Александра Малинина – Обхитрить Лису (страница 21)

Мы прошли к лифту и спустились в гараж. Поприветствовав Ивана Сергеевича (сегодня похоже опять его смена), я перебросила Ромке ключи.

— Сенька, у парня судя по всему на тебя большой зуб. Ты перегибаешь палку, я думаю, так что давай с ним осторожнее? — подал друг ценную мысль.

— Я тебя умоляю, Ромашка. С каких пор мы такие чувствительные?

— С таких… Ты сделала все, чтобы он тебя прибил где-нибудь в подворотне, я не шучу. И наверняка раздумываешь над очередной пакостью.

— Без врагов жить довольно скучно.

— На самом деле настоящего врага нажить довольно трудно, — выдал Ромка ценную мысль. Такое иногда, да бывает.

— Неужели? — заинтересовалась я.

— А ты как думала. Знакомые, друзья, любовники, обиженные, даже недоброжелатели. Но реального врага, который не будет искать никакой выгоды, кроме как уничтожить тебя…

Ромку что, на философию потянуло?!

— Фу, как уныло.

— Как есть. Приехали! — Ромка притормозил возле небольшого кафе в центре города.

— Поздновато для свиданий в кафе. Экономишь что ли?!

— У тебя есть план?

— Всегда! — с энтузиазмом кивнула я.

— Можно узнать, какой?

— Ты сидишь в машине и опаздываешь на свидание, я с ней толкую. Сомневаюсь, что она расскажет что-то нам двоим или тебе. То есть, тебе конечно может, но на это уйдет целая прорва времени, а его у нас мало.

— Ну иди, толкуй, — усмехнулся Ромка.

— Я пришлю смску, тогда сможешь топать на свидание. Только ключи мне оставь, чтобы я уехать смогла. И как зовут твою барышню?

— Иванова Светлана.

Я кивнула и вышла из машины. Брезгливо открыла дверь и прошла в кафе. Народу было предостаточно, стало быть, еда тут недорогая. Не замечала раньше за Ромкой такой прижимистости. Или это выбор самой Светланы? Поискав глазами девушку, я нашла ее за столиком в самом углу, около нее было достаточно свободного места, вот туда-то я и направилась. Села за соседний столик, официант принес мне меню и я начала с любопытством оглядываться: взгляд мой блуждал по кафе, пока не уперся в Светлану. Я вытаращила глаза, убедившись, что она меня заметила, ходко поднялась со своего места и уже через секунду сидела напротив нее:

— Светка! Привет, вот так встреча!

Светлана смотрела на меня с некоторым сомнением:

— Извините, мы знакомы?

— Да ты что, не узнала меня? Ну хотя, чего уж там, я раньше рыжеватой была и с короткой стрижкой, меня мама так постоянно стригла. Танька я, мы же в школе вместе учились! — имя я выбрала самое простое и наиболее часто встречающееся, надеясь, что хоть и самую захудалую Таньку, но она все-таки знала.

— Таня? Орлова что ли?

— Ну да, — закивала я.

— Ты сильно изменилась.

— Ну так и ты тоже! Посмотри на себя: красавица!

— Не похожа ты на бухгалтера, — заметила подозрительная Светлана.

— Так я же уволилась, уже давным-давно! А ты ждешь тут кого-то? — сменила я опасную тему.

— Да, встречаюсь с другом.

Подавив приступ ярости (никто не имеет права называть Ромку другом), я продолжила треп «одноклассниц»:

— Слышала, ты в банк устроилась?

— Давно уже.

— Неудивительно, что я не слышала: ты вон тоже обо мне мало что знаешь. Что за банк?

— Тот, что в Красном переулке, — ответила Светлана без особой охоты.

— В Красном переулке? Это где? — картинно задумалась я.

— Недалеко от центра, там еще тупик. Раньше там клуб был, «Атом», кажется.

На минуту задумавшись, я вытаращила глаза и даже хлопнула ладонью по столу, для убедительности:

— Это тот, что вчера грабанули?

— Ты уже слышала?

— Само собой, весь город об этом говорит, — немного преувеличила я, — И что украли? Ты там была? Расскажи!

— Да ничего. Если честно, полиция была в недоумении: вроде и банк ограбили, но ничего не взяли, только клиентов обокрали. Чудеса.

— Нифига себе!

— Да уж, история так история, — она опять вздохнула, даже дурак бы понял: что-то дамочку тревожит.

— Ты что-то недоговариваешь, — заявила я с подозрением.

— Да что уж там… Лучше расскажи, как сама? Что за работа такая, что ты смогла позволить себе подобный костюм? — попыталась отшутиться Светлана.

— Света, я же вижу: что-то не так.

Тут я даже не соврала: даже не зная наверняка, что Светлана недоговаривает о своей роли в ограблении, можно было понять, что это так. Глаза бегают, руки в движении, беспокойство просто налицо. Мне явно повезло, что она оказалась девушкой довольно простой и бесхитростной, а еще ей явно не с кем поделиться произошедшим. Я была готова ее выслушать, так что протянула руку и накрыла ее ладонь. В глазах моих максимальное участие, выражение лица обеспокоенное, голова наклонена чуть вперед:

— Ты можешь мне рассказать, правда. У меня будущий муж работает в полиции, если хочешь, я с ним поговорю и он попытается уладить твои проблемы. Если тебе кто-то угрожает, или вообще, ты чего-то боишься… просто дай знать, хорошо?

— Правда? — теперь она уставилась на меня с надеждой.

— Да.

— То есть, проблем у меня нет, но я боюсь, очень боюсь.

— Боишься чего?

— Ты обещаешь никому не рассказывать?

— Ты же меня знаешь…

— В том то и дело, что я тебя лет пятнадцать не видела, но… я хочу рассказать хоть кому-то, кроме полиции. Они мне не очень-то верят, понимаешь?

— Пока не очень.

— Просто ограбление – это не совсем ограбление. Такое чувство, что приходили они вовсе не из-за денег, а из-за конверта, который я им передала.

— Ты?!

— Звучит нелепо, но да. За неделю до этого ко мне во время обеда подошел парень, разносчик пиццы. Доставил пепперони, которую я не заказывала. Я пыталась отказаться, но он сказал, что заказ оплачен и это мое. И ушел. В коробке оказалась не только пицца, а еще пухлый конверт, на котором было написано: «открыть» и мое имя рядом. Внутри еще конверт, запечатанный, записка, пачка долларов и моя фотография. В записке было сказано, что ровно через неделю мне предстоит передать запечатанный конверт, я сама пойму кому. Деньги я могу оставить себе, а записку и фотку должна сжечь после прочтения.

— Как интересно, — протянула я, — Но ты могла взять доллары и ничего из этого не делать. Или все дело в фотографии?

— Да. Она была… компрометирующая, — Светлана покраснела и отвернулась, я же не стала уточнять, что за компромат на нее нарыли: мне было по барабану на ее дела.

— Ты все сожгла?

— Сам собой. И фотку, и записку, и конверт. Оставила только тот, что нужно было передать.