Александра Неярова – Проклятье берсерка или Чужая невеста (страница 4)
Щеки раскраснелись, а дыхание участилось. Она оглянулась по сторонам, но берсерка нигде видно не было. Да и не стал бы он подглядывать. Хотя вчера именно этим и заниматься, пока она танцевала под луной.
Каков подлец!
Лия быстро юркнула в воду и сразу затрясла зубами от холода, вода была просто ледяная! Откупорив тёмную баночку, Лия искренне порадовалась мылу. И фыркнула: не в том месте у берсерка сидит забота! Но тем не менее за мыло она ему благодарна.
Памятуя об указе не задерживаться, Лия в темпе вымыла волосы и даже постаралась отстирать испорченную майку. Получилось не очень, но лучше чем была. Затем выбралась на берег, отжала длинные тяжёлые волосы от влаги и натянула на себя всю одежду. Влажная майка под плотной сухой туникой холодила кожу стекающими по спине и животу каплями, ну и пусть.
Зато прилично одета. Волосы уже заплетала на ходу в две косы. А вернувшись обратно на поляну, Сверра Лия не обнаружила.
Берсерка нет. Нарк имелся.
Серый зверь преспокойно себе обгладывал чью-то кость и урчал в удовольствии. На секунду в голове стрельнула злорадная мысль: а не берсерка ли? Жаль, но явно не его. Лия постояла минут пять, напряжённо вслушиваясь в тишину леса, но следов присутствия мужчины не было слышно.
Метнула взгляд на нарка, в груди заполошно застучало сердце, ускоряя ток крови по венам. Вот он шанс! И больше не мешкая кинулась к твари, но в четырех шагах затормозила, осторожно присматриваясь к нарку. Послушается ли он новую наездницу?
Лия сделала ещё шажок, нарк повёл ушами и обратил на неё внимание: рассматривал с интересом, агрессии не проявлял.
– Хороший… мальчик.
Лия обаятельно улыбнулась, пытаясь понравиться и расположить его к себе. Зверь повёл носом, бросив кость, и сам подошёл к Лии, ноздри его затрепетали, втягивая запах, и судя по тихому довольному урчанию запах ему пришелся по душе. Он легонько боднул взвинченную Лию в плечо и подставил макушку под ладонь.
– Краса-авец ты мой, – проворковала она с облегчением, потрепав синюю шерсть между ушей. – Ты ведь не будешь против, если мы с тобой прокатимся? А я тебя потом чем-нибудь вкусным накормлю, идёт?
Зверь фыркнул и подбоченился, будто действительно понимал, что Лия ему сказала. Она вновь оглянулась, берсерк по-прежнему не появился. Треска веток под тяжёлыми сапогами тоже не слышно. И поверив в свою удачу, Лия сноровисто запрыгнула в седло, дернула поводья и негромко крикнула нарку:
– Вперёд, друг!
И он послушно рванул с места. Управлять нарком оказалось несколько сложнее, чем обычной лошадью. Зверь мощнее, норовистее, но и значительно быстрее. За минуту они вырвались из объятия игольчатого леса и понеслись галопом по степи. Лия улыбалась во весь рот от стремительного бега.
…Пока до ушей не донёсся характерный свист, на который среагировал нарк.
Тварюга встала на дыбы, Лия взвизгнула и с трудом удержалась в седле, а затем нарк помчался к своему хозяину. И как Лия его не одёргивала, не просила повернуть и скакать прочь, не помогло. Отбросив тогда за ненадобностью поводья она вцепилась в луку седла и угрюмо смотрела на приближающегося с каждой секундой берсерка.
Сверр стоял у кромки леса, расставив ноги на ширине плеч, солнечные лучи просвечивали его со спины, устрашая впечатление. Руки он скрестил на предплечьях и большим пальцем с намеком постукивал по рукояти своего меча, прикреплённого к поясу брюк. Выражение лица мужчины было не понять, словно маску нацепил. И лишь глаза выдавали, как он сейчас зол.
Нарк поравнялся и ним и остановился. Зафырчал, как ни в чём не бывало и принялся зачем-то вылизывать левую лапу. Лия молчала, разглядывая свои побелевшие от усердия ладони. Сверр тоже. Не долго.
– Додумалась угнать нарка. Отчаянная. – Произнес почти без гнева, но нотки последнего всё-таки проскальзывали в низком голосе. – И дурная!
Мужчина рявкнул вдруг так неожиданно и яростно, что Лия подняла на него растерянные глаза. Вот теперь на скулах берсерка заиграли желваки, а руки сжались в кулаки с отчётливым хрустом.
Меж тем нарк тоже рыкнул и пихнул хозяина в живот. Сверр со свистом втянул в себя воздух и отрывисто выдохнул, покосился почему-то на нарка, но заметно успокоился.
– А ты молодец, понравилась нарку, если он позволил оседлать себя, – похвалил обманчиво мягко, похлопал ладонью по крупу зверя и погладил по широкому носу. И огорошил: – Обычно нарки сразу растерзывают таких смельчаков на месте.
Лия вскинула на зверюгу затравленный взгляд.
– Ч-что?
– То, девочка. Я не шутил. Считай, что тебе повезло.
Сверр схватил поводья и повел зверя в заросли леса. Как он злился! Лия видела это по сжатым в тонкую полоску губам и напряжённым мышцам плеч и рук с толстой сетью перевитых вен.
