Александра Метальникова – Вавилонавтика. 2.0 (страница 3)
– Ну-ка, ну-ка, расскажи, что там у тебя? – Яра сделала глаза пошире и оттопырила уши руками, чтобы наверняка успокоить Нат. Та тоже сделала страшные глаза, потом вздохнула и смущённо проговорила:
– Ну… познакомилась на днях с мужчиной… интересным! Массаж он делает разный, правки скелета, а дом у него, прикинь, в Карелии! И купается там голышом в купели, прям в озере! Ни в чём себе не отказывает! – Нат опять затянулась кальяном, выпустила дым в окно. – А мы тут что? Не можем даже спокойно погулять выйти? До чего они нас довели?
– Да полный морбец уже, ни в какие ворота, – Яра откинулась на стену, закрыла глаза, прокатилась затылком по ней налево, направо. – Озеро, купель, дом… звучит как другая планета! Всегда хотела в Карелию, да так и не собралась…
– Вот и я! А теперь захотелось вдвойне! И одиночные ретриты у него есть…
Что-то в голосе Нат заставило Яру открыть глаза и посмотреть на неё:
– Одиночные ретриты? Это как?
– А вот так, неделя в темноте, без никого! Кормят тебя, поят, сидишь, лежишь, медитируешь… Это ж мечта! Никакой тебе готовки, уборки, никаких тебе школьных уроков и супружеских долгов! Это ж какой кайф! Ешь, спишь и гуляешь по лесу в сопровождении чуткого проводника…
«Чуткого проводника? Ох, не в нём ли тут дело?..» – думала Яра, слушая со всё большим подозрением. Но заставила внутреннего Шерлока угомониться. Какая разница? Нат уже большая девочка, шлея под хвост – и поминай как звали! Когда придёт время зализывать раны, будет уже всё равно, кто и о чём догадался заранее…
– Да уж в купели я бы с удовольствием искупалась, – проговорила она вслух, втягивая в себя остатки догорающего дыма. – Даже и в ледяной!
– Всё лучше, чем разрываться между ноутбуком, домашними заданиями и плитой, чувствуя себя робонянькой-домработницей! – фыркнула Нат.
Они понимающе улыбнулись друг другу. Яра сейчас чувствовала Нат лучше, чем саму себя – и поддерживала целиком и полностью. Ей было легче в тысячу раз, без детей и домашних заданий, но всё равно: просиживать жизнь на кухне, прерываясь на еду и киношки, было невыносимо. Нелепо. Чудовищно!
Слава Богу, на эту ночь у меня есть VN-очки, подумала она, вдруг они покажут мне Карелию?
103. Лес, лось, туман и звёзды
Я в лесу. Прямо передо мной деревья расступаются в стороны, и вниз уходит долина, вся заросшая лесом. Лента реки змеится среди огромных деревьев, и воздух напоён тёплой дымкой. Вид такой красоты, что дыхание перехватывает. Справа от меня стоит огромный лось.
Сажусь прямо на траву, похлопываю ладонью рядом с собой. Лось поворачивает голову, смотрит на меня большим глазом, и медленно, будто нехотя, ложится рядом. Я кладу обе руки ему на спину, и его тёплый бок вздымается под моей рукой. Мне так легко и хорошо, как давно уже не было.
– Кто же ты? Был живым или целиком программа? – задумчиво спрашиваю я, перебирая пальцами его шерсть, жёсткую, длиной с мой большой палец. Он смешно фыркает, как верблюды в марокканской пустыне. Мне хочется положить щёку на его бок и смотреть в лесную чащу. Оттуда приятно пахнет прохладой, сыростью и хвоей. Мне так хорошо, что не хочется никуда двигаться. Тепло тела большого зверя и биение его сердца наполняют и успокаивают, приятная полудрёма обволакивает тёплым облаком.
Между деревьев начинает клубиться туман. Мне хочется почувствовать его на своей коже, я встаю и иду туда, погладив напоследок тёплый бок. Слышу, что лось поднимается и идёт следом за мной. Туман укрывает нас.
Лицо и руки постепенно погружаются в сырую прохладу и нежность мельчайших частичек воды. Я чувствую всем телом, как мне становится легко… и только тут вдруг понимаю, что на мне ничего нет. Втягиваю носом воздух – хвойный, тёплый, сырой.
Шаг за шагом деревья расступаются, открывая передо мной тёмную чашу озера. Над водой вьётся лёгкая дымка, и я заворожённо смотрю, как на гладкой воде маленькие белые струйки тумана оставляют лёгкие, тут же исчезающие следы.
