Александра Логинова – Яга против! (страница 12)

— Стоять, — железным голосом скомандовала красивая женщина в зеленом сарафане, расшитом самоцветами и бисером. Тоже преподавательница? Лицо знакомое.

— Мы рады вашей независимости, но в этом нет необходимости, — добродушно вставил слово Рарог, снисходительно поглядывая, как мы кучкуемся, стараясь не упасть. — Достопочтенный ректор хотел сказать, что впредь вам нужно дважды думать о том, что вы делаете и как проводите время.

— Мы прониклись, — чуть скривился Кощей, подставляя плечо сползающей Кири. — Надеюсь, все прошли проверку?

— Пока что все. Занятия начнутся в восемь утра, тому, кто опоздает — отработка у коменданта общежития. А теперь покиньте остатки здания на дистанцию не менее ста метров.

На преодоление дистанции потребовалось около пяти минут. Самые стойкие волокли на себе остальных, пытающихся подремать в диагональном положении. Широкая скамейка, стоящая ровно в ста метрах от входа, была встречена благодарными стонами и восторженными воплями.

Я скромно притулилась на перилах, уступив свой клочок лавочки страждущим. Преподаватели остались на развалинах, совещаясь о чем-то наверняка важном, потому что кирпичи и остатки мебели начали подозрительно окутываться эфирными потоками. Тут и там воздух дрожал, будто кто-то шнырял в скрытом пространстве, лес наполнился звуками, сдавленным шипением, смехом и неясным гулом.

Мы во все глаза уставились на проступающие очертания нового здания. Нет, не так. Здания! С большой буквы, широким размахом и эргономичной архитектурой.

— Где же они его прятали? — сипло прошептал нашедшийся Тристан, очумело мотая гудящей головой.

Белокаменные углы, огромный шпиль с гигантскими часами, романтично закругленные сверху окна поразили мое воображение. Не меньше пяти этажей, мраморная арка входа, отделанная аметистом и кварцем, широкие ступеньки, к которым мы кинулись гораздо быстрее, чем покидали академию.

Довольные колдуны и ведьмы преподавательской специализации снисходительно поглядывали на наши разинутые рты, по-братски ероша волосы смущенным парням.

— Мы хотим напомнить, что являемся не только вашими преподавателями, но и старшими товарищами, у которых вам есть чему поучиться. К сожалению, не все сегодня смогли поприветствовать вас, со многими вы познакомитесь только во время занятий, но знайте, нам есть, что вам передать, — улыбнулась красивая светловолосая женщина, приветливо раскинув ладони.

— Приветствую, леди Мелюзина, — поклонился эльф. — Да пребудут с вами дары жизни.

— Большинство из вас так или иначе знакомы с преподавательским составом, — кивнул ректор. — Но не рассчитывайте на поблажки и снисхождение, за переданные знания спросим строго. А теперь пройдемте внутрь.

Крыльцо, увеличившее количество ступенек в два раза, обрамлялось каменными перилами со строгими, геометрично правильными садовыми вазами, очень удачно пустыми и ничем не засаженными. Тяжелая железная дверь, не желавшая пускать меня внутрь, преобразилась в стальные ворота, отворяющиеся при приближении живых существ.

— Можете пока присесть, если стоять невмоготу.

Нам указали на ряд гостевых диванов, украшавших расширенный холл академии.

— Центральная лестница ведет на второй этаж, который по-прежнему остается общежитием вашего факультета, далее по небольшой лестнице наверх в каждом крыле. На третьем этаже располагаются чужие спальни, на четвертом — лаборатории и мастерские, на пятом — залы для конференций, актовый зал, библиотека, деканаты, учительская и приемная ректора. Первый этаж занимают аудитории для лекционных занятий и столовая.

Мы переводили взгляды с двери на дверь, мысленно прикидывая объем проделанной работы и вступая в негласное соревнование. Я невзначай опустила ладонь вниз, еле слышно позвав Сажика, и откинулась на спинку дивана.

— Деканаты и чужие спальни?

— Самое главное, — кивнул ректор, — Академия предлагает абитуриентам обучение по трем направлениям подготовки: факультет пограничников, факультет природовладения и факультет сотрудничества. Все направления экспериментальные, в связи с этим прошу не задирать нос, полагая, что вы единственные преемники, получающие классическое колдовское образование.

Вот это поворот! То, что мы — пограничники, и ежу понятно, но кто же учится на других факультетах?

— Русалки, мавки, лесные духи, берегини, бэлты, полевики, али, альсеиды и иные существа, отвечающие за бесперебойное воспроизведение природных ресурсов, обучаются на факультете природовладения. На факультете сотрудничества обитают в основном бесы, юные домовые, баньши, гамаюны, богинки, анку, волколаки, хюльдры и прочие.

— Не может быть!

— Только не говорите, что…

— Это же подстава чистой воды!

Вот хитровывернутые! Я сцепила руки в замок, изо всех сил подавляя желание бросить маленький заговор на косоглазие в лоснящуюся от удовольствия физиономию ректора. Заранее все спланировали!

— Да-да, можете повозмущаться от души, — рассмеялась зеленоглазая женщина, глядя на раздувшегося от возмущения Полоза.

— Нам и тут работать, что ли, придется?

— Не работать, а выполнять свои прямые обязанности по курированию младших созданий. В конце концов, вам не привыкать следить за мелкими.

Правоты преподавателей не отнять, но одно дело раздавать профилактические подзатыльники расшалившимся мавкам в своем лесу, а другое — курировать целые учебные группы. И ведь отказаться не сможем! Каждый из нас прекрасно знает, что локальная мелкая нечисть в его власти и на его поруке.

— Давить на врожденное чувство ответственности — низко, — хмуро прокомментировал Кощей.

— И как нам разделить тех же баньши? — возмутились мойры. — Под чьей протекцией они будут: нашей или мастера Константина?

— А бесов кто сюда пустил? И кто их будет курировать?

— Разделите учащихся согласно собственным сферам деятельности, — отмахнулся ректор. — Свое расписание найдете на доске объявлений. Правила остаются те же: ночевать в своих комнатах, колдовать только в аудиториях, кто сбежит без предупреждения и отмажется самоподготовкой в полевых условиях — до конца года будет окучивать картошку бабушкам на хуторах.

— А с предупреждением сбегать можно?

— Конечно, вы же не пленники. Заранее подходите к декану, оповещаете об отбытии, его сроке и целях, и, если отпустит, счастливого пути. Ах да, и еще, в комнатах не курить. По всем вопросам обращаться к декану пограничников — госпоже Агате.

Женщина с холодным взглядом и суровым выражением лица слегка склонила голову, едва ли здороваясь с нами. Госпожа Агата? Агата Малахитница?

— Тетушка…

— Для тебя госпожа Агата или Хозяйка, — высокомерно улыбнулась она. — Как и для всех остальных. Я не только ваш декан, но и куратор, так что дважды подумайте, стоит ли беспокоить меня по пустякам.

— Тетушка! — перебил ее Арсений, кидаясь с объятиями. — А я-то думал, не привиделась ли мне родственная душа! Как ты, родная? Славно ли все на Урале?

— Пусти, — высокая Хозяйка утонула в профессиональном захвате племянника, и ей ничего не оставалось, кроме как неуверенно похлопать его по спине. — Соблюдай субординацию.

— Прости, — покаянно отступил он.

— До встречи, абитуриенты.

Мы уныло посмотрели на удаляющиеся спины преподавателей и уставились друг на друга. Нужно расходиться по комнатам, готовиться к завтрашнему дню, а у меня еще и зелье варится. Не дай боги комната пострадала! Хотя Сажик бы не позволил, как и не допустил бы случайного вреда Васильку.

Негласно принятое решение о передислокации в мою комнату было аргументировано одной потребностью — зельем от похмелья.

— Ох, батюшки, какой насыщенный день, — змей вытянул ноги, расположившись на стуле.

Мойры оккупировали мою кровать, потягивая разбавленное зелье из пластиковых стаканчиков, что здорово напоминало опохмеление. До невыносимости мрачный Кощей пару раз стукнул кулаком в стену и рявкнул, что если чертовы домовые не принесут в комнату еще пару стульев, он лично их развеет. Не знаю, как духи смогли испугаться развеивания, но сравнительно небольшое помещение наполнилось креслами, пуфиками и стульями, к моему неудовольствию загромоздив почти все пространство.

А всё потому, что комнаты остались прежними.

— Скопидомы, — вынес вердикт Руслан, убедившись, что второй этаж остался практически без изменений.

Вещи не успевших заселиться одногруппников оставались внизу, благоразумно обнесенные защитным контуром чьей-то заботливой рукой, и их было решено занести позже.

— Касса должна пополняться, — я пожала плечами, гладя напуганного Василька. Лис не понял внезапных перемен и жался ко мне, подальше от возмущенных мужчин.

— Ну что, — подытожила Амира, разбавив зелье водой, выжатой из собственных волос. — Кто сколько нашел?

— Три огневика на главной лестнице, двери на коловрате, в оконное стекло вплавлено святое серебро.

— Наружная лестница заминирована порохом, в вазах спящие семена разрыв-травы, — лесной дух приманил Василька на запах мышей и почесал за ушком.

— Над каждой дверью инглия, нарисованная кровью. Следы затерты, но не качественно, — дополнила я, со вздохом перехватывая руку Руслана.

Пораженный вздох разнесся по комнате. Девять пар изумленных глаз скрестились на обожженной ладони мужчины, который сам в недоумении глядел на появляющиеся волдыри. Где-то негромко ругнулся Арсений, бросая злой взгляд на скулящего Василька. Я забормотала заговор от ожогов, пока недовольная демонесса опутывала мокрыми волосами ладонь незадачливого вирява.