Александра Малинина – Правило Троянского коня (страница 2)

Что ж, как хочет, пусть забирается.

Первое, что я увидела на палубе – это две девчонки, собственно, они и оказались источником страшного вопля. Их тонкие голоса мешались между собой так, что уши закладывало. Одна из девчонок тыкала пальцем перед собой, Титос бестолково топтался рядом, бесконечно бормотал на греческом и смотрел куда-то в сторону.

И я тоже перевела взгляд влево. И сама едва не присоединилась к кричащим подругам: недалеко от борта лежала девушка, та, что блондинка с косичками. Косички я хорошо видела, светлые, они разметались по сторонам, и одна из них плавала в кровавой луже. Девушка лежала лицом вниз, а вокруг нее столько крови… и я больше смотрела на косички, наверное, чтобы не смотреть на развороченный выстрелом затылок. Такое зрелище еще долго будет преследовать в кошмарах.

В себя меня привел Колдун: он подошел к девушкам и каждой по очереди залепил по звонкой пощечине. Крики тут же оборвались, стало до ужаса тихо. Только волны едва слышно плескались за бортом. Мы смотрели друг на друга, не в силах вымолвить и слово.

Я понимала, что действовать должна сейчас я, это моя группа, я за главную… но мой взгляд то и дело возвращался к девушке с косичками, а к горлу подкатывала тошнота.

– Наша подруга… – пробормотала одна из девушек и расплакалась. Я заметила, что руки у нее по локоть в крови, наверное, она пыталась помочь, раз так вывозилась.

– Нам нужно на берег, – хрипло заметила я.

– Очнулась? – порадовался Колдун. – А теперь объясни это водиле.

– Капитану, – автоматически поправила я.

На объяснения с Титосом ушло немало времени, он тоже был в шоке и все не мог взять в толк, что случилось. Повторял, что все так и было, случился странных хлопок, девушка упала… и дальше в том же духе. Я поняла одно – сам Титос произошедшего не видел, прибежал уже позже. И от вида крови совсем перестал соображать.

В любом случае, разбираться во всем не нам, а полиции.

Пока я говорила с Титосом, Колдун взял на себя подъем оставшейся группы на борт. Блондин вообще соображал на редкость трезво и уж точно не собирался паниковать. Интересно, кто он такой?

Титос наконец завел мотор и повез нас к берегу, остальные собрались подальше от места, где лежала девушка. У всех бледный и встревоженный вид, в глазах – паника. А катер слишком маленький, чтобы скрыться от страшного зрелища, девушка все равно лежала так близко, вся в крови… мне хотелось прикрыть ее чем-нибудь, но я не стала рисковать. Вдруг случайно уничтожу важные улики?

– Итак, кто расскажет, что произошло? – деловито поинтересовался Колдун.

– Мы, мы… – начала заикаться одна из подруг девушки с косичками.

– Вы все видели? Кто стрелял?

В девушку стреляли? Хотя это логично, учитывая рану на затылке. Но все равно в это категорически не верилось, что еще за стрельба? Да у нас в жизни ничего подобного не случалось! Самые страшные преступления в городе – это ночные пьянки туристов, а так… все на виду, даже воровство не процветает.

– Мы, мы…

– Все ясно. Что сказал грек? – в этот раз Колдун обратился ко мне.

– Титоса тут не было, он ничего не видел.

– А кто был?

– Мы впятером, – ответил один из братьев. – Я, Андрей и девушки. Мы сидели тут, болтали, фоткались… и заметили, как яхта подплывает. Белая, красивая. Ну девчонки и попросили их заснять на фоне этой яхты. Они позировали, а потом что-то грохнуло, как будто взрыв. Мы все напугались, никто не понял толком, что произошло. И тут Светка начала падать. И кровь… мы все засуетились вокруг нее, я посмотрел в сторону яхты, но ее уже и след простыл.

– Значит, девчонки стояли спиной, когда все случилось?

– Ну да, фоткались же.

– А название яхты не заметили? Сбоку обычно пишется… хотя, чего это я – давайте свои фотоаппараты, посмотрим.

Парни засуетились, ища технику, но я их остановила:

– В этом нет необходимости. Яхта называлась «Посейдон», но название написано на греческом, фотография сейчас вам все равно не поможет, – поймав недоуменные взгляды, я пояснила: – Я всплывала за одним из учеников и, прежде чем погрузиться обратно, обратила внимание на подплывшую яхту.

– И ничего особенного в этом не нашла? – не поверил Колдун.

– Это курорт. Тут все сплошь на яхтах и кабриолетах катаются. В прокате их тьма тьмущая, на любой вкус и кошелек. Почему бы одной из яхт и не подплыть? Тут не частная территория, запрета нет.

– Яхта не показалась тебе знакомой?

– Сказала же, это курорт, – упрямо ответила я и пригляделась к Колдуну получше: вопросы он задавал очень толковые, на испуганного не похож был. Может, работает в полиции?

– А стреляли девчонке в спину… – задумчиво бормотал блондин, глядя опять на меня. Мне его взгляд не понравился. И непонятно, на что он намекал – на мои светлые косички, так похожие на прическу убитой девушки?

Разговор пришлось свернуть: Титос гнал на предельной скорости, мы быстро добрались до берега, где нас уже встречала местная полиция в лице двоих молодых полисменов. В одном из них я узнала Николаса, двоюродного брата мужа моей мамы. В Греции это считай что близкий родственник.

Именно Николасу я и обрисовала ситуацию. По мере рассказа у парня глаза на лоб лезли, а к концу он и вовсе приуныл, что легко понять: жизнь не готовила его к жутким убийствам, раз самое страшное преступление за всю его карьеру – драка между туристами. А тут стрельба с яхты, и не случайная, а вполне намеренная, выстрел был всего один, зато какой точный.

Николас с напарником вызвали подкрепление, и уже через десять минут на причале собралась вся полиция курортного городка. Разумеется, одной полицией не обошлось, толпа любопытствующих росла в геометрической прогрессии, и большей части полисменов приходилось сдерживать толпу из любопытных туристов. Конечно, все снимали происходящее на камеру, куда без этого. Кто-то и вовсе фотографировался на фоне.

Несколько полицейских отправились осматривать место преступления.

Глядя им вслед, я подумала, что для парней это такой же шок, как и для меня, и для всей моей дайвинг-группы, раз никто из нас трупов в жизни не видел, да еще таких кровавых. А от мысли, что погибла совсем молодая девчонки, и вовсе голова шла кругом. В один момент обнималась на катере с подругами, в другой – рухнула замертво.

С катера нас всех забрали давать показания. Это не продлилось долго – каждый коротко и неофициально изложил свою версию произошедшего. Официально допрашивать можно было только меня и Титоса, а с туристами еще придется повозиться. Для начала – дождаться приезда консула из Афин. Ну я пока я перевела все, что рассказали ребята и пояснила им, что завтра придется вернуться в полицию и все повторить уже документально.

В целом, беседа получилась предсказуемой: никто ничего не видел. Единственная зацепка – название яхты – тоже может не привести никуда. Пока найдешь из всех «Посейдонов» тот самый, единственный… яхта могла откуда угодно приплыть.

Про убитую девушку Свету тоже ничего интересного. Студентка третьего курса, приехала отдыхать с подругами. Закон девушки не нарушали, даже не курили. Обычные девчонки, таких в Грецию приезжают тысячи. А Свету и вовсе охарактеризовали как тихоню, у нее даже парня не было. За что ее могли так подготовлено и жестоко убить, непонятно.

Пятерку, что находилась под водой вместе со мной во время выстрела отпустили почти сразу, все равно они ничего не видели. Парочки поспешили вернуться в отель, а вот Колдун, которого в миру звали Павлом, решил дождаться меня и все крутился возле выхода из полицейского участка.

– Поклонник что ли? – ткнул в окно Николас.

– А черт его знает, – ответила я чистую правду. – Мутный тип.

– У тебя все мутные. Твоя мама все время об этом переживает, когда звонит: «ох, моя Весточка, моя роднулечка недоверчивая, ох моя доченька подозрительная…».

– Мама вообще любит переживать. Но этот Павел и впрямь мутный, проверьте его как следует. Считай это помощью сестричке.

– Помощь сестричке, как же! – рассмеялся Николас. – Мы тут что, по-твоему, шпионская организация? У парня есть алиби, он с тобой под водой плавал. Паспорт не поддельный, и на том спасибо. И как мы еще его проверим, по-твоему? Тут бюрократии и так навалится будь здоров, туристы же…

– И все же, проверьте его как сможете, – уперлась я. – А пока выйду через заднюю дверь, еще увяжется за мной.

Николас с лукавой улыбкой пообещал сделать все возможное.

Глава 2

Домой я попала уже затемно.

Хорошо, что живу я одна: попадись я сейчас маме и ее мужу Костасу, мне бы устроили допрос с пристрастием. И это я бы еще малой кровью отделалась, ведь могли и соседи подтянуться. Например, мама Николаса, она как раз живет неподалеку, и он уж точно успел ей позвонить и обо всем сообщить.

А так, я раскинулась на просторной кровати и не заметила, как уснула.

Утром меня разбудил телефонный звонок: звонивший был так настойчив, что волей-неволей пришлось просыпаться и отвечать. Спросонья я не сразу вспомнила о вчерашних событиях, а когда вспомнила, поспешила принять вызов.

– Рико! – бодро ответила я. – Доброе утро.

– Издеваешься? – рявкнул мой друг и по совместительству начальник. – Какое нафиг «доброе утро»? Я тебе уже раз сто набрал… какого дьявола морского у вас вчера произошло? И почему ты не сообщила сразу? Меня вызвали сегодня в полицию, а я ни сном ни духом, это как вообще понимать?