Они играют, изгибаются, встречаются и расходятся – так легко, играючи, словно танцуют на водной глади полонезы и менуэты. «Стихиали», – приходит мне в голову лёгкое, нежное слово. Как я хотела бы так же уметь…
Передо мной вход в воду – гладкий песчаный спуск. Я вхожу в воду как в ночь – и смотрю, как круги расходятся по воде будто нехотя… Линия воды идёт по коже, медленно поднимаясь. Мне не хочется никакого шума, даже всплесков, поэтому я разворачиваюсь и плавно ложусь на спину. Вода пробирается между волос, и пузырьки всплывают сквозь них, щекоча кожу головы, еле слышно что-то шепча.
В небе над верхушками сосен – крупные звёзды. Внутри меня – воздух и тишина, грудь чуть поднимается из воды на вдохе и опускается под воду на выдохе. Какая нежность. Интересно, сколько прошло часов? Я могла бы лежать так всю ночь.
104. Откуда берётся дрифт?
Яра стащила VN-очки и помотала головой, посмотрела на руки – да, это они, шрамик на правой руке от ожога, обручальное кольцо, ногти больших пальцев вечно сгрызены под корень. Встряхнула волосами, почесала кожу под чёлкой, надо лбом.
«Боже, как же они это сделали? Всё так реально! И так завораживает. Это не компьютерная графика, тут что-то другое. Как всё может быть так осязаемо? Какой-то новый способ воздействовать на ум, на воображение… Височные доли? Тета-ритмы? Альфа-волны?»
Она залезла в поиск с этим вопросом, и на неё вывалилась прорва чатов и форумов, где люди ссорились, ругались, хвастались и плакались, обсуждая свои
«Блин, люди, как всегда… вам подарили новый мир, а вы плачетесь, что не можете вылезти в нём из коробки? Куда сами же себя и заточили?» – думала она, уже сочувствуя автору игры всем сердцем. Она не раз сталкивалась с этим сама. Когда впервые клиент сказал ей: «Я не смог ничего представить, это же просто слова!» – она не нашлась что ответить. Её до сих пор поражало, насколько же все люди разные и как внезапно. И лишь малая часть из них способна обуться в калоши другого.
Темы на форуме были как на подбор: «Как выйти замуж в игре, а потом найти мужа в реальном мире» (Яра фыркнула), «Как загасить пожар без воды», «Откуда берутся новые жизни», «Самые странные локации», «Как объяснить родным, почему я столько времени провожу в игре»… О, вот похожее. «Почему дрифты такие яркие?» Она пробежалась по строкам. Сейчас ей хотелось заглянуть в чьё-нибудь хорошее понимание и отразиться в нём.
«Мы лишились возможности дышать одним воздухом с другими, – думала она, наискосок просматривая тему. – Лишились ещё до морбида. Раньше вся жизнь была на виду: праздники и роды, хоровод и баня, на миру и смерть красна… А теперь мы ютимся по бетонным кубикам, гуляем в основном по шопингам, а новостями обмениваемся в соцсетях! Под пристальным оком Большого Не-Брата! Раньше хоть на городских бульварах можно было посидеть бок о бок с незнакомцами, а теперь карантин отобрал у нас всё, кроме злобаного онлайна»…
Её зацепил ответ человека под ником Ёгарь, на вопрос, как игра выбирает сюжеты для дрифтов: «Страх – всегда энергия, ресурс. Вавилону не нужна скука! Ему нужны наши эмоции! Можно и страхи! Но при этом ему не надо пугать нас слишком сильно, чтобы мы не убежали прочь, поджав хвосты».
Она поставила лайк с аплодисментами и задумалась: «А чего больше всего боюсь я? Что для меня самое страшное? Если помнить, что это игра? Или чего хотелось мне, когда я туда входила?». Она вспомнила, как они с Нат обсуждали купель, и почувствовала холодок в основании черепа. Если они так легко прочли и показали ей так быстро мелькнувшие мысли… страшно подумать, что ещё возможно!!!
Она в задумчивости убрала очки глубоко в ящик своей прикроватной тумбочки. И поборола импульс перевести телефон в самолётный режим.
105. Хватит нам веры взлететь?
Я стою на одной из башен замка. Передо мной крепостная стена, она доходит мне до пояса, и в ней толстенные камни, в метр толщиной. Передо мной море, пересечённое островом, – близ берега узкий пролив, а дальше бескрайняя гладь. Справа, за горы на побережье, только что село солнце. Остров уже потемнел, а вода ещё светлая – темнее там, где в ней отражается остров, и светлей – там, где небо. На серо-голубом холсте неба лучи солнца, закатившегося за горы, красят облака невероятными сияющими красками – розовой, рыжей, сиреневой, золотой…
Это Шибеник, хорватский город возрастом в тысячу двести лет, и его старая крепость. За моей спиной дорога спускается в город, красные крыши толпятся вокруг огромного собора. Мы были здесь лет тринадцать назад и я порой возвращаюсь сюда, когда нужно прийти в себя, напитаться силой и красотой.