Александра Лисина – Вестник (страница 10)

Я нахмурился.

– Он поил тебя кровью собратьев?

– Все время, пока держал в плену, – искривила губы Лу, оставив в покое волосы. – Поначалу было плохо… все равно что глотать кислоту, а потом запивать ее самогоном. Голова плывет, дико тошнит, внутри все горит огнем… Я неделями валялась в бреду, не понимая, где я и что происходит. Этот урод поил меня чем-то еще. Колол иголками. Иногда резал. Постоянно заставлял пить то людей, то Вардина. Когда я отказывалась, он выкачивал из них кровь и силком вливал мне в глотку. А потом брал кровь уже у меня и изучал… иногда пил ее сам и постоянно добавлял в нее какие-то смеси, чтобы, как он говорил, усилить эффект.

– Ему это как-то помогло?

– Нет, – с отвращением выплюнула вампирша. – Он как был уродом с отваливающимися конечностями, так и остался. Сколько народу угробил, пока руки-ноги себе менял, просто не счесть. Я от криков чуть не оглохла. А от запаха крови, который в такие дни наполнял коридоры, можно было сойти с ума. Но наша кровь ему не помогла. Даже вырванные души его не спасли. А единственное, что он выяснил, – что вампирская кровь добавляет нам сил и выносливости гораздо больше, чем звериная или человеческая.

Я встрепенулся.

– Чего? Ваша собственная кровь способна сделать вас еще сильнее?

– На время, – кивнула Лу. – На несколько минут или часов в зависимости от дозы.

– И намного?

– Раза примерно в два. Причем на женщин это действует сильнее, чем на мужчин. Однажды, выпив Вардина, я выломала дверь в темнице, после чего Гнор пересадил меня в клетку со специально усиленными прутьями, с которыми даже я ничего не смогла поделать.

– А побочные эффекты?

– Только боль, – горько усмехнулась Лу. – Очень много боли… Но к боли, как оказалось, можно привыкнуть. А вот ко всему остальному – нет.

Я окинул ее задумчивым взглядом.

Кровь Нардиса помогла ей восстановиться настолько быстро, что даже для вампира это было невероятно. Но если Гнор поил ее все эти годы только такой кровью…

– Ты прав, – прошептала девушка, без труда угадав крутящийся у меня в голове вопрос. – Я тоже боюсь, что уже не смогу от этого отказаться. Гнор подсадил меня на вампирью кровь, как на дурман-траву. Я даже сейчас не могу смотреть на своих. Меня мучает жажда, Вильгельм. Я чувствую их присутствие намного острее, чем раньше, но теперь я смотрю на них не как на братьев, а как на добычу. И меня это пугает.

Я подошел к постели и, присев на краешек покрывала, положил Лу ладонь на лоб.

– Меня ты тоже хочешь укусить?

Она жадно втянула ноздрями воздух.

– Возможно… не знаю… запаха от тебя почти нет, но я все же чую что-то знакомое.

– От моей крови ты, скорее всего, умрешь, – предупредил я, когда она выпустила клыки.

– Да, – с сожалением согласилась Лу, снова втягивая мой запах. – Даже для меня ты смертельно ядовит. Но жажда настолько сильна, что я почти себя не контролирую. И Нардиса отправила подальше, чтобы не было соблазна.

Я слегка надавил ей на лоб и заставил опуститься обратно на подушку.

– Закрой глаза. Дыши. И постарайся ни о чем не думать.

– Что ты хочешь сделать? – послушно исполнила мою просьбу Лу.

Я не ответил. Но при этом не забыл, что Нардис и Лу были из числа тех троих, кого я обратил собственноручно. Самые сильные, живучие… Так сказать, первые представители новой расы. С ними у меня была самая прочная связь. Я, правда, ею почти не пользовался – в последние десятилетия община вампиров жила сама по себе. Но связь-то никуда не делась. Так что я мог влиять на эту троицу даже сейчас и даже издали точно так же, как они могли влиять на тех, кого создали сами.

Единственная разница между теми, кого обратил я и кого сотворили они, заключалась в том, что моя кровь в последних была сильно разбавлена, из-за чего вновь обращенные получались гораздо слабее своих князей. Впрочем, на их отношение ко мне это не влияло. И все они были привязаны ко мне через кровные узы. Да, быть может, самые поздние птенцы эти узы уже разучились чувствовать, однако я при желании мог почувствовать любого. И был способен с легкостью уничтожить их всех до одного, что и обеспечивало в конечном итоге их абсолютную преданность.

Вот и с Лу оживить узы труда не составило.

Я чувствовал ее. Слышал, как размеренно бьется ее сердце. Мог при желании заставить ее встать, расплакаться или выброситься в окно. А мог сделать и кое-что другое…

– Как странно, – прошептала она, когда моя ладонь опустилась и бережно накрыла ее веки. – Я ощущаю тебя как отца. Как Анри. Правда, от него всегда исходили тепло и забота, а ты холодный, но при этом и невероятно сильный… как нерушимая скала, за которой можно укрыться от непогоды. Я чувствую твое присутствие. Слышу отголоски твоих мыслей. Они размеренны и поразительно спокойны, но все же тебе не все равно. Ты тоже о нас заботишься… Саан, если бы ты знал, как мне этого порой не хватает!

