Александра Осенняя – Танец со смертью (СИ) (страница 66)
— Значит, — он вытянул руку. — Приглашаю вас на танец, миледи.
— Не смею отказать вам, мой герцог, — проникновенно произнесла я, хватаясь за его ладонь.
Менестрели заиграли другую мелодию. Вальс. Одна рука Акселя расположилась на моих лопатках, вторая обхватила мою руку и я начала по привычке отсчитывать про себя. Раз, два, три. Раз, два, три. Как это и положено, танец вёл мужчина, а я лишь следовала за ним, подчинялась, тая под нежным взором его тёмных глаз. Вспомнилось некогда прочитанное стихотворение:
Музыка играла, я смотрела на его лицо, запоминая каждую чёрточку, запоминая необычный оттенок глаз, и забывала обо всём, кроме опьяняющего запаха его одеколона, кроме обжигающих прикосновений его рук, как будто случайно задевающих открытые участки моей кожи в процессе танца. Не нужно было слов, мы единое целое и чувства делим на двоих. Мелодия звучала всё тише и тише для меня, мир блекнул перед мужчиной, ведущим меня в танце. Подумать только, а ведь он может стать моим будущим мужем.
— Почему мне так трудно дышать? — выдохнула я ему в губы. — Почему перед глазами всё плывёт, кроме твоего лица. Почему разум кричит убегать, а душа тянется ближе к тебе в безумном порыве скорее слиться воедино?
Он грустно улыбнулся.
— Потому что ты неотделимая часть меня, и где бы ты не была, как бы далеко не находилась, всегда будешь тянуться ко мне, как и я к тебе.
И он закружил меня в танце последний раз, чтобы остановиться вместе с прекратившейся музыкой. Только сейчас, когда мы прекратили танцевать, я заметила, что все гости окружили нас по центру бального зала и с любопытством наблюдали за нашим танцем. Голова немного кружилась.
Отдышавшись, я сказала некроманту:
— Вот теперь я хотела бы попить. Только не вино, пожалуйста.
— Хорошо, пойдём, — он снова взял меня за руку, выводя из центра зала, и мы направились на поиски напитков.
— Аксель, я выйду? Свежим воздухом подышу.
— На заднем дворе замка есть потрясающий сад, жди меня там, — кивнул он, а я направилась прямиком в сад.
Вдохнула свежий весенний воздух полностью грудью, как только вышла на улицу. Красавица луна переливалась серебряным оттенком, мягко освещая сад. Вдруг я заметила, как неподалёку от каменного лабиринта, пролетело что-то сверкающее, как звёздочка. Казалось бы, незаметно, но мои глаза уловили движения крылышек, как у бабочек.
Рванула к лабиринту и, спрятавшись, начала выжидать. Они появились не сразу. Лишь спустя какое-то время, когда я собиралась уже уходить обратно, потому что Аксель что-то подозрительно задерживался. Маленькие. Размером с небольшую куколку. Тоненькие со светящимися крыльями. И все крылья были разными. У некоторых малышек, как у бабочек, а у других, как у стрекоз.
— Эй, — обратилась я к феям.
Все феечки сразу же повернули головки в мою сторону.
— Ты это видишь? — тоненьким голоском спросила первая феечка свою подружку.
— Да, — восхищённо ответила вторая. — Магиня жизни!
— Самая настоящая! — изумлённо пропищала третья фея.
— Поблизости тёмные, — напомнила четвёртая.
— Нам нужно улетать, — предложила пятая. — Потом отыщем магиню.
— Стойте, — умоляюще попросила я. — Вы ведь феи? — глупо было спрашивать об очевидном.
— Ну, конечно, феи, — улыбнулась первая куколка. — А ты светлая!
— Вы сказали, что поблизости тёмные и вам нужно улетать…
— Феи не показываются тёмным. Только светлым магам, — ответила на мой недосказанный вопрос вторая феечка.
— Береги себя, светлая, — они все улыбнулись. — Мы найдём тебя когда-нибудь позже.
Но феи не успели улететь, потому что Аксель появился тут как тут и ошарашенно выдохнул:
— Кэтрин…
Он переводил взгляд с меня на фей. Те испугались, взвизгнули и улетели, скрываясь в лабиринте.
