Александра Неярова – Сокровище для Дракона (страница 43)

Очевидно, что на поле боя в таком состоянии ей не пробраться. Да и что она смогла бы сделать? Поговорить с Яном? Он просто не станет слушать. Его слишком далеко завели амбиции.

Итари поднялась с земли. Взгляд забегал по сражавшимся внизу. Бой двоих глав трудно было не заметить. В самом центре этого муравейника сверкали разряды молнии, вылетали огненные шары и свирепствовал ветер. Итари всем сердцем желала остановить их, но не могла физически. Внутренняя борьба сил крови истощала. Ей оставалось лишь наблюдать со стороны.

А Кариан с Хассияном всё пытались достать друг друга. Их вели упорность и цель. Поединок продолжался уже неопределённое время, силы обоих постепенно заканчивались, а тела покрывали раны. Глава рода виргинов защищал своих людей, император Когтя желал его смерти, дабы оправдать свою месть.

Устав бегать по кругу с близнецами, Хассиян решил пойти на хитрость, спровоцировать настоящего Ороти.

— А знаешь, что я сделаю после твоей смерти? — вдруг заговорил, увёртываясь от мечей. — Я подарю твою землю Такарам, что выступают на моей стороне.

— От твоих ползающих помощников остались лишь каменные статуи, обращённые моим василиском. Так что это вряд ли, — о ночном нападении нагов на поместье Кариану доложили Мирго ещё до начала боя с императором.

— Э–э нет, далеко не всех, — плотоядная ухмылка растянула губы Хассияна. — Разве тебе не сообщили, что среди Такаров был и сам наагонид? Знаешь зачем я послал его в твоё поместье? Верно, за твоей дочерью. И я уверен, она уже с моими людьми.

— Ты лжёшь! — выпустил черёд огненных шаров.

А вот эту информацию Кариану действительно никто не сказал. Умолчали.

«Неужели Дияр распорядился? Не хотел меня волновать?» — сердце Главы виргинов пропустило удар. Сын ведь так и не вернулся из поместья…

— Я говорю чистую правду, — парировал Хассиян, в прыжке уворачиваясь от направленных в него шаров. Когда приземлился на землю, добавил: — Так вот, после твоей смерти, я увезу Итари в свой замок, запру на множество магических замков, ей больше не удастся от меня сбежать. И я буду брать твою дочь снова и снова, пока она не родит мне наследника — будущего императора Чёрного Когтя!

Ярость вмиг затопила сердце Кариана. Не от заявления императора, вовсе нет. А от осознания, что этот Дракон недоделанный даже не был в курсе, что Итари уже носит его наследника. И не слушая свой разум, Глава виргинов бездумно бросился в атаку.

Хассиян же после своей жестокой речи внимательно следил за всеми семью близнецами. Они стали нападать ожесточённее, резко, по два или по три за одну атаку. Однако Ян подметил одну странность, какой раньше не было.

«Вот ты где!» Император отпрыгнул в сторону, двое близнецов погнались за ним, остальные ждали. Проигнорировав двоих напавших, Ян побежал к четверке, стоящей квадратом, ответив на их выпады, обманом прорвался к последнему отдалённому близнецу.

— Попался! — зазубренный меч пронзил грудь Кариана.

— Кх–х... — Глава рода виргинов кашлянул кровью. Остальные близнецы пошли рябью.

— Вот я и разгадал твою иллюзию. С тех пор, как тобой завладел гнев, настоящий ты стал держаться в стороне.

— Что ж, гха… поздравляю. Но ты сам попался, — меж доспехов живота Хассияна прошёл меч Ямата. Ударил последний близнец, прежде чем иллюзия окончательно развеялась.

— Так т–ты… — изо рта императора тоже хлынула кровь. Они оба осели на землю. — Ты подставился специально? Зачем? Мог бы оставить вдали близнеца и ударить сам. Ты мог убить меня…

— Зачем? Яд и так отравил практически всё моё тело. Глупый мальчишка, твоё время ещё не пришло. Запомни мои последние слова — не виргины убили твою мать. Ищи предателя среди своих.

Кариан Ороти возвел глаза в небо, но смотрел он не на летающих в нём птиц Мирго, не на разящие стрелы, взгляд правителя был приковал к чистому голубому небу, чей кусочек виднелся сквозь облака.

— Хорошая смерть. Жаль только, что не доведется увидеть своего внука. Глупый мальчишка–дракон, моя дочь уже носит под сердцем твоего сына.

Последний вздох сорвался с уст Главы рода виргинов. Вместе с ним в небо улетела и душа правителя.

— Уже носит моего сына? Носит сына... — пораженный Хассиян повторял фразу, как мантру, не в силах поверить.

