Александра Малинина – Охота на Ведьм (страница 2)

Закончив с врачеванием, я бессильно села на асфальт. Больше помочь нечем, пусть и очень хотелось. Но я отчаянно боялась навредить. Еще больше я боялась, что уже навредила. А кровь вокруг… страшно много крови, казалось, мне уже мерещится. Пусть я не была участником аварии, чувствовала и страх, и ответственность, не представляю, каково водителю КАМАЗа.

– Как пульс?

– Есть! – радостно отрапортовал он.

– Вот и славно, – кивнула я.

Некоторое время мы просидели в тишине, пока я не стала различать гул и перешептывания вокруг. У нас появились еще зрители, а я даже не в курсе, как давно. Все случившееся уложилось в минут десять, не больше, а мне казалось, прошел не один час.

– Авария… это не по моей вине, – начал водитель КАМАЗа, неизвестно по какой причине решив передо мной оправдаться.

– Я ничего не видела, подъехала позже. Но главное, парень жив, – ободряюще кивнула я мужчине. Его вдруг стало нестерпимо жаль.

Уже после наложения повязок, после всего я могла оценить пострадавшего. Тачка стоит как три моих квартиры, костюм известного брэнда, на запястье часы известной фирмы… дальше можно не продолжать, и так ясно: неважно, кто виноват в аварии, все шишки достанутся водителю КАМАЗа. Ему повезет, если парень выживет и не останется инвалидом. Ему повезет… и мне тоже.

– Да. Спасибо вам, если бы не вы… никто даже не помог. Вы медик?

– Нет, иначе зачем бы я вас отправила искать врача?

– Действительно… но вы так уверенно действовали.

– Изучала медицину катастроф пару семестров, а потом сдавала экзамен в полевых условиях. Пригодилось вот, – пожала я плечами.

Третий курс университета, всего несколько лет назад.. Медицина катастроф казалась веселым времяпрепровождением, ненужным, но приятным. Пока остальные скучали где-нибудь на производстве, мы бегали по полю и учились оказывать друг другу первую помощь при помощи подручных средств. Смеялись над повязками друг друга и постоянно все фотографировали – смешно же! Вот уж не думала, что хоть что-то с тех веселых времен отложилось в памяти. А вот понадобилось – живо все вспомнила. Даже то, чего не знала.

– Спасибо вам, – повторил водитель КАМАЗа и я опять кивнула.

Оставалось дождаться квалифицированной помощи.

– Как вас зовут? – все не желал угомониться мой спутник. Его волнение и желание поговорить мне было понятно. Это лучше, чем трястись в тишине и ждать, что будет дальше. И смотреть на чужую кровь.

Сглотнув, я ответила:

– Кира.

– Константин. Очень приятно.

С того момента, как я притормозила на обочине, прошло максимум минут десять, а такое чувство, что как минимум час. Казалось, столько всего произошло. И наконец вокруг начали появляться люди. Не все таились в машинах до прибытия скорой помощи, кто-то захотел помочь. Вот только поздно.

Услышав сирену, я выдохнула с облегчением.

К нам бежали люди в белых халатах, сразу несколько человек. Рядом со мной оказалась молодая девушка, взяла за руку, отвела в сторону. Спрашивала, в порядке ли я, наверное, решила, что я тоже пострадавшая. Вела я себя соответствующе: очень тормозила и отвечала через раз. Силы неожиданно меня покинули, за десять минут я будто истратила весь дневной запас.

С недоумением заметила, что моя белая рубашка тоже вся в крови, а я и не помню, когда успела так измазаться. И руки, и даже волосы… наверняка и лицо, как и водителя КАМАЗа, так же в крови. Ее так много.

Пострадавшего парня погрузили на носилки.

Ко мне подошел высокий мужчина с бородкой, похлопал по плечу:

– Вы молодец, девушка.

В ответ я хлопнула ресницами.

Подъехали полицейские и как-то так вышло, что меня запихнули в машину скорой помощи, а Константин остался на месте разъяснять, что да как тут случилось. Раз я не свидетель и ничего не видела, толку от меня все равно нет. Хотя смысла ехать в больницу тоже не было, раз парня я знать не знаю и на вопросы врачей о пострадавшем ответить не смогу. Но зачем-то я поехала. Наверное, хотела убедиться, что мои попытки спасения не вышли вредоносными. Девушка, что пыталась оказать мне помощь, убеждала, что я все сделала правильно, но я ей не верила. Вдруг она просто хотела успокоить?

До больницы мы добирались со включенной мигалкой, все как положено. По дороге мужчина с бородкой несколько раз повторил, что с пострадавшим полный порядок.

– Жить будет, отделался легким испугом, – весело сказал мужчина.

– Ага, у него сердце не билось. По-вашему, так выглядит легкий испуг?

– Конечно, выглядит. С ногой все нормально, голову посмотреть, пару-тройку дней полежит – и свободен, орел. Будет порхать только так, – тут обладатель бороды подмигнул, мне пришлось выдавить кислую улыбку в ответ. Веселые люди в скорой помощи работают, ничего не скажешь.

