Александра Малинина – Капкан для лисы (страница 10)
– Она что, тоже у вас дома?!
– Ага.
– Не повезло ей, – посочувствовал Ромка. – Удачи тебе, любовь моя.
– Удача мне ни к чему, Ромочка, – привычно ответила я и повесила трубку.
Чтобы не привлекать лишнего внимания, быстро набрала сообщение крокодильей Анечке (ее номером я разжилась ранее):
Сама же вышла на улицу, накинув мамину легкую шубку, и закурила. Ждать пришлось недолго, через пять минут показалась мышиного цвета голова, а потом и вся Анна.
– Что означает ваше сообщение? – нахмурилась она.
– Ты мне скажи.
– Вы меня разыгрываете? Это проверка? Макар говорил, вы на многое способны…
– Проверка была утром, сейчас у меня есть доказательства, – улыбнулась я.
– Доказательства чего?
– Пока только твоей наглой лжи. Но не бойся, я узнаю больше. Видишь ли, Макар прав, иногда я бываю весьма деятельной.
– Я вам не верю, – она сложила руки на груди и вздернула востренький подбородок. Показная уверенность, дешевый прием, на деле девушка нервничала.
Я усмехнулась и затушила сигарету:
– А ты и не должна мне верить, Аня. Как я не поверила Семену Коростелеву, с которым имела неудовольствие познакомиться сразу после нашей встречи. Семен не самый приятный тип, но ты и сама это знаешь, раз сделала с ним пару фотографий в лесу. Так понимаю, для достоверности… не особо талантливая работа, стоило выбрать «жениха» понадежнее. Может, ты не рассчитывала, что тобой займутся всерьез? Или это экономия?
– Вы разговаривали с Семеном? – она старалась выглядеть незаинтересованной.
– Я так и сказала. И с его другом, который понятия не имеет о девушке Семена, тоже поговорила. Ты вообще знала, что он сожительствовал с другой? Это риторический вопрос, мы обе понимаем, что ни с каким Семеном ты не встречалась и видела его один раз в жизни, чтобы сфоткаться. Так зачем тебе понадобился подставной парень?
– Все не так…
– Неужели? – перебила я. – Подставной парень наводит на интересные мысли, дорогуша. К примеру, если я копну глубже, что еще смогу узнать? Сразу говорю, упорства у меня на троих. И любопытства тоже, а на тебя есть что копать, судя по спектаклю с Семеном и прочему. Хочешь, чтобы я продолжила проявлять любопытство?
– Что вам нужно? – хмуро спросила девушка.
– Вот это уже другой разговор.
– Нет желания с вами связываться. Как я говорила, мне многое о вас рассказали.
– Лесть тебе не поможет, дурочка, – улыбнулась я, отметив, что в этот раз она не упомянула Макара в качестве источника. – Хочу, чтобы ты убиралась из моей жизни. И из жизни Макара тоже. Сейчас же, сиюминутно! – все так же довольно улыбаясь, изложила я требования.
– Это все?
– Мне этого достаточно, а тебе?
– Вполне, – буркнула она.
– Тогда считаю до пяти!
– Если я уйду, вы не полезете в мою жизнь?
– Посмотрю на твое поведение, Аня. Если ты исчезнешь навсегда, то буду доброй… а теперь скройся с глаз моих, я начинаю считать до пяти!
– Но моя сумка…
Я закатила глаза: ну почему «сиюминутно» постоянно воспринимается как красное словцо?
– Раз, – начала я.
Анна меня поняла, развернулась резко, бросив напоследок:
– Отлично, но чтоб вы знали: я все равно не планировала выходить за него, он мне даже не нравился! Забирайте его себе.
Я проводила девушку взглядом: она вышла через калитку, попрощалась с недоуменным охранником. Ну, это было просто. Завтра надо будет с Анной потолковать по душам: похоже, девушке есть что рассказать. Любопытство – мой порок, признаю. А сегодня, помахав охраннику рукой в знак приветствия, я вернулась в дом, наслаждаясь так легко выигранной войной.
