Александра Лисина – Вор (страница 43)
Когда они выжидательно на меня уставились, я в затруднении обратился к Ули с просьбой пояснить ситуацию. Но малыш снабдил меня лишь набором картинок с богатыми интерьерами, заваленными всякой всячиной подвалов, кладовых и больших комнат, смутно напоминающих роскошные залы Эрмитажа.
– Вы же говорили, что больше не сможете никуда пролезть! Первый, Второй, Третий… ну как так? Вы же меня уверили, что свободной добычи в городе не осталось!
– Вероятно, ее не осталось в радиусе того расстояния, на которое они способны от тебя отойти, – деликатно кашлянул дом.
Я ошарашенно замер.
– Чего?!
– Улишши – паразиты, которые очень тесно связаны с хозяином. У тебя они гораздо более самостоятельные, чем обычно, но далеко все равно не уйдут. Есть определенный предел, границ которого они не пересекут.
– Малышня! Что, правда?!
Улишши дружно замолотили хвостами по полу.
– Да твою ж тещу! – с чувством ругнулся я, запоздало сообразив, что добычи не осталось лишь в той части города, которую мои звери были способны исследовать, не отходя от меня слишком далеко. – И какое у вас предельное расстояние для прогулки?
Ули снова снабдил меня целой серией малопонятных картинок.
Я потер разнывшийся висок.
– Нет, подожди. Я не понимаю. Дай мне ориентир.
Ули послушно разродился еще одной чередой образов. Правда, на этот раз в них мелькнуло наше старое логово, порт и почему-то дважды – дядюшкин трактир.
– А, теперь понял: вы можете отходить от меня на расстояние, равное тому, что проходите, если добежите от порта до трактира и обратно?
– Уф! – дружно подтвердили улишши.
– То есть километра три, – прикинул я. – Это ваше предельное расстояние или же оно еще может увеличиться со временем?
«Может», – скинул мне Ули картинку с радостно скалящимся улишшем. Но для этого, как я понял, малышам надо еще немного подрасти.
Что ж, и это было логично. Ведь сначала они вообще ни на шаг от меня не отходили. Потом начали резвиться, играть, крутиться под ногами, как самые обычные котята. Потом повзрослели, окрепли и начали убегать все дальше. Но мне, идиоту, следовало раньше сообразить, что для нормальной охоты нам всего лишь следовало сменить расположение логова. И тогда ареал, доступный моим зверям для поиска добычи, естественным образом сместится в сторону тех кварталов, куда они еще не заходили.
Я погладил прильнувших нуррят по чешуйчатым головам.
– Ну простите. Не сообразил. Не подумал. Выходит, добыча в столице все-таки есть, и без золота мы не останемся?
– Ур-р-р!
– Что, и на охоту теперь не пойдешь? – удивился Макс, когда улишши довольно заурчали, а я посветлел лицом.
Я тут же встрепенулся.
– Пойду, конечно! О хлебе насущном нам теперь думать не надо, но пора уже проверить, чему ты меня научил!
На охоту мы выбрались той же ночью, гонимые не столько жаждой наживы, сколько энтузиазмом и честным исследовательским интересом.
Дом для эксперимента я выбрал сперва простой, из числа тех, что просто на пути оказались. К сожалению, в этом районе здания стояли не так плотно, поэтому прогуляться по крышам получалось далеко не везде. Но благодаря изнанке сложностей не возникло, и мы с улишшами без помех забрались в понравившийся особняк.
Собственно, это был не персональный коттедж с забором, садом и гостевым домиком на заднем дворе, а обычный каменный дом в два этажа плюс чердак. Достаточно большой, чтобы называться особняком. И достаточно защищенный, чтобы привлечь наше внимание.
Я здесь раньше не был, нуррята его тоже не исследовали, но судя по большим окнам на первом этаже и висящей на углу дома вывеске с изображением подковы, это была лавка зажиточного скорняка. Который на первом этаже торговал, на втором жил. И имел достаточно средств, чтобы установить на двери-окна нормальную магическую защиту.
Она меня, собственно, и привлекла.
Правда, забравшись во двор и пройдясь вдоль стены дома, я решил не облегчать себе жизнь и не трогать заднюю дверь, на которой стояла простенькая, ярко горящая в ночи зелеными огнями сеть. Она была рассчитана на живых, так что с изнанки я пройду сквозь нее и не замечу. А мне для чистоты эксперимента требовалось что-нибудь посложнее.
В итоге я выбрал одно из окон на первом этаже, сквозь которое просматривались прилавки и стеллажи, заваленные всякой всячиной. Защита порадовала – довольно серьезное переплетение алых, синих, зеленых и серых нитей. Дырки между ними, правда, были великоваты, сама по себе защита висела криво – по-видимому, подмастерье делал или просто не слишком опытный маг. Но я все равно сунулся сперва к ней, по очереди вытащив из стены несколько магических фиксаторов и без труда поставив их на место. Прямо так, с изнанки, ага, потому что базовые заклинания были одинаково доступными для меня в обоих мирах. Затем то же самое проделал с входной дверью. Хотел было войти в дом, но со смешком обнаружил, что та заперта еще и на простой ключ или засов, и решил, что все-таки пролезу внутрь, пусть и не через парадный вход.