– Вот если бы что с позвоночником сталось, намного хуже было бы. В рубашке родился, – подтвердила слова бородача девушка, что пыталась оказать помощь мне.

– Полетит-полетит, орел!

– А ты ничего, предприимчивая девка, не растерялась, – сделал заключение бородач и все с ним согласились.

Мы как раз подъехали к зданию больницы.

Медики оперативно выгрузили парня, тот все еще находился без сознания. Пока из машины выбиралась я, их и след простыл. И зачем, спрашивается, я сюда приехала? С трудом выпросив у женщины за стойкой регистрации телефон, я позвонила на работу.

– Так, еще раз: ты попала в аварию? – недоумевал мой начальник, Руслан. Я уже год занимала должность его заместителя и отношения у нас складывались дружеские, но только потому, что я не позволяла себе лишнего. Руслан считался строгим начальником, перфекционистом и ценил людей, понимающих его и готовых работать так же, относиться к работе так же.

Недоумение начальства относилась к моей путанной истории. Я как могла коротко ее пересказала под инквизиторским взглядом тетки в белом халате, у которой, похоже, каждую проговоренную мною минуту вычитали из зарплаты в тройном размере. А я и так от волнения то тараторила, но тормозила, а тут еще тетка эта… неудивительно, что Руслан не мог сообразить, что за авария и как я к ней причастна.

– Нет, я же сказала: со мной все хорошо.

– Так что там за авария?

– На Октябрьской… позже расскажу, – не выдержала я и повесила трубку. Руслан простит, когда узнает подробности, а вот тетка за стойкой регистрации вряд ли.

Я отошла как можно дальше и присела на лавочку. Мимо меня туда-сюда сновали люди в белых халатах, обычные граждане и даже пара полицейских. Прошел час, а на меня внимания никто не обращал. Я имею ввиду, никто из тех, кто бы мог мне помочь. А вот остальным я была весьма интересна: пусть и умылась, и даже немного намочила волосы, пытаясь смыть кровь, надела одноразовый халат, вид все равно имела чумной. В больнице людей все прибавлялось, но рядом со мной никто даже не попытался присесть. И меня это вполне устраивало.

Прошло еще полчаса. Может, стоит самой поинтересоваться, что с парнем?

Я выглянула: у стойки регистрации стоял все тот же цербер. Пока я готовилась к грядущим испытаниям, мимо пробежала девушка, та самая, из скорой помощи. Увидев меня, девушка притормозила:

– Ой, а я вас помню, вы с нами приехали. С вами все хорошо?

– Со мной да. Я бы хотела…

– А, ваш парень, – она улыбнулась, благоприятный знак. И, похоже, приняла пострадавшего за моего друга, вот и не стоит ее разочаровывать.

– Да. Он в порядке?

– Да, насколько я знаю. Он уже в отдельной палате, должен скоро прийти в себя.

– Вы позвонили его друзьям, родственникам?

– Он же еще без сознания, мы и имени его не знаем, так что придется вам самой обзванивать родню, – удивилась она.

– Ну да, конечно…

– Ну я побежала. А вы идите к нему, палата триста шестнадцатая, это на третьем этаже, справа по коридору, там легко найти… И вы молодец, думаю, он этого не забудет, – девушка опять улыбнулась и побежала по коридору.

Ну вот, с пострадавшим все хорошо. Камень с души сразу свалился, я не угробила парня окончательно, может, и спасла его даже. Но навещать незнакомца я не собиралась, мне хватило и простой новости и его скором выздоровлении.

Можно ехать восвояси, приводить себя в порядок.

Втягиваться в рабочий день, если такое вообще возможно.

Глава 2

Пришлось клянчить еще один звонок у местного телефонного стража. Казалось бы, такая ерунда – забыла телефон в машине, а в итоге чувствуешь себя беспомощной и зависишь от злобной женщины у стойки регистрации. Не представляю, как раньше люди жили без мобильных.

Пройдя как минимум пять кругов ада из семи существующих, я получила доступ к волшебному аппарату. Второй мой звонок предназначался подруге Янке. Стараясь уложиться в полминуты, я сообщила ей место пребывания и дала полчаса на дорогу. И приготовилась ждать.

Янка не подвела: появилась через двадцать минут. Не скрою, я намеренно сократила наш разговор, чтобы подруга от любопытства мчала на всех парах, хотя двадцать минут – это быстрее моих самых смелых прогнозов. Обычно Янка медлительная, из тех, кто запросто опоздает и на час, и на все три без видимой причины. Но мое нахождение в больнице среди рабочего дня явно подстегнуло подругу на геройство.

Увидев бегущую по коридору Янку, я поднялась и побрела ей навстречу.

– Господи, Кира! Что случилось? – залепетала Янка, оглядывая меня с головы до ног. – Выглядишь хуже некуда.