Александра Осенняя – Танец со смертью (СИ) (страница 32)
— Ты дурак?
— Напугал? — настороженно спросил некромант, закрывая двери своей комнаты.
— А ты как думаешь! — вспылила, отворачиваясь и начиная расхаживать по комнате. — Я же думала, что это Валентин!
— Прости, — обернулась на извиняющийся шепот герцога и вздрогнула, когда уткнулась взглядом прямо в его вздымающуюся грудь. — Кэт… что у тебя с этой шавкой?!
Не поняла. Причём здесь Арчер вообще? Но вслух ответила:
— Это не ваше дело, неофит Аксель!
— Так, значит, — сощурил глаза боевой некромант.
— А-Аксель, — нервно залепетала я, медленно отходя назад к кровати. Только, когда повалилась спиной на постель, поняла, что отходить некуда. Надо мной возвышался тяжело дышащий неофит. — Ч-что ты д-делаешь?
Хрипло рассмеялся.
— Кэт… котёнок, разве я что-то делаю в данный момент?
— Аксель, — я выставила перед собой руки, двигаясь по кровати в сторону окна. — Прекрати это немедленно! — мой голос срывается на визг.
— Что прекратить? — продолжая хрипловато смеяться, искренне удивился некромант.
— Что тебе надо? — устало произнесла, сдавшись и остановившись. Надоел! Все нервы истрепал. Прав мастер Ивао, когда говорил, что из-за Акселя мой процесс обучения замедляется.
— А что ты можешь предложить? — мурлыкнул парень, а я округлила глаза от ужаса.
Что. Вообще. С ним. Творится!?
— С тобой всё в порядке? — осторожно спрашиваю, нахмурившись.
— Более чем, — коротко ответил и… рванул ко мне.
Я не успела испугаться, как крепкие мужские руки обхватили талию, если можно так назвать, и настойчивые губы впились требовательным поцелуем. Вцепившись в его плечи, попыталась оттолкнуть от себя парня, но, кажется, скалу сдвинуть легче, чем решительно настроенного Акселя. Что мне оставалось делать? Сил на сопротивление уже не было и, безвольно обмякнув в его руках, позволила себе насладиться обжигающим поцелуем.
Это не нежный, наполненный трепетом и лаской поцелуй. Это поцелуй, от которого кружится голова и не хватает дыхания в лёгких, ноги то и дело подкашиваются, не желая больше держать весь тела. Хотелось кричать «кто дал тебе право поцеловать меня», и в то же время хотелось попросить «не останавливайся, пожалуйста». Боясь сорваться, я просто молчала, утонув в головокружительном водовороте губ с привкусом апельсина, властных прикосновений и наших тяжелых дыханий.
Но, быстро взяв под контроль собственные чувства, дождалась момента, когда бдительность Акселя ослабла и, оттолкнув неофита от себя, отскочила, как ужаленная. Несколько секунд мы неотрывно глядели друг на друга, тяжело дыша. Первым в себя пришёл Аксель.
— Кэт… — вздох. — Прости, я не хотел… В смысле, хотел. Не важно!
— Больше. Никогда. Так. Не делай, — выдохнула я.
— Прости, — ещё раз извинился парень. — Я сорвался. Прости меня, котёнок. Ещё бы чуть-чуть и не смог бы остановиться.
А вот эти слова меня напугали не на шутку. «Ещё бы чуть-чуть и не смог бы остановиться»… Думать, что было бы в таком случае, не хотелось.
— Не говори так, — тихонько попросила. — Потому, что когда ты так говоришь, мне кажется, что ты… Забудь! — тряхнув головой, попыталась пройти к выходу.
— Что тебе кажется, Кэт, — Аксель схватил меня за локоть и дёрнул на себя. — Скажи мне, котёнок! — требовательно попросил.
— Отпусти меня, пожалуйста, — сипло прошептала, глядя в очень тёмные глаза боевого некроманта. — На занятия нужно идти… — зачем сказала? Как будто обязана перед ним отчитываться.
— Уходи, — как-то горьковато произнёс Аксель отпустив меня, повернулся спиной и прошёл к окну.
Захотелось остаться и спросить, в чём дело, но переборов и этот сиюминутный, безумный порыв собственных эмоций, вышла из комнаты, не оглядываясь.
Довольно-таки просторный кабинет, освещала лишь ярко-золотая луна, пробивающаяся сквозь витражные окна императорского замка, находящегося в королевстве Диалария. На письменном столе тёмно-вишнёвого цвета беспорядочно лежали какие-то свитки и документация. В стаканчике с янтарной жидкостью отражался маленький кружок луны, а в воздухе витал лёгчайший запах табака и каких-то трав. На полу, около письменного стола, валялся огромный талмуд, открытый примерно на середине. Не всё, но некоторые буквы и отдельные фразы личному секретарю императора Империи объединённых королевств удалось разобрать. Что-то связанное с тёмными богами, магией и жертвоприношениями.