— Аксель…
Начала было говорить я, но меня тут же перебили:
— Не может быть! — шептал некромант. — Ты… ты…
— Я… — тяжело сглотнула и замялась с ответом.
— Феи показываются только магам жизни, Кэт, — казалось, герцог всё ещё не мог поверить в увиденное.
— Ты ошибаешься. Я тёмная, — попыталась сказать так, чтобы голос звучал как можно ровнее.
— Извини, котёнок, — со вздохом произнёс Аксель. — Мне надо кое-что обдумать.
— Аксель, пожалуйста, — я хотела подбежать к нему, чувствуя, как по щекам текут слёзы, но и глазом не успела моргнуть, как некромант уже растворился в ночи.
Я помнила, что кольцо на моём безымянном пальце, может перенести меня прямиком к Акселю, но почему-то не решалась покрутить золотой ободок артефакта. Он явно сейчас не хочет видеть меня. Но, почему? Что такого я сделала? Хорошо. Даже, если Аксель понял, что магиня жизни, неужели от этого изменятся его чувства? Ведь я же приняла его со всеми тайнами и секретами. Почему я не имею право на собственную тайну? Пусть и такую.
Тяжело вздохнув, я старалась не всхлипывать от обиды. Вытерла руками слёзы и, улыбнувшись, вздёрнула голову. Нужно отыскать подсказку к третьему свитку, со всем остальным разберусь позже. Даже, если не пожелает хранить мой секрет, я не сдамся! Хотя от этого будет очень больно. Уже больно. Я видела его взгляд. Взгляд полный неверия. Он как будто разочаровался во мне. Мужчина, в которого я влюблена, может стать моей погибелью и сейчас, как бы мне не хотелось это признавать, моя дальнейшая судьба в его руках.
Когда слёзы окончательно высохли, я решила вернуться в бальный зал. Не знаю, правда, зачем мне туда возвращаться, но стоять здесь тоже было глупо. Нужно узнать, как пробраться в подземелья императорского дворца.
Как только вошла в зал, где все весело танцевали, разговаривали, пили вино, меня тут же схватили за запястье левой руки.
— Потанцуйте со мной, — не просьба. Приказ. Так не приглашают. Так приказывают.
— Простите? — я повернулась, чтобы посмотреть на незнакомца.
— Я сказал: потанцуйте со мной, Екатерина, — и, дёрнув на себя, он притянул моё несопротивляющееся тело, обхватил одной рукой талию, сильно сжимая, а второй схватив мою руку, начал вести меня в танце. — Кстати, вам совершенно не к лицу эта маска, — хмыкнул он, а у меня по спине пробежали мурашки.
Глава семнадцатая
Незнакомец
Музыка, которая звучала, сильно напоминала мне испанский мотив. Что-то среднее между танго и фламенко. Наверное, повторюсь уже в который раз, всё-таки что-то похожее между тёмным миром и Землей есть. Например, музыка. И эта мелодия требовала абсолютно других движений в танце. Не нежности и королевской величественности, как в вальсе, а страсти. Всепоглощающей страсти — от которой становится жарко, от которой бурлит кровь в венах, от которой дыхание перехватывает.
И неизвестный, который кружил меня в танце, это прекрасно понимал.
Если, танцуя с Акселем, я не замечала ничего и никого вокруг, то сейчас увидела, как гости весеннего бала-маскарада снова обступили меня и моего партнёра по танцу в центре, с живым интересом на лицах наблюдая за нами. Такое внимание мне не нравилось, но, похоже, мужчине, который пригласил меня танцевать, многочисленное внимание публики пришлось по нраву. Об этом говорила я его загадочная улыбка.
— Вы плакали? — заботливо заметил он, сжимая свою руку на моей талии.
Чуть приподнял и закружил, отчего пышные юбки моего платья тоже закружились вместе со мной. По толпе гостей прошёлся вздох полный восхищения.
— Пылинка в глаз попала, — соврала я.
Незнакомцу не составило труда понять, что мои слова были ложью. Хмыкнув, он ласково сказал: