Александра Лисина – Темный мир. Забытые боги (страница 5)

– А если бы знал? – с нескрываемым подозрением осведомился Элиар.

Белка насупилась:

– Тогда бы я поступил по-другому.

– Значит, уважаемому рену повезло, – со смешком заключил Тирриниэль, заметив, как побледнели скулы у начальника стражи. – Благодарю за предупреждение, леди. Но, боюсь, вы поставили перед реном Эвероном непосильную задачу: рядом с нашим «Огнем жизни» ему будет нелегко исполнить свой долг. К тому же Бел весьма неравнодушен к белому цвету.

– Он режет мне глаза, – буркнула Гончая, неприязненно покосившись на камзол начальника стражи.

– Я помню, малыш. Поэтому и не надел традиционное одеяние, дабы у тебя не появилось соблазна измазать его какой-нибудь гадостью.

Леди Эланна удивленно приподняла красивые брови, но только сейчас заметила, что все гости как по заказу в темной одежде. Включая перевертышей и эльфийских владык. Лишь на Таррэне вызывающе белела шелковая рубаха, да Элиар позволил себе несколько светлых вставок на камзоле. Тогда как остальные отдали предпочтение глубокому синему, коричневому и черному цвету, несмотря на происхождение, положение при дворе и собственные вкусы.

– Ладно, пойду я, – все еще сердито буркнула Белка, решительно спрыгнув на пол. – Надо глянуть, где нас устроили и какого размера у меня будет кровать. Я ж существо нежное, капризное, люблю спать с размахом…

– Шир, – тут же отреагировал Таррэн. – Нэш, Таш – на вас двери и стены. А рыжий пусть проверит углы. Все же крыло новое, необжитое… надо знать, как на вас среагирует.

– Сделаем, – кивнули перевертыши.

Словно не услышав мужа, Гончая проворно ринулась вперед и бодро пнула двери, выращенные из неизвестного, но очень прочного и, как им пообещали, не поддающегося огню дерева. От мощного удара толстые створки распахнулись, открыв длинный пустой коридор, и со стуком ударились о стены.

– Скромненько, – констатировала Белка, заглянув внутрь. – Но свежо и чисто. Даже, я бы сказал, слишком чисто.

– Просили без излишеств, – ради справедливости пояснила Эланна. – Все, что нужно, вы сможете вырастить сами. Лорд Таррэн умеет.

– Я понял, спасибо. Шир, как тебе хоромы?

Могучий перевертыш, ставший за прошедшие годы еще массивнее, тенью замер за спиной вожака и глухо рыкнул:

– Нормально.

– Вот и ладненько. Рыжий, ты идешь?

– Да, Бел, – отозвался Лакр, цепко глянув на пустой коридор и принюхавшись.

Затем поправил перевязь с парой эльфийских мечей, право на ношение которых получил вместе со своим новым статусом. Для вида испросил взглядом соизволения у лорда и первым вошел внутрь. Следом за ним двинулись Белка и порядком настороженный Шир. Еще двое перевертышей – Таш и Нэш – остались присмотреть за лордами, вежливо раскланивающимися со здешней знатью. А Стрегон, чье присутствие так взволновало местных, чуть отступил в сторону и теперь внимательно следил за побратимами.

От начальника дворцовой стражи не укрылось, как умело и быстро смертные обшарили будущие покои владык. То, как они двигались. Как со знