Александра Неярова – Сокровище для Дракона (страница 9)

— Какого такого зверя? Если волка, тигра или медведя, то успокойся, с этой стороны леса они не водятся.

— Да нет. Речь не о них, а об… — вот тут–то и запнулась. Не знала, если расскажет, не сочтёт ли её этот воин за безумную.

— А о ком тогда? — Ян поглядывал с интересом, местность эту он знал, как свои пять пальцев.

— По слухам совсем недавно в округе появился загадочный зверь, — начала девушка издалека, — повадился он ходить по сёлам и деревням, чинил жителям неприятности, нападал на охотников, некоторых порвал когтями до смерти. На наш торговый обоз тоже напал, потом я каким–то образом очутилась в лесу, и зверь предстал передо мной, только выглядел необычно: огромных размеров, но тело его было полупрозрачным и похожим на древних мифических существ — драконов. Только без крыльев.

Мужчина молчал. Выражение лица его было непонятным и задумчивым, даже серьезным.

— Считаешь, что вру? — предположила грустно. Скорее всего так и есть, мало кто бы поверил в эту сказку. Но ответ превзошел все ожидания. Знала бы — не рассказывала.

— Да нет. Верю, — Ян повернулся к наследнице всем корпусом, и «обрадовал»: — по всему это был я, точнее моя магическая сущность. Никак не пойму лишь, почему она оставила тебя в живых?

— Ч–что...?

Теперь пришла очередь удивляться Итари. Она встала, неосознанно попятилась от мужчины подальше, однако, тот тоже поднялся.

— Прости, Тара. Но я не могу отпустить тебя. Тебе придется пойти со мной, пока я не разберусь в происходящем.

— Не–ет, — протянула, медленно увеличивая между ними расстояние. — Никуда я не собираюсь идти с тобой!

— Не глупи.

— Кто ты такой, что смеешь решать за меня?!

— Я–то? Я — император Чёрного Когтя, милочка. — глаза Итари расширились от ужаса. — О–о, вижу наслышана обо мне.

И пока наследница осознавала услышанное, Ян за пару шагов сократил разделяющие их метры, достал из–за пояса меч, вонзил в землю, порезал об лезвие ладонь и вызвал портал. Дальше толкнул в него девушку и зашёл сам.

Красная дымка портала рассеялась на вершине холма в семи верстах от города. Для Итари приземление вышло не особо мягким, подвернув лодыжку, она свалилась в траву.

— У–у–м! Да чтоб тебя волки загрызли! — от души пожелала, баюкая саднящее место. Боль в ноге на время перебила страх.

— Вряд ли это у них получится, не надейся.

Заценив местность, куда их выкинуло порталом, император недовольно прицыкнул, после пробуждения магия никак не войдет в баланс, и траектория перемещения значительно сместилась. Ну хоть так.

— Придётся пройтись пешком, — скосил взгляд на девицу, — до темноты должны добраться.

— Никуда я не пойду! — запротестовала.

— Слушай сюда, Тара. Или ты идешь со мной добровольно или я просто вырублю тебя и поволоку в бессознательном состоянии. Ну, так что выберешь?

Упрямость девчонки бесила, Яну было проще со вторым вариантом, однако, если он прикасался к ней, то терял самообладание. Это раздражало больше. Лишний раз терять голову не хотелось, неизвестно к чему приведёт.

— Сама, — буркнула насуплено.

— Отлично. Тогда не будем терять время, пошли.

Наследница кое–как поднялась, наступать было вполне возможно, что уже неплохо. Лечить лодыжку не стала, боялась разоблачения, ведь в мире не так уж и много лекарей. И если этот воин взаправду император Чёрного Когтя, то с лёгкостью сможет определить у ней не просто способность, а наличие целительского дара. Придётся потерпеть.

Итари возвела глаза к небу, солнечный диск уже начинал клониться к западу, впереди, как на ладони, раскинулся город в окружении горных хребтов, в его центре возвышался величественный дворец. Зубчатые стены убегали в разные стороны на много верст, за ними выглядывали большие и более мелкие шпили башен с развивающимися на вершинах флагами. Строение просто кричало о своей неприступности и непобедимости.

— Нам туда, да? — удручённо поинтересовалась, так скорее для факта.

— Туда. Это мой дворец.

— А раз порталами умеешь пользоваться, почему не перенес нас туда? Или сразу из пещеры? — подлила масла в огонь.

— Потому, что не могу. После пробуждения, силы не те, и чтобы соединить точки переноса, нужно знать начальное и конечное места… Всё, идём уже!

Император злился. Не знал, почему вообще оправдывается перед этой простолюдинкой. Что в ней такого? Стоит задержать на ней взгляд дольше положенного, и в голову лезут совсем не нужные мысли.