А в этот же самый момент в горах Итари окатил холодный ветерок. Ей показалось, что в нём она слышала голос отца: «Будь счастлива, дочь моя…» Почудилась его крепкая рука на плече.

Нет.

Тук–тук, предчувствуя неладное, зашлось в быстром ритме сердце. Тук–тук–тук, зыбилось ещё быстрее, сильнее. Его стук зазвучал и в ушах.

«Отец… Нет!» Разум отказывался верить, но Итари знала, что минутой назад произошло на поле. Всем существом она пожелала оказаться рядом с ним. В следующий миг какая–то необъятная сила оторвала Итари от земли и за секунду принесла через всё поле.

— Итари..?

Хассиян удивился её появлению, но наследница не обратила на императора внимания. Она смотрела на своего поверженного отца, который лежал на холодной сырой земле.

— Отец!

Мир Итари рухнул в одночасье. За один день она потеряла двоих любимых.

— Отец… Дияр… — резко повернувшись к Яну, в сердцах прокричала: — Они погибли из–за твоих амбиций. Это ты их убил!!

Слёзы горечи наконец брызнули из синих глаз. Итари больше не сдерживалась, отпустила все эмоции на волю. Вокруг поднялся сильный ветер, закружился в столб смерча, поднимая с собой и близлежащие камни. Сражающиеся воины испугавшись мощи принцессы Ороти побросали оружие.

— Прекрати! Успокойся! Ты всех погубишь! — пытался докричаться Хассиян, но его смело порывом ветра. Никто не понимал, что происходит.

Разумом Итари владел гнев, боль утраты подогревала его. В центре живота наследницы воспламенился огонь, он быстро разгорался, распространяясь по всему телу. Боль зашкаливала, настолько сильно, что сознание начало уплывать. Итари казалось, она сгорает изнутри. Дальше яркая вспышка золотого света и волна ветра всколыхнули пространство.

Глава XVIII

Хаос разрухи. Боль. Пронизывающий до костей холод мрака. Страх. Что это? Смерть?

Кромешная тьма окружала. Издалека, словно под толщью воды, слышались какие–то звуки. Резкие. Яркие. Скорбные. Война?

Итари не знала где находится. Не понимала, что делать. Ничего не помнила. Лишь чувство пустоты и холод были рядом. Где же тот огонь, который совсем недавно согревал? Куда он подевался?

— Он в твоём сердце. Он совсем почти затух… — подсказал чей–то хриплый голос.

— Почему?! — крикнула во тьму.

— Потому, что ты перестала верить, в себя…

Голос проходил сквозь пространство вибрирующим эхом, поэтому определить, где находится хозяин было не возможно.

— Перестала верить?

Странные слова мудрого незнакомца заставили Итари задуматься. Верить в себя. Похоже она забыла что–то нечто важное.

— Почему я ничего не помню? Чувствую, что я должна была сделать что–то очень важное.

— Верно. Ты должна была остановить войну. Но вместо этого поддалась отчаянию и погубила всех.

Она погубила? Всех?!

Перед глазами замелькали картинки, одна ужаснее другой: вот армия Чёрного Когтя напала на поместье Ороти; потом в ночь пришли наги; смерть Дияра; смерть отца; и яркая вспышка света, точно взрывная волна, снесла всех на поле боя. Но не остановилась, распространилась дальше, погребая на своём пути всё живое. Под обломками остались тела матери, дяди Неиджи, Лагрес, Локиара, Мирго, Хассияна и воинов Чёрного Когтя.

— Они все мертвы. Из–за меня. Я убила всех…

Ноги перестали чувствовать опору, Итари провалилась в какую–то бездонную пропасть. Падала и падала, но страх смерти так и не пришёл. Заботило не это.

— Откуда у меня появилась такая сила?

— Она всегда была с тобой. Но ты к ней не была готова. Ты — наследница двух родов, двух разных сил. Тебе судьбой было предначертано остановить войну. Разорвать цикл пророчества Древних.

— Но я не справилась. Разве так всё должно было закончиться? Снова мир погиб.

Голос некоторое время молчал, будто раздумывал, что ответить. А потом неожиданно разразился громким смехом.

– Ха–ха! Семь Творцов снова остались не удел! Древние всегда возлагали непосильную ношу на хрупкие плечи смертных, а затем удручались очередным поражением.

Смех стих. Странный мудрец снова замолчал, но после неожиданно спросил.

— Ну а ты, принцесса двух родов, хотела бы всё исправить?

— А разве ещё возможно что–то исправить? Время вспять обернуть никому не по силам.

— Ну, это двоякое суждение. Что такое по сути время?

Время всему начало и конец,

Время — это мать и отец,

Время наших жизней гонец,

Время всех судеб кузнец.