Александра Малинина – Министерство ЗЛА (страница 25)

— Толкай давай, — недовольно гаркнул Юрец, видимо настолько увлеченный процессом, что подумать о его происхождении забыл.

Минут тридцать нам понадобилось, чтобы вытянуть этот самый предмет на берег, все наши мытарства описанию не поддаются, учитывая, что содержимого ямы лучше не касаться, для кожи это могло быть опасно, а вытащить предмет как-то надо. В конце концов нам это удалось, я пронзительно пискнула и беспомощно опустилась на землю, едва поняла, что перед нами, Юрец зло выругался и последовал моему примеру. Перед нами лежало тело человека, несомненно мертвого, столько пробыть в яме и остаться в живых было невозможно физически. Грязь и песок облепили его полностью, узнать, кто перед нами представлялось нереальным, даже не из-за песка, а из-за ожогов, но я конечно догадывалась.

— Господи, господи, господи! — причитала я, — Только не опять!

— Васька, что делать то будем?

— Как что?

— Втравила ты меня, ничего не скажешь, неприятности нам грозят немалые, сама прекрасно знаешь, — готова поклясться, Юрец готов был заплакать.

— Сам пошел, — разозлилась я, в своих взглядах я была довольно консервативна и свято считала, что мужик всегда должен оставаться мужиком, а не ныть и плакать при первой же неприятности, сваливая всю вину на хрупкую несчастную девушку.

— Может, мы его того? — Юрец выразительно закатил глаза, понимать это можно было как угодно.

— Чего того, он уже «того», без тебя постарались!

— Я имею ввиду, может, мы его обратно вернем, и уйдем, а его пусть кто-нибудь другой отыщет, потом?

— Сбрендил, ты как после этого по ночам спать собираешься? Тем более отыщут его не когда-нибудь потом, а завтра, яму очищают по вторникам каждую неделю, забыл что ли?

— Ну вот, недолго ему лежать останется.

— И как ты надеешься выкрутиться? Камера у запасного входа имеется, на наше хождение-брождение внимание обратить полиция будет просто обязана, вот и объясняй потом, что ты никого не убивал, а просто прогуливался.

— И вправду, — с печалью в голосе согласился Юрец, — Васька, ты такая умная, соображаешь в любой ситуации.

— Начнешь тут соображать, — буркнула я, — Мобильный с собой?

— Что?

— Телефон дай свой, — рявкнула я, свой я забыла в кабинете, когда переодевалась.

Телефон я конечно же получила, и сразу набрала номер полиции. На объяснение ушло довольно много времени, кажется, там подумали, что это розыгрыш. Зло выругавшись, я бросила трубку и набрала номер телефона нашего начальника службы безопасности, решив не мелочиться: уж его то в полиции послушать просто обязаны. Его мобильный номер у Юрца имелся, с ним тоже пришлось объясняться, но в отличие от полиции, он решил убедиться и обещал через пять минут подойти. Вдохновленные такой новостью, мы с Юрцом прождали десять, когда наконец увидели Валерия Степановича собственной персоной, шагающего к нам через посадку быстрым шагом. Конечно, труп у наших ног он увидел издалека, шаг прибавил, на ходу звоня кому-то по мобильному. Оказалось, что не в полицию, туда он позвонил минут через пять, в течение которых он красочно матерился.

Полиция смогла удивить, прибыв в рекордные сроки. Что началось после этого, даже вспоминать не хочу: сначала приехали представители закона в количестве трех человек, красочно чертыхнулись, услышав от Валерия Степановича коротко изложенную версию, потом прибыло подкрепление и началось черти что: несмотря на конец рабочего дня, все служащие толпились на заднем дворе, представители правоохранительных органов растянули ленту, смачно ругаясь и безуспешно пытаясь всех разогнать. Нам с Юрцом досталось больше всех: поначалу хотя бы полиции было не до нас, зато недостаток внимания с их стороны с успехом компенсировало триста человек, толпившихся неподалеку. Приехала машина с собаками, зачем-то даже скорая. Потом оказалось, скорая понадобилась бабе Зине из бухгалтерии, которая красочно хваталась за сердце неподалеку от места преступления. Ее затолкали в машину и увезли, хотя она и сопротивлялась (любопытство явно мучило ее много сильнее больного сердца).

Мы с Юрцом пристроились на пенечке и тихо ожидали, что будет дальше, время от времени тяжко вздыхая. Ясно, что скоро за нас возьмутся всерьез, то есть за меня конечно, я и так уже на заметке, второй раз то меня уж точно так просто не отпустят.

— Уроды, они же весь лес затопчут мне тут! — услышали мы голос Инны, молодой девушки-эколога, — Эй, меня вообще кто-нибудь слушает? Кто-нибудь, уберите людей из посадки!

Инну все игнорировали, что неудивительно, в творящейся то вокруг суматохе. Я ее понимала, лес на самом деле было жаль, хотя с какой стати ей так волноваться?!