Содрогнувшись, мужчина вмиг попытался отогнать от себя лишние, непрошенные мысли. Он знал, что бывает с теми, кто даже мысленно суёт нос в дела их великого императора. На первый взгляд казалось, что кабинет пустовал и хозяин обители отсутствовал, но две пары светящихся ярко-красных глаз откуда-то из темного угла свидетельствовали об обратном. Появления секретаря ожидали, поэтому демонические псы не посмели напасть без приказа, значит, и сам Император в данный момент находится в кабинете, просто его окутала тёмная дымка этой ночи. Разные слухи ходили по всей Империи, а особенно в столице про Императора. Один слух страшнее другого. Великого повелителя девяти королевств боялись, перед ним дрожали от липкого страха и его приказы выполняли беспрекословно. Казалось, ничего нельзя скрыть от властителя. Те, кто пытался солгать, со временем пропадали без вести.
— Величайший из великих, сильнейший из сильнейших, могущественный из могущественных, умнейший из умнейших…
— Хватит, — жёсткий приказ императора раздался во тьме кабинета. Это традиционное приветствие-обращение к Императору могло бы продолжаться ещё долго, но властитель девяти королевств не намерен ждать. — Раз явился, докладывай.
— П-простите за мою д-дерзость, — голос личного секретаря отчётливо дрожал. — Что п-посмел в-войти в кабинет без стука…
— Говори уже, — раздражённо выдохнул повелитель.
— Вы просили докладывать обо всех изменениях, касающихся маркизы Кэтрин…
— Ну, и? — нетерпеливо вопросил император. — Будешь мямлить, отстраню от должности. Рассказывай немедленно!
— Первая неделя обучения маркизы Кэтрин в военно-магической академии имени первого императора Ксирана прошла несколько сумбурно. Было совершенно покушение на честь миледи, великий повелитель.
— Это мне уже известно, — холодно отозвался властитель девяти королевств. — Ублюдок уже здесь?!
— Да, великий император, — ответил мужчина. — Лорд Валентин уже в пыточной вашего замка.
— Она сильно пострадала? — голос прозвучал без эмоций, даже несколько холодно и отчуждённо, но вместе с тем, императора волновало состояние будущей жены. Девушки, которая родит ему наследника.
— Могла сильно пострадать, но её вовремя спасли…
— Кто?!
— Герцог Аксель Баррелл и двое его друзей, — ответил личный секретарь. — Телесные повреждения устранены. Девушка выглядит вполне здоровой. Насколько мне известно, из донесений, лорд Валентин не успел совершить задуманное в отношении чести маркизы, повелитель.
— Что с девушкой сейчас? — задал вопрос император.
— Этим утром она отбывает на практику в королевство Авинтон. Это всё, что мне известно, господин, — ничего нового личный секретарь не сообщил повелителю. Император и так знал, что маркиза покидает пределы академии.
Он знал о каждом её шаге, о каждом её достижении. Чем больше было этих достижений, тем отчётливее властитель чувствовал внутреннюю досаду, не дающую ему покоя. Казалось, великий и могущественный император девяти королевств знал о каждом жителе его империи всё, и ничего не могло утаиться от него, но некоторые вопросы, касающиеся землянки у него имелись. «Кто же ты такая, Екатерина»? — задал вопрос себе император, задумчиво глядя на жёлтую луну. Что-то ускользало от его внимания. Может, ответ был прямо перед его носом, но сейчас он был не в силах разгадать хоть часть этой загадки, а именно происхождения той, что должна родить ему наследника.
Тело предшественницы маркизы Кэтрин де Огилвы умерло, а душа отправилась в мир иной и когда Гертруда — верховная ведьма ковена сумела переместить тело землянки в их мир, он думал, что была задействована чёрная магия. Теперь же ему казалось, что он что-то упустил. Нет, Гертруда тоже не могла понять кое-чего и они оба ломали над этим голову. Те вопросы, которые поначалу казались для него несущественными, стали для императора личной загадкой, напоминающей о себе день ото дня.
— Что же я упустил?! — беззвучно шептал властитель девяти королевств, глядя на поистине захватывающе дух природное светило — луну. — Где же ошибся?! — да, и у самых могущественных, которым, казалось бы известны ответы на все существующие вопросы, бывают ошибки.
Мотнув головой, император повернулся к личному секретарю и накинув маску холодного безразличия, произнёс:
— Убивать лорда нет смысла, а вот припугнуть, — и мужчина хищно оскалился, переводя взгляд на своих доберманов-демонов. — Ну-с, мои-с хорошие-с-с, идём развлекаться!
Радостно завиляв хвостами, собаки подскочили и неспешно последовали за своим хозяином. В эту лунную ночь подземелья императорского замка утонули в мужских криках о невыносимой боли. Правда, ни придворные, ни слуги, ни служащие замка услышать мольбы и крики не могли. Наказание осталось тайной, которая хранилась в серых стенах подземелья и была известна лишь императору и его личному секретарю.
Глава седьмая
Авинтон, продолжение