С помощью хвоста забравшись на стену, я тихонько открыл задвижку на окне второго этажа, благо нематериальная рама этому способствовала. Посмеялся про себя, наткнувшись не на вертикальные, а на горизонтально, как на земном западе, расположенные створки. И осторожно влез в комнату.
Сумеречное зрение еще раньше показало, что внутри никого не было, поэтому я ничем не рисковал. Более того, мне повезло своими глазами взглянуть на серые магические нити, которые, по словам Макса, берегли деревянные перекрытия от разрушения. Правда, шли они не слишком удобно – полосками расчерчивая пол, словно дорожки в боулинг-клубе. Но перемещаться это не мешало, хотя, конечно, смотреть под ноги приходилось чаще обычного.
Без труда дойдя до двери и выглянув для чистоты эксперимента в коридор, я услышал раздающийся из соседней комнаты храп и ухмыльнулся. После чего аккуратно закрыл дверь и ушел тем же путем, каким пришел, не забыв закрыть за собой окно и поставив на место задвижку.
Еще пару домов мы с Изей вскрыли с такой же легкостью.
Затем, удалившись от логова на приличное расстояние, я отыскал особняк побогаче и тоже его навестил, оставив улишшей крутиться на улице. Из-за вчерашнего дождя на улице было грязно. С изнанки мы в какой-то момент вышли, потому что я проголодался и немного устал. А вытирать лапы мои звери не особенно любили, поэтому я поостерегся впускать их в чужой дом. А вообще пришел к выводу, что в дождливую погоду надо или дома сидеть, или еще больше увеличивать доступное мне время пребывания на изнанке, или же озабочиваться сменой одежды, потому что в мокрой рубашке или неся на сапогах полпуда грязи было очень непросто притворяться привидением.
Нет, о карателях я тоже не забыл, поэтому решил, что иногда… к примеру, как сегодня… оставлять следы на полу все-таки буду. Пусть на гильдию воров думают, если что. И не мучаются подозрениями на тему, что кто-то научился мастерски обходить магическую защиту.
Надо еще, кстати, узнать у Макса, что ему известно о воровских артефактах. Может, на Ирнелле изобрели не только магию, но и способы борьбы с ней. Да что там говорить – наверняка изобрели, иначе не процветала бы в столице гильдия воров. Другой вопрос, столько стоят эти самые артефакты и какие конкретно виды защиты они способны инактивировать. В идеале, стоило бы научиться имитировать их воздействие, чтобы вопросов по моему поводу в принципе не возникало.
Убедившись, что наука Макса пошла мне впрок и при желании я смогу влезть почти в любой дом, я успокоился и дальше принялся исследовать столицу более обстоятельно. Прогулялся по темным улочкам. Кое-где наткнулся на уличные фонари и своими глазами убедился, что свет они давали исключительно благодаря встроенным внутри артефактам. Причем чем ближе к Старому городу, тем чаще я на них наталкивался. Тем шире и уютнее становились городские улицы. Тем больше там находилось старательно подстриженной, явно ухоженной зелени. Тем беззаботнее чирикали в ветвях мелкие, вроде воробьев, но по-южному яркие птицы. И тем чаще, соответственно, встречались городские патрули.
Завидев один такой издалека, я свистнул улишшам, проворно взобрался на ближайшую крышу и настороженно проследил за топающей по улице пятеркой стражников в кожаных доспехах.
Хрен знает, есть ли у них такие же браслеты, как у карателей, но я предпочел перебдеть и не стал уходить на изнанку, чтобы не попасть под удар поискового заклинания.
Там же, наверху, глядя, как чеканят шаг доблестные стражи порядка, и слушая, как шелестит по крышам вновь накрапывающий дождик, я потер пальцами абсолютно сухое покрытие, которым столько времени восхищался, и порадовался, что оно в любую погоду остается незамаранным.
Покрытие, как мне недавно поведал Макс, называлось шекк. По названию сырья, из которого его производили. Я когда-то сказал, что этот материал подозрительно напоминает резину, и в общем-то почти не ошибся – эта штука и впрямь имела много общего с каучуком. Основа под нее получалась из сока шекковых деревьев, которые в изобилии произрастали на территории королевства Архад. Так же, как и каучуковый сок, этот сок изначально был белым, но с течением времени загустевал, темнел и приобретал благородный черный оттенок. А еще он обладал сходными с каучуком свойствами и после ряда манипуляций превращался в аналог хорошо известного в моем мире полимера.