— Вы тело нашли? — услышала я перед собой властный нетерпеливый голос, принадлежавший представителю власти.

— А? — бестолково спросил Юрик, ушедший далеко в своих мыслях, должно быть, тоже всерьез беспокоился о судьбе леса.

— Кто тело нашел, я спрашиваю?

— Аа, мы.

— Ну тогда поехали, раз вы, — неожиданно сменив гнев на милость, весело сказал служитель закона, оказавшийся молодым парнем, если знание погон мне не изменяло, то майором.

— Куда?

— Как куда? В отделение, беседовать будем.

— С вами?

— И со мной тоже, — опять весело ответил майор, — И со знакомым вам Сергеем Сергеевичем, он хотел поговорить с вами лично. Вы же гражданка Романова, я правильно понял?

— К сожалению, да, — пришлось мне согласиться.

— Так, что здесь происходит? Зачем вы ее забираете? — к нам быстрым шагом приближался Лешка, то есть сейчас он был заместителем генерального директора Алексеем Александровичем. Наверное, только приехал, его еще не успели информировать обо всех подробностях.

— Пока потому что гражданка Романова свидетельница, а дальше будем выяснять, — разом посуровел молодой майор, завидев местную власть.

— Свидетель? О боже, Василиса, с тобой все хорошо?

— Я тело нашла, — недовольно покосившись на Юрца, с любопытством взирающего на нас, ответила я.

— Ты?

— Ага.

— Я же тебе говорил, расследование – это дело полиции, а ты как ребенок, допрыгалась теперь…

— Извините, но нам пора, — сурово перебил майор.

— Поехали, — обреченно согласилась я, раз выбора у нас другого не было. Лешка смотрел мне в след вроде как с сочувствием, хотя неприятностей у него теперь тоже на троих хватит.

— Мне поехать с тобой? — все-таки спросил он.

— Оставайся, тебе сейчас явно не до меня.

И мы, конечно, поехали. Ночь провели в кабинете бравого подполковника, отвечая на бесконечные вопросы. Внятно объяснить, почему мы вдруг полезли тыкать палками в иловую яму, у нас не вышло, в результате мы и стали главными подозреваемыми, то есть Юрца приняли за моего любовника-подельника. Как ни странно, во второй раз я так сильно не переживала, у Сергея Сергеевича даже запугать меня не получилось. То ли прошлый опыт сказался, то ли бессонная ночь и я просто была уже не в состоянии нервничать, как водится, напала апатия и безразличие. Для Юрца же это был первый привод (вот уже и выражаюсь как закоренелый преступник) и он чуть ли не плакал: для начала выложил все как было, а потом и вовсе свалил все на меня, дескать, это я его палкой заставила труп в яме искать. Такими темпами можно стать суфражисткой, насмотришься на поведение некоторых.

В отличие от Юрца, на все вопросы я отвечать не торопилась (опять же, сказался прошлый опыт) и к своим ответам подходила, основательно подумав. Некую тормознутость подполковник мне прощал, так что время все обдумать у меня было. А историю свою я немного подправила: во-первых призналась, что с утра видела в окно, как Витек ходил вокруг этой самой ямы (он уже труп, с него теперь не спросишь), а потом уборщица пожаловалась, что он пропал. Я испугалась, что он мог туда завалиться (этого я лично не видела, потому что окно было в туалете, а сидеть там целый день и таращиться на него я не могла), поэтому и пошла его искать. В лаборатории его никто не видел, мое беспокойство все росло, в результате я решила проверить свои догадки, а Юрца взяла с собой, потому что нуждалась в мужской поддержке.

В целом моя версия была вполне приемлема, Сергей Сергеевич наверняка поговорит и с уборщицей, и с химиками, но ничего, что могло бы противоречить моей версии, они не скажут. А мою причастность доказать еще надо, что будет непросто, раз я никого не убивала. В тот момент гордилась я собой безмерно, хотя, если разобраться, было нечем: насколько я помнила, мои действия по закону преследуется.

В семь утра мне удалось-таки покинуть серое здание, ставшее за эту ночь ненавистным (Юрца отпустили намного раньше). На работу я позвонила, ввиду последних событий мне разрешили явиться после обеда, так что удастся даже пару часов поспать.

Едва открыв дверь своей квартиры, я поняла: дома кто-то есть. В первые пару секунд я пыталась списать свои глюки на бессонную ночь, но совершенно отчетливо слышала возню на кухне. Если это и глюки, то уж слишком реальные. Жила я одна, это я прекрасно помнила, даже будь у меня десять бессонных ночей кряду, хотя вряд ли человеку такое под силу выдержать. Родители ко мне в гости не ходили, все больше я к ним, а ключей ни у кого больше не было. Все это промелькнуло у меня в голове за считанные секунды, а между тем на кухне абсолютно точно кто-то звякнул тарелкой.