Глава 5
Казалось бы, на такой позитивной ноте можно заканчивать вечер. Битва выиграна, упавшее настроение вновь на высоте, ночь впереди… идеальный день. И можно уйти по-английски.
Макар поймал меня в гардеробной – я надевала шубу.
– Уже уходишь? – спросил он.
– Как видишь. Вы меня утомили свадебными делами, праздниками и семейными драмами. Лучше посмотрю сериал, там подобной ерунды всегда в избытке.
– Не видела Аню? Она ушла, и я не могу найти ее.
– Попробуй не искать, – душевно посоветовала я.
– Так ты ее видела?
– Я не слежу за твоей каракатицей, Макар.
– Это заметно. Нашла новое развлечение? – в его тоне слышалась злость. – Твои игры на меня не действуют, Бри, больше нет. Ты можешь сколько угодно сидеть передо мной и заигрывать с новой игрушкой – мне все равно.
– Что-то не очень похоже, – заметила я, улыбаясь. А может, не стоило торопиться с уходом? Вон как Макара распирает, надо же. Занятая перепалками с Вишневским, я и не видела, что происходило напротив.
– В любом случае, это не твое дело.
Макар покачал головой, отошел назад:
– Ты права, это не мое дело.
– Хорошо, что мы это обсудили, – я прошла мимо, но притормозила у выхода: – И да, твоя Анечка уехала. Сказала, что свадьбы не будет или что-то в этом духе. Кто ж ее невнятную речь разберет… у нее что, прикус неправильный?
– Ты… – он прикрыл глаза, пытаясь справиться с гневом, но я решила не дожидаться развития событий и кучи вопросов от Макара, что грозили на меня обрушиться. Всегда важно вовремя удалиться. Поговорю с парнем, когда он остынет.
– Я, Макар. Это я. – Ответ получился простым и понятным.
Я вышла на улицу, прикрыла за собой дверь, и успела увидеть, как Макар пытается дозвониться до сбежавшей невесты. Даже интересно, получится ли у него? Ох, надеюсь, что да, в этот раз победа далась мне слишком легко, душа требовала продолжения банкета.
И это оказался случай под названием «бойся своих желаний». Все вышло из под контроля за считанные секунды: не успела я сесть в машину, как увидела нашего охранника: он бежал в сторону дома, вытаращив глаза и широко размахивая руками. Предчувствие вытолкнуло меня обратно на улицу.
– Что случилось? – крикнула охраннику.
Он меня не услышал, ворвался сразу в дом. И началось настоящее веселье: все семейство на моих глазах вывалило на улицу и дружным строем отправилось за охранником, очередным Иваном. Разумеется, я не отставала, с трудом пытаясь не растянуться на скользкой дороге (мой путь был рассчитан как «парковка – дом», зимнюю обувь я проигнорировала) и одновременно разобрать путаные объяснения Ивана:
– Я уже позвонил в полицию, сразу, так сказать. Услышал стрельбу, и… так сказать, уведомил. Но я же, так сказать, лицо ответственное, посему я…
Он замялся, и я подсказала:
– Так сказать…?
– Сентябрина, помолчи, – сурово сдвинул брови отец и я сочла за благо последовать его совету: похоже, случилось что-то действительно неприятное. Иван заикался, отец мрачнее тучи.
– Так сказать, проявил любопытство. Прямехонько за углом и стреляли, как оказалось. Ну а память на лица у меня хорошая, так сказать, девушку я сразу узнал.
– Какую девушку?! – резко побледнел и сбился с шага Макар: его мысли наверняка вертелись в том же направлении, что и мои собственные. Он посмотрел в мою сторону и побледнел еще больше. Краем глаза я отметила, как Вишневский нахмурился.
Отвечать Ивану не пришлось, мы как раз свернули за этот злополучный угол и смогли увидеть все сами: примерно в метре от дороги лежала девушка. Ее безвкусную куртку болотного цвета трудно не узнать, уже издалека я поняла – это Аня. Мама громко ахнула, так же это признавая. Я скорее чувствовала, чем видела, как папа обнял ее и попытался отвести подальше.
– Что с ней? Она умерла? Боже, она умерла? Женя, ответь мне… – причитала мамуля в ужасе.