С таким «весёлым» настроем они отправились в путь. До ворот города добрались, покуда небо усеяли первые звёзды. Постовые, завидев приближающихся путников, направили на них острия стрел.

— Стой! Кто идёт? Чего надобно?

— Не узнаёте своего императора?

Со стен послышался громкий дружный смех.

— Ишь, любезный, ну насмешил! Наш император Хассиян как раз приступил к вечерней трапезе. Так что повёртывай отсюда подобру–поздорову! Пока ноги да кости целы!

— А тебя тут, смотрю, уважают и помнят. Так кто настоящий император? Ты или тот, который во дворце пиршествует? — не осталась в долгу наследница.

В Яне вконец вскипел гнев. Мало того, всю долгую дорогу терпел причитания девицы, так ещё и пускать не желают. Не церемонясь больше, император метнул в стражников пару силовых шаров, постовые посыпались со стен вниз головой, благо не высоко до земли.

— Ещё доказательства вам нужны? Живо позвать сюда сира Гиенви!

— Что за шум здесь? — раздался вскорости за воротами грубый бас.

— Гиенви, это я.

Образовалась гробовая тишина, а спустя минуту заскрипели механизмы подъёмной решётки и затворов, ворота отворились. В арке показался одинокий тёмный силуэт, эхо шагов звучало всё ближе, доспехи позвякивали, в лунном свете угрожающе блестели два меча на поясе. Пожилой мужчина в латах остановился в пяти метрах от пары.

— Ян, действительно ты ли это?

— Я, мой старый воин. Неужели, смеешь сомневаться?

— Теперь нет, император, — приклонил колено.

— Встань, Гиенви. Лучше вправь ума своим глупцам–подчинённым.

— Ты уж не сердись на них. Приказ они мой выполняли: отвечать так каждому, кто тобой представится. Напряженные нынче времена настали.

— Что ж, одобряю. Пойдем тогда, устали мы с дороги. Да обсудить нужно многое.

— А кто спутница–то твоя? — сир с интересом прошелся по сжавшейся фигурке наследницы.

— Вот это один из пунктов для беседы.

— Тогда идёмте скорее, поди вы голодные и озябшие. Исправить надобно.

Миновав лабиринт, что окружал город, и достигнув самого дворца, Итари с Хассияном разделились. Девушку служанка повела в купальни, отмыла, одела и накормила, потом гостью императора отвели в указанные покои и заперли. Облюбовав своё новое пристанище, Итари выглянула в окно. Дворец был огромен, множество огрей горело в окнах и в саду. Жаль только в сумерках не возможно разглядеть всего великолепия. Но ничего, на это есть завтра.

Улёгшись в кровать, с удовольствием потянулась, как же хорошо вновь ощущать мягкость чистого белья, вдыхать нежные ароматы благовоний. Хоть Ян и звал её простолюдинкой, предоставленные апартаменты говорили о другом. За это наследница была мужчине благодарна.

— Да, вот так история. Угодила прямиком в логово врага…

Пожаловалась она тишине. В ладонях сжимала кулон матери, хоть какая–то частица родного дома осталась при ней. Одинокая свеча дотлела на полке, погрузив комнату во мрак, и к Итари пришёл сон.

Тем временем Хассиян тоже привел себя в подобающий вид. Он с главнокомандующим армией уединились в библиотеке, поговорить без «лишних ушей». Не по всему городу ещё разлетелась весть о возвращении императора.

— Девятнадцать зим значит спал… — глухо произнёс Ян. В руке крутил бокал с вином, наблюдал, как медленно стекал по стенкам мутный осадок. Совсем, как и его жизнь.

— Да, правительница Сориния наложила сильное заклятье. Помнишь ваш последний разговор?

Сир Гиенви был для Хассияна, как отец родной. Вырастил с мальства, уму–разуму да воинскому искусству научил, посему крепкое доверие их связывало.

— Помню. Сказала тогда, что Древние дают мне ещё один шанс, если искуплю прежние грехи. Какие грехи? Я ведь любил её, всем своим сердцем любил. Желал быть рядом… а она с ненавистным виргином и в сон меня!

— Ну, а сейчас, что чувствуешь?

Пожилой воин с грустью наблюдал за своим императором. Сердце старика радовалось, что его мальчик наконец вернулся, но и щемило от страданий по безответной любви, что так и не спали с широких плеч того.

— Думаю, чувства мои нисколько не угасли. Всё также изнываю по ней.

— После войны у неё родилось двое детей, Сориния живёт в счастье и гармонии. Уверен, что тебе нужно это всё рушить.