Лу неожиданно шмыгнула носом и порывисто обхватила мою руку сильными пальцами.

– Я так скучаю без него… и так часто думаю, как могло бы быть, если бы он только согласился стать одним из нас!

– У твоего отца было право выбора, – тихо отозвался я, чувствуя, как Лу напряжена и расстроена. – К тому же ты и сама знаешь, что чем больше возраст, тем меньше шансов, что ритуал пройдет успешно. Леман не хотел для себя судьбы Гнора, и его нельзя за это упрекать.

– Да, – вздохнула она. – Но это так трудно – отпустить тех, кто дорог. Отец, дочь… После ухода Ли я так хотела, чтобы у нас появилась замена! Не думать, не гадать, не пытаться вернуть то, что утрачено! А вместо этого вот уже два века мучаю себя и Нардиса сомнениями. Он полагает, что это его вина, это ведь он просил меня обратить. Но на самом деле это я… я хочу того, чего у нас быть не может!

Я только вздохнул.

К сожалению, здесь я ничем не мог ей помочь.

– Твой отец был мудрым человеком. А Ли прожила жизнь так, как хотела сама. Принять это, наверное, сложно, но их выбор нужно уважать. А вот заменить их тебе не удастся.

– Тогда что же мне делать?

– Живи тем, что есть, – просто сказал я. – В вашей жизни будет еще немало потерь, но так устроен мир. Однако самое главное ты уже не утратишь. У тебя навсегда останешься ты сама, воспоминания о дорогих и близких тебе людях, а также Нардис и его чувства к тебе, плюс все то, что вы с ним сумели создать. Вместе, понимаешь?

Лу едва заметно вздрогнула.

– Вместе?

– Да. И пусть это не то, о чем ты мечтаешь, а всего лишь птенцы, которым вы подарили новую жизнь, но в каком-то смысле они все – ваши дети. И было бы неправильно перекладывать их проблемы на плечи одного из вас.

Она вдруг часто-часто заморгала.

– Я… я об этом не думала.

– Ты погрузилась в собственное горе и перестала замечать, что жизнь по-прежнему продолжается. Люди рождаются и умирают, как и много лет до этого. Но пока ты была смертной, тебя это не смущало. Ты знала, что когда-нибудь тоже уйдешь в царство теней, и была готова к этому. Однако теперь, когда срок твоей жизни не определен, а смертей перед твоими глазами стало гораздо больше, ты захотела изменить естественный порядок вещей. Не стоит этого делать, Лу. Когда придет время, вы с Нардисом тоже уйдете к Саану и непременно отыщете тех, кого когда-то потеряли. Ну а пока вам нужно просто жить. Находить новые цели, пользоваться преимуществами, которые вы получили. Реализовывать свои планы и мечты. И помнить, что смерть – всего лишь этап на долгом пути, тогда как жизнь… она на самом деле никогда не заканчивается.

Лу отняла мою руку от лица.

– Только в твоих силах решать, какая это будет жизнь – яркая и запоминающаяся или серая и унылая, – добавил я. – В конечном итоге именно от тебя зависит, проживешь ли ты ее в тоске и одиночестве или же сумеешь удержать рядом того, кто пожелал разделить эту жизнь с тобой до конца.

– Нардис… – прошептала Лу, и на ее глаза навернулись слезы.

Я, если честно, давно не видел, чтобы она плакала. Но недавний плен, тяжелое истощение и стремительная регенерация ослабили железную волю княгини, которая никогда не любила выглядеть слабой. Сейчас она была открыта и уязвима, как никогда раньше. Но при этом именно сейчас мои слова ее зацепили и всколыхнули целое море эмоций, которые она десятилетиями держала в кулаке.

– Саан, какая же я дура!

Лу вдруг подскочила и, вывернувшись из-под моей руки, торопливо поковыляла к двери.

– Прости, Вильгельм, я должна уйти!

– Иди. Только не покусай своего князя слишком сильно, он может этого не пережить.

– Я… я больше не хочу, – на мгновение замерла вампирша, прислушавшись к себе. После чего обернулась и тепло мне улыбнулась. – Спасибо тебе. И не пропадай больше надолго, ладно? Может, внешне ты и не похож на того, к кому можно лишний раз обратиться за помощью, но порой, когда есть с кем посоветоваться и кому излить душу, становится легче.

Я серьезно кивнул. А когда она выскользнула в коридор, оставил на столе переговорный амулет и отправился прямиком в Даманскую империю, рассудив, что разбираться эти двое между собой будут еще долго, а поисками абсолюта надо заняться уже сейчас.

Глава 5

Поскольку в имперской столице я не был уже давно, то рисковать с порталом не стал и открыл его не посреди города, а на кладбище. В том самом склепе, содержимое которого когда-то так выручило нас с Нардисом во времена первого визита в Даман.