Александра Малинина – Министерство ЗЛА (страница 17)

«Чертов придурок, какого дьявола я вообще обращаю внимание? Ну напугал он меня один раз, ну и что с того?» — ругалась я, правда, в этот раз не вслух.

Подбадривая себя таким образом, я умылась и пообещала выкинуть этого психа из головы и получать удовольствие от субботнего вечера и мужчины рядом со мной. В конце концов, он мне даже нравится… нравился, но это не столь важно. Замуж за него я не собираюсь, так что лучше выкинуть все эти занудные мысли из головы и просто расслабиться.

Повертевшись у зеркала и ободряюще подмигнув своему выражению, я направилась к двери, когда она распахнулась, едва не задев меня по лбу, я громко ойкнула и грациозно (надеюсь) отскочила назад.

— Уже уходишь? — вопросительно подняв бровь, поинтересовался Евгений, нагло вторгаясь в помещение.

— Ты… какого черта ты делаешь в женском туалете?

— А, это женский? А я то думаю, что означает буква «Ж», — удивление было настолько фальшивым, что неудержимо захотелось его ударить. То ли его дурацкая ухмылка так действовала, то ли мне не мешало задуматься о курсах по управлению гневом. Что-то вроде: «привет всем, меня зовут Василиса и я постоянно хочу крушить все вокруг».

— Я что, перестаралась, побив тебя в коридоре? — этого припоминать парню не стоило, физиономия слегка скисла.

— Кстати об этом…

— Решил подкараулить стерву и отомстить как настоящий мужчина? — злорадно хмыкнула я, точно на эту самую месть нарываясь. Если сначала и было место испугу, то я моментально собралась и теперь разозлилась. В основном на тебя, следовало давно написать заявление, сейчас разбирался бы с полицией, а не по ресторанам со всякими ведьмами шлялся.

— Тебе не кажется, что ты слишком разговорилась? Это что у тебя, нервное?

Не в бровь, а в глаз, как говорится.

— Вот еще!

Он плотно закрыл дверь и уперся на нее спиной, сложив руки на груди, исподлобья на меня поглядывая. Мои слова он проигнорировал, и повисла тишина. Закрытая дверь мне не понравилась, но виду я не подавала.

— Может хватит так смотреть? — наконец не выдержала я.

— Как?

— Сам знаешь!

— Сама виновата. Во всех ты, Душенька, нарядах хороша! — весело пропел он.

— Мужчина, так внимательно следящий за нарядами… не подскажешь, как это называется?

— Это жалка попытка намекнуть, что у меня нелады с ориентацией?

— Почему же сразу жалкая, — пожала я плечами.

— Потому что бесполезная.

— Ты совсем не стесняешься своей природы? Вообще, я это поддерживаю, скрывать такие вещи в наше время вообще не стоит.

— О Господи, — закатил он глаза, — Лучше скажи, что ты здесь делаешь?

— В туалете? — уточнила я на всякий случай.

— Решила соблазнить начальство, о гений чистой красоты?

— Тебе то какое дело?

— А я сам пока не знаю, — после минутной паузы улыбнулся он, продемонстрировав ямочки. Некстати я подумала, что когда он вот так вот улыбается у нашей сестры мало шансов. Ну кроме меня конечно, я то прекрасно знаю, что передо мной за фрукт.

— Что ты от меня хочешь? — не выдержала я.

— А что ты можешь предложить?

— Ты что, ненормальный?

— Мы беседуем не больше пяти минут, а оскорблений в свой адрес я услышал больше, чем за весь день, — констатировал Евгений.

— Очень сомневаюсь, что твоя дневная норма столь незначительна.

— Как знать, как знать.

— И вообще, ты сам сюда пришел. Что, получаешь удовольствие, подкарауливая девушек в разных углах?

— Не думаю, что получал до вчерашнего вечера, теперь даже не знаю, — хмыкнул он, но глаза смотрели изучающе, как будто он наблюдал за зверем в клетке, — Ты тоже, разве я не прав?

— На что ты намекаешь?

— На то, что как ни гони природу в дверь, она влетит в окно.

— Ты прав, я как раз не против воспользоваться дверью, — поддакнула я.

— Ты так смешно отрицаешь очевидное, — изрек он.

— Вот уж не знаю, что я там отрицаю…

— Есть упоение в бою, и бездны мрачной на краю…

— Если ты хочешь, чтобы я тебя поняла, стоит изъясняться более доступно, до стихов Пушкина моя блондинистая голова еще не доросла, — перебила я. Его манера изъясняться совершенно не подходила подобному типу, и это наводило жути.

— Тебе все это нравится, опасность тебя заводит, я увидел это по твоим глазам еще тогда, на работе. Дурочки вроде тебя постоянно лезут, куда не следует. Интересно только, до каких крайностей ты готова дойти?

— На мой взгляд, больше смахивает на первую стадию шизофрении.

— Глупо отрицать очевидное.

— Вот что, посторонись, меня ждет мой спутник, — этот разговор мне не нравился, понять что за бред несет этот псих не было возможности, по крайней мере, у меня, я подошла и попыталась оттеснить его от двери, но силы были неравные, а в вечернем платье драться было бы немного неуместно.

— Он еще немного подождет, он так пожирает тебя взглядом, что просидит тут хоть неделю. Довела мужика.

— Это само собой, а как насчет твоей горгульи? Она то уж точно ждать не будет, — ядовито заметила я.

— Кристина это совершенно другое. Она знает себе цену и знает меня довольно давно, так что с удовольствием поужинает в одиночестве, возможно даже успеет сменить компанию.

— Не скажешь, что ты дорожишь своей половиной.

— Она мне не половина, — улыбнулся он, наверняка уверенный, что улыбка его сокрушительна. Кстати, не без оснований, но в ответ я еще больше сдвинула брови.

— Ты же знаешь ее давно?

— Уже пару недель, — пожал он плечами.

— Мне не интересно.

— Поэтому ты спросила?

— Я ничего не спрашивала, сам сказал, — отрезала я.

— Кажется, теперь ты меня опасным не считаешь? — сменил Евгений тему, видимо решив, что наших спутников мы обсудили достаточно.

— Считаю.

— Но не боишься?

— С чего бы?

— А ты забавная.

— Уже слышала, — буркнула я, поняв, что скорого освобождения не предвидится. Вся надежда на то, что Лешка меня потеряет и догадается проверить, все ли в порядке.

Но помощь пришла внезапно: с другой стороны кто-то толкнул дверь, а я злорадно улыбнулась: вот сейчас то ему придется отойти.

— Кому там нетерпится? — рыкнул он, за дверью пробормотали «извините» и усилия на время приостановили, а мой похититель обратился ко мне:

— Кажется, поговорить спокойно нам не дадут, так что слушай: завтра встретимся скажем здесь же, и поговорим.