий низкий стон получился глухим, но вибрация передалась мужчине. В ответ на мою реакцию, ёкай крепко сжал обе ладони на талии, словно стараясь совсем лишить возможности двигаться. Вдруг тенгу охнул, отстранившись. Злое ругательство вырвалось куда-то в сторону и в темноту.

– Прости, – получилось само собой, словно я и правда была виновата в травме его плеча.

– Перестань, Ориса. Ты дурманишь, и я убеждаюсь, что к тебе стоит приходить только с полным набором рук. Одной мне определенно не хватает. Идем, провожу.

– Не стоит. Девочки проводят.

– Ну да. Именно такого я воспитания, чтобы это позволить, – фыркнул ёкай, вызывая голубой огонек и подавая руку. – Идем.

Шиджеру.

Внезапный приход Орисы, само ее присутствие помогли избавиться от неприятного осадка в душе. А стоило попросить девушку помочь с бинтами, как я вдруг почувствовал себя вполне живым и полным сил. Подшутив и притянув невесту к груди, радовался ее нежному тонкому запаху, такому уютному и мирному облику. В какой-то момент очень захотелось показать ей мой уголок спокойствия.

Усталость сказалась на сообразительности и координации. Совсем не подумал, что девушка не видит в темноте, пока она не ушиблась. Засветив проводника, помог ей забраться на качели. Ориса чувствовала себя вполне уютно и мирно, что позволяло и мне расслабиться. В темноте стали видны лунные фиалки, придавая саду таинственный вид.