Александра Осенняя – Танец со смертью (СИ) (страница 27)

— Села! — приказал неофит.

Сглотнув ком в горле, попыталась уверенно ответить:

— Я тебя не боюсь, Аксель!

— Правда что ли? — издевательски спросил он. — Хочешь проверить?

— Аксель… нет…

Мой тяжелый вздох… время замедляется… видно, как в воздухе летают пылинки на солнышке. Некромант жёстко впивается в мои искусанные губы, застигнув меня врасплох. Хватаюсь за его плечи, пытаюсь оттолкнуть от себя вконец обнаглевшего неофита, но силы не равны. За эти несколько минут, веки начали тяжелеть и закрываться, коленки подкашиваться, а тело слабеть, я сдалась под грубым натиском боевого мага, теперь уже схватилась за его плечи не для того, чтобы оттолкнуть, а для того, что не упасть.

Почувствовав, что мне становится тяжело стоять, меня крепко обняли за талию, неприлично близко прижимая к оголённому торсу. Желание оттолкнуть стало ещё сильнее, потому что… Нет, я целовалась… пару раз точно, но не так и не в таких условиях, и уж точно по обоюдному согласию. Это выглядело, наверное, немного странно со стороны, но желание учиться затмевало желание оказаться кому-то нужной в физическом плане, а в этом мире и вовсе, я потеряла надежду. Но Аксель не сдавался, упорно желая подчинить меня своей воле… ритму… натиску…

Все чувства, соединившись воедино, сконцентрировались вокруг одного объекта, а точнее субъекта — Акселя. Могу ли я думать о чём-то ещё, кроме мужских рук обхватывающих мою талию, нежно поглаживающих чуть приоткрывшуюся из-за задранной кофточки формы поясницу. Чуть твёрдые, настырные губы с привкусом мяты и чего-то кислого, цитрусового, несомненно, будоражащие кровь в жилах. И я бы, наверное, подчинилась, сдалась бы этому головокружительному поцелую, чтобы всё повторилось вновь… Но я собираюсь стать сильной и в одиночку справляться со всеми проблемами, сдаться у меня просто нет права.

Отстранившись от тяжело дышащего некроманта, я, как приличная леди благородных кровей, захотела оставить пощёчину прежде, чем покинуть комнату неофита, но почему-то не сделала этого. Лишь неотрывно продолжала глядеть в чёрные очи Акселя, словно чего-то ожидая. Вздохнув, слегка присела в книксене и собиралась выйти из комнаты неофита, как меня резко схватили за локоть, дёргая обратно.

— Только давай без этих формальностей, — скривившись, попросил парень. — Извиняться за то, что сделал, не буду, поэтому… — Аксель резко положил свои руки мне на плечи, и ощутимо встряхнув, заглянул в мои испуганные глаза. — Что в тебе особенного!? Ты же раздражаешь меня! Вот, как увидел, захотелось проучить, сломать… Несмотря на отсутствие логических причин донимать тебя, — некромант горько усмехнулся. — Захотелось поставить на место девчонку! Придумал эту дурацкую идею с прислужничеством, вопреки всем правилам и устоям академии… Так, что же в тебе особенного, Кэт?

— Не я особенная, а ты немного того, — враждебно уставилась на Акселя, осмелившись высказать такое прямо ему в лицо.

Ничего страшного, если ударит, по лицу меня уже сегодня били и не раз.

— Почему? — хватка на моих плечах усилилась. — Почему, Кэт?! Почему отказалась от предложенной защиты? Почему не взяла с собой кинжал, который в случае опасности, тут же отправил бы мне сигнал?!

— Насчёт кинжала ты прав, — согласилась я. — Надо было быть предусмотрительней и взять, а насчёт защиты… Защита, ради которой приходится жертвовать свободой и гордостью, мне не нужна!

— Нет, мы будем свободными и гордыми, но беззащитными перед всякими ублюдками, как Валентин! — отступив от меня, Аксель снова ударил кулаком по стене. — Если бы я не успел? Вот, если бы не успел, что тогда?!

— Убить меня Валентин не убил бы, — я пожала плечами. — Но к твоему сведению, смерть меня не пугает.

— Есть кое-что похуже смерти, поверь мне, котёнок, — усмехнулся некромант. — Ты ещё только начинаешь обучаться, но когда станешь старше, поймёшь… Смерть это не самое худшее, что может случиться с человеком. Некроманты всегда больше связаны с магией смерти, чем остальные темные маги.

— Можно вопрос? — спрашиваю, отходя поближе к выходу.

— Тебе, Кэт можно всё, что пожелаешь! — съязвил парень, отвернувшись. — Спрашивай уже! — раздражённо выдохнул.

— Я же корова жирная, тупая, дрянь и ещё много-много эпитетов, которые ты мне озвучивал. Так, что же тогда ты целуешь меня, а?! Почему предлагаешь свою защиту?! Зачем заступился перед Валентином, не позволив ему поиздеваться надо мной?! — давно известно, что слова ранят больнее поступков и ударов, это я хорошо запомнила. Запомнила, несмотря на то, что Акселя уже простила, а вот Валентина…

Тяжело вздохнув, некромант медленно обернулся.

— Спроси, что полегче. Я даже себе не могу дать ответ на эти вопросы! Смотрю на тебя… Вроде, девчонка как девчонка. Обычная, толстенькая, серая мышка, а стоит в глаза посмотреть… Кэт, не забивай себе этим голову.