Лия и сама понимала, что сглупила. Запоздалый страх подкинул красочные картинки того, что нарк мог с ней сделать. Брр! Вдруг она заметила знакомое оперение стрелы, торчащее из седельной сумки. Её стрелы. И длинный свёрток, прикрепленный ремнями на боку животины – скорее всего лук.
Осторожнее и как можно незаметнее она откинула ткань, показался черный изгиб дерева. Берсерк прихватил её оружие! Лия выхватила из ремней лук со стрелой и спрыгнула с нарка, отскочила на несколько шагов и нацелила лук на берсерка. Нарк потопал дальше, а Сверр остался стоять неподвижно. Голову в её сторону повернул, во взгляде поселилась усталость.
– Никак не успокоишься, да?
– Я не пойду с тобой добровольно. Отпусти!
– Ты ещё не поняла, что не отпущу? – Сделал шаг к ней, и Лия сильнее натянула тетиву.
– Не приближайся, я выстрелю.
– Ну так давай, – второй шаг. Сверр развёл руки, облегчая ей цель.
Третий шаг. Усмехнулся про себя, заметив, как она шумно сглатывает, как дрогнули на долю секунды пальцы, со знанием дела крепко сжимающие дерево. Несомненно Лия была прирожденным охотником, однако…
– Чего медлишь? – Остановился в метре, в упор смотря прямо в синие глаза девчонки, в них застыли страх и нерешительность.
Взгляд Лии метнулся от открытой шеи мужчины к груди, где билось незащищённое сердце. На нём был только один кожаный доспех, не закрывающий руки. С натяжкой его можно было назвать хорошей защитой! Её стрела за доли секунды пробьёт тонкую, пусть и прочную кожу, но…
– Никогда не убивала человека, верно?
Сверр упёрся грудью в острый наконечник. Лия закусила губу и отвела глаза, ощущение, что попала в западню усилилось. Берсерк повернул её голову к себе за подбородок и подлил масла в огонь:
– Страшно всегда только в первый раз. Тот, кого ты убьёшь, станет преследовать тебя со снах, а потом из-за чувства вины будет мерещиться наяву. И это будет продолжаться до тех пор, пока ты не сойдёшь с ума и не начнёшь убивать ещё. Один за другим, больше, пока лиц станет слишком много, чтобы помнить их все. А затем придет безразличие.
Жутко! От слов мужчины Лию сотрясла нервная дрожь. Сколько сотен или может быть тысяч он уже убил, если так спокойно рассуждает о смерти?! Сколько душ погубил безвинных и виновных? Столько, что Лии и не снилось.
Он – берсерк! И этим всё сказано.
Глубоко и хрипло дыша, она стиснула в руках лук и перья стрелы и с вызовом посмотрела Сверру в лицо.
И терпение его лопнуло, как слишком натянутая тетива. Почти с таким же глухим хлопком и лёгким треском. Осуждение в красивых глазах цепляло что-то внутри. Не давало трезво мыслить. Сверра бесило, что приходится возиться с девчонкой, бесило, что она не сдается и продолжает сопротивляется.
И восхищало. Она не билась в истерике от страха перед ним, не падала ниц и не лебезила, пытаясь угодить. Лия была живая. Искренняя. И ему это нравилось в ней.
Неуловимым движением он выбил лук из её рук и откинул в сторону. Лия испуганно пискнула и попыталась ударить его в челюсть кулаком, Сверр увернулся, подсек ей ноги и прижал своим телом к траве, практически обездвижив.
– К кому ты меня везёшь? И зачем? Скажи! – Брыкалась она, силясь сбросить с себя тяжеленую тушу берсерка.
В глазах Лии бурлило негодование. Она не понимала, за что судьба с ней играет в эти игры? Чем она провинилась перед предками?
– Прекрати! Тебе ничего не изменить! И я не в силах.
– Да почему? Зачем, ответь мне?! – Сверр покачал головой и зарычал.
Диким зверем зарычал, и глаза его налились кровью, черты лица заострились и подернулись дымкой. Будто кто-то или что-то стремилось вырваться из плена наружу.
Лия съежилась под этим прожигающим взглядом. Выгорала как брошенная в огонь бумага. Как она могла забыть, что перед ней не обычный человек!
Но Сверр не хотел пугать её. Не хотел раньше времени открывать неутешительную правду. И ему было жаль эту гордую сильную охотницу. Но он действительно не мог ничего изменить. Впервые у него заскрипело сердце, забилось чаще нужного, а в груди заскребли проклятые кошки.
Он смотрел в эти немного наивные небесные глаза и видел в них недосягаемую для себя свободу. Лия была свободна, но он отобрал её у неё и везёт в неизвестность. Но правда ещё хуже.
А ещё ему очень хотелось взять и требовательно смять искусанные уста в поцелуе. Вкусить её сладость. Маленькая охотница наверняка была сладкой, как малина на кустарнике за их спинами. И такая же дикая и колючая, как эти сочные ягоды.
Горячее дыхание берсерка разбивалось о её кожу. Он так смотрел… с обещанием, что сердце предвкушающе ёкало, а в животе сжималось в тугой узел приятное томление. И Лия думала, что берсерк поцелует.