Александра Миронова – Жемчужный дебют (страница 7)

Бабушки исполнили еще две колыбельные, с каждым разом напевая все медленнее и тише, и Анна была готова поклясться, что если бы прямо сейчас ее кто-нибудь переместил в отведенную ей комнату, она бы уснула там сном младенца и мирно проспала бы до завтрашнего утра. Остальные тоже клевали носом и зевали. Анжелика так и вовсе не могла остановиться, прикрывая аккуратный рот маленькой ладошкой.

– Папа-кот, я в постельку. Ты со мной? – промурлыкала она на ухо Калинину, но в охватившей оранжерею тишине ее фраза прозвучала достаточно громко.

– Бесстыдница! – поджав губы, резюмировала Алена.

Анжелика фыркнула:

– А вы не завидуйте! Можно подумать, вас от святого духа зачали.

– Личная жизнь на то и личная, чтобы держать ее при себе, – охотно вступила в перепалку старуха.

– В наше время нет ничего личного, – тряхнула головой Грета. –Вы видели, что в интернете выкладывают?

– Интернет подхватил знамя религии и стал опиумом для народа, – усмехнулся Калинин и поцеловал руку Анжелики, – иди, радость моя, я дождусь Аэлиту, а потом присоединюсь к тебе.

– Папа-кот, я ревную! – обиженно мурлыкнула красотка.

– Не ревнуй, радость моя, Аэлита – это для души. Говорят, она затворница и ни с кем не разговаривает.

– Не разговаривает она, – обиженно протянула Анжелика – ага, как же. А сюда она просто молча приехала.

Встав, она бросила уничижительный взгляд на Алену и, покачивая бедрами немного сильнее, чем того требовали обстоятельства, удалилась из зала, провожаемая взглядом Гаврила.

Звуки затихли. Евгений прошелся по оранжерее и затушил большую часть свечей. Анна отметила взгляд, который он кидал туда, откуда, по всей видимости, должна была появиться Аэлита. Это был не просто взгляд организатора, гордого тем, что ему удалось поймать в свои сети остромодную новинку. Это был взгляд глубоко верующего человека, который вот-вот встретится с божеством. Эту встречу он ждал всю жизнь и тщательно к ней готовился. Анна кинула взгляд на Дарью, стоящую за огромным апельсиновым деревом. Ее лица практически не было видно, но Анна заметила, что женщина кусает губы и глаза ее лихорадочно блестят. Впрочем, сейчас Анне было не до них. Сердце ее забилось так сильно, что, казалось, его стук услышат окружающие.

Аэлита…

Даже в наступившей идеальной тишине не было слышно шагов певицы. Она как будто просто появилась. Одетая во все белое, едва различимая на снежном фоне. Белоснежные длинные волосы, белые ресницы и бледное лицо. Она была похожа на прекрасную эльфийку. Калинин даже подался вперед, чтобы рассмотреть, не приделало ли юное дарование себе эльфийские уши, опошлив таким образом весь образ. Нет. Уши девушки были обычными, и вся фантастичность ее внешнего вида объяснялась тем, что Аэлита была альбиносом. Ну что же, это вполне могло объяснять тот факт, что девушка не желала мелькать на публике и в интернете не было ее фотографий и видео.

Лицо Аэлиты ничего не выражало. Никоим образом она не дала понять, что заметила сидящих в оранжерее людей. Аэлита закрыла глаза, и откуда-то сверху полилась музыка. Калинин едва сдержал вздох разочарования. «Аве Мария». Ну что же, очередное дарование, претендующее на гениальное исполнение бессмертного произведения. Но стоило Аэлите начать петь, как внутренний критик Калинина замолчал, а потом и вовсе лишился слов. Голос девушки был похож на тонкий горный ручей, на конденсат облаков на горной вершине, на густой влажный туман, что обнимает и обволакивает, стирая грань между мирами. Он впитывается в тело, и вот ты сам становишься частью этого тумана. Голос хрустальный, льющийся на той частоте, что резонирует с сердцем и душой, проникая в каждую клеточку тела.

Калинину казалось, что лучшее исполнение этого религиозного гимна он слышал от хора мальчиков в монастыре Монсеррат. Там, прикоснувшись к черной Мадонне и проникнувшись атмосферой всеобщего поклонения, он словно почувствовал божественное дыхание, на краткий миг становясь частичкою творца. Но сейчас, сидя в небольшой оранжерее на краю света, он вдруг понял, что пришел в свой конечный пункт. Что он впервые познал Бога…

Девушка спела лишь одну песню и исчезла так же внезапно, как и появилась. Все сидели, боясь пошелохнуться. Калинин был готов поклясться, что присутствующие чувствуют то же, что и он – объятия Творца, которые он в милости своей раскрыл для всех и каждого. Анна, оглушенная, смотрела на то место, где только что стояла Аэлита, в безумной надежде, что та появится вновь. Краем глаза она заметила, как вслед за Аэлитой исчез и Евгений, а затем услышала легкий всхлип – она повернула голову и заметила, как по лицу Дарьи, которое теперь освещал пляшущий огонь свечи, катились слезы. Впрочем, она была не единственной, кто плакал. В это сложно было поверить, но даже Алена терла покрасневшие глаза обветшалым рукавом старомодного костюма.