— Это твоя особенность, Аксель — даже комплименты делать, таким образом, что они звучат, как оскорбления! Мне пора.

Чуть склонив голову, уже приоткрыла дверь, намереваясь выйти, как услышала хриплое:

— Кэт, останься со мной… В знак благодарности.

Нахмурилась, резко схватилась за какой-то предмет, стоящий на полочке возле двери и швырнула в некроманта.

— Только хотела поблагодарить за сегодняшний поступок и за подарок, как ты всё испортил, просто напросто открыв рот! — огрызнулась, краснея от предложенного Акселем «останься со мной… в знак благодарности».

— Ты не так поняла меня, Кэт, — устало покачал головой неофит. — В смысле, я хотел сказать, что у Валентина много сторонников и тебя могут поджидать. Пользуясь случаем, я прошу остаться тебя со мной. Так уж и быть, посплю на полу, а тебе кровать уступлю, — парень расхохотался.

— А проводить не судьба? — подозрительно вопросила.

— Я же говорю: пользуясь случаем! Значит, мне не очень хочется, чтобы ты уходила… — довольно понятно объяснил Аксель.

Вот смотрю на него — хитрого и наглого, нисколько не стыдящегося этого, сжимаю руками дверную ручку, и уходить почему-то не хочется. Правильно сказала Альма, придурок, и что с него взять, а уходить всё равно не хочу. Улыбку едва сдерживаю, прикусываю щёки, но остаться не могу. В какой-то мере это будет ошибкой. Не сейчас, когда я должна казаться сильной и неприступной. Пока я не могу быть действительно сильной, придётся просто делать вид, а вообще… Мы женщины странный народ. Хотим одного, а поступаем совсем иначе. Вот и со мной так. Остаться хочется, но гордость и воспитание маркизы Кэтрин не позволяют.

— Кошмарных тебе снов, Аксель! — искренне пожелала, хлопая дверью.

Не успела пройти несколько шагов, как дверь распахнулась, и взбешённый Аксель вышел в коридор академии.

— Кэтрин, что непонятного в моих словах о сторонниках Валентина, ну?!

— Всё, вроде, понятно… — неуверенно кивнула головой, оглядываясь назад.

— Терпение! — выдохнул сквозь зубы некромант. — Пошли, я провожу тебя.

Улыбнулась. Каюсь, не сдержалась и улыбнулась, когда Аксель прошёл чуть вперед меня. И до комнаты шла, почему-то улыбаясь. Потом взглянула на обнажённый торс парня и чуть покраснела. Когда же какой-то неофит, не знаю, зачем выходящий из своей комнаты, увидел нас, резко затормозил и протёр глаза, явно не веря в увиденное, стало и вовсе неловко. Оскалившись, Аксель отпугнул некроманта, который рванул к своим дверям и с хлопком, заперся изнутри.

— Пришли, — с тяжелым вздохом оповестили меня. — Может, ты всё-таки передумала и останешься у меня? Приставать не буду…

— Да-да, знаю, слишком толстая, не в твоём вкусе и бла, бла, бла, — скосила глаза я.

— Ох, зря ты так, — похабно улыбнулся боевой некромант. — Для размышлений: чтобы жениться и продолжить род, мой отец, выбирая из тысячи наипрекраснейших невест Диаларии, выбрал маму — полненькую женщину. Фигура — это было последнее, на что посмотрел отец.

— На что это ты намекаешь? — настороженно вопросила.

Подмигнув, парень не ответил на вопрос и добавил:

— В следующий раз, чтобы подобных инцидентов больше не возникало, носи кинжал всегда с собой!

И что это, простите, он имел в виду? Хмуро провожаю взглядом Акселя, до тех пор, пока некромант не скрылся из виду. Нет, не отрицаю, на вкус и цвет, как говорится, просто Акселя не поймёшь. То подчинить себе хочет, сломать, чтобы иметь послушную игрушку, то заботится, оберегает и защищает, недвусмысленно на что-то намекая. Ещё его это «фигура — это было последнее, на что посмотрел отец». Что за намёк такой?!

Несмотря на сквозняк, тихонько захожу в комнату, не хлопнув дверью. Двигаюсь до своей кровати практически на цыпочках. Будить Альму, чтобы ей что-то объяснять, не особо-то и хотелось. Несмотря на усталость, заснуть не получалось. Ворочалась, то накрывалась покрывалом, то сбрасывала его на пол от жары, а мысли крутились вокруг одной персоны — герцога Акселя. Вытащила спрятанный кинжал с камушком, прижала его к себе и только после этого заснула. М-да, обычно девушки с мишками в обнимку засыпают, а я с подаренным родовым оружием.

Альма ещё вовсю дрыхла, с кровати свисала её рука, одеяло между ног зажато, волосы растрепались по всей подушке. Я встала, протирая глаза и, пошатываясь, направилась первой в ванную комнату. Мыть волосы смысла нет, всё равно потом вспотею на вечерней физподготовке с тренером Вэйдом, а он погоняет меня, уверена, поэтому просто сполоснула лицо, надела форму и решила: отправлюсь-ка я на зарядку. В смысле, лёгкие физические упражнения перед занятием с тренером. Помня о Валентине, я схватила ножны, кинжал и вышла из комнаты. Каким бы сильным не был тёмный властелин, я не намерена сидеть в четырёх стенах и передвигаться по академии только в сопровождении Акселя.