Зажгли свет, все потихоньку приходили в себя и пытались осознать случившееся. Даже Калинину понадобилось как следует тряхнуть головой, чтобы вернуться в прежнее расположение духа. Не говоря ни слова, гости вставали с мест и нестройными рядами направлялись в сторону жилого корпуса. Нужно прийти в себя и хорошенько выспаться, ведь на следующий день их ожидало «таинство перерождения». Лишь Катерина осталась сидеть на диване, кутаясь в алую шаль.

– Вы в порядке? – Анна повернулась к девушке и с трудом сдержала желание взять ее за руку. Та молча кивнула.

– А я бы, пожалуй, выпил, – пытаясь выглядеть циничным и насмешливым, пробормотал Калинин и поднял глаза на Анну. – Составите мне компанию?

– Вас, кажется, Анжелика ожидает, – холодно обронила та. – Нехорошо заставлять девушку ждать.

– Да бросьте, как, кстати, вас зовут? Вы, кажется, единственная не представились.

– Представилась, – вздохнула Анна. – Просто вы не расслышали. Меня зовут Анна.

– Бросьте, Анна, – снова повторил Калинин, – я же не приглашаю вас в свою постель, а предлагаю просто выпить со мной. Наше знакомство не очень удачно началось, но давайте закопаем топор войны. Знаете, мне кажется, сегодня мы стали свидетелями чего-то совершенно потрясающего.

Анна молча кивнула.

– Хозяйка, здесь подносят чарочку? Нам нужно две, – крикнул Даниил куда-то вглубь оранжереи, туда, куда, по его представлениям, должна была удалиться Дарья. Анна вздохнула – продюсер даже не удосужился удостовериться в том, что она будет с ним пить. Встав с дивана, Анна направилась к выходу. Она была уже готова покинуть оранжерею, когда за ее спиной раздался крик.

– Что… что это?

Глава 3

Ино

Анна остановилась и повернулась к Катерине, оставшейся сидеть на диване. Та выглядела так, словно увидела призрака. Рот открыт и перекошен, глаза вот-вот выскочат из орбит, дрожащий палец указывает на окно оранжереи.

– Что это? – снова пронзительно завизжала Катерина так, что даже Даниил отвлекся от мыслей о чарке и обратил на нее сиятельное внимание.

– Что с вами, радость моя? – он проследил за направлением пальца Катерины и осекся. Сделал несколько шагов к стеклянной стене и остановился, вглядываясь в снегопад за окном. Голос его неожиданно дрогнул.

– Анна, вы… Вы это видите?

Анна подошла к продюсеру и тоже остановилась как вкопанная, уставившись на происходящее за окном. Там сквозь валящий хлопьями снег проступила фантасмагорическая фигура. Она была похожа на женщину и в то же время не была ею. Белое лицо, настолько белое, что оно казалось вылепленным из снега, переливалось серебристым блеском в неверном свете луны, то и дело скрывающейся за облаками и отблесками свечей оранжереи.

– Это что, Аэлита? – почему-то шепотом поинтересовался Даниил.

– Нет, – шепотом ответила ему Анна. – Мне кажется, это вообще не человек.

Калинин приблизился к стеклу и буквально уперся в него носом. Он смотрел на ту, что изначально показалась ему женщиной. Луна выглянула в прореху облаков, и стало очевидно, что белое лицо и шею сказочного видения частично покрывает чешуя – крупная, серебрится, проступающая сквозь засыпающий ее снег. А ниже пояса зрелище было и вовсе фантастическим. Казалось, что у существа есть одновременно и хвост, и множество тонких ног, похожих на оленьи. Калинин постарался их сосчитать, но ему не удалось, существо одновременно двигалось и оставалось на месте. Смущенный нереальностью всего происходящего Калинин все время сбивался: шесть, семь…

– Что она делает? – тихо спросила Анна, которая вместо ног смотрела на лицо существа.

– Кажется, она плачет, – тихо ответил Калинин, отвлекаясь от пересчета ног и вглядываясь в белоснежное лицо. Несколько мгновений он молчал, а затем тряхнул головой. – Что же, неплохо, весьма неплохо.

Оранжерея вдруг наполнилась звуками сдавленного женского рыдания. Калинин обернулся, стараясь определить источник шума. Впрочем, это было несложно. Катерина вскочила с дивана и закрыла руками рот, сквозь который рвались рыдания. Ее лицо по-прежнему выражало первобытный ужас.

– Успокойтесь, радость моя, – Калинин сделал шаг по направлению к ней, – это всего лишь удачная задумка владельцев. Они же вырывают нас из обычной жизни, чтобы перезагрузить. Так что тут вполне возможны и сказочные сюжеты. Вспомните, кто из нас не придумывал в детстве различных монстров? А потом бежал к родителям, чтобы спрятаться у них под одеялом. Здесь та же идея. После сильного испуга люди начинают смотреть на свою жизнь под совершенно иным углом. Ну же, идите в свою комнату, Катерина, вы очень устали. Сейчас к вам придет бабушка, уложит вас спатки, подоткнет вам одеялко, споет песенку, и все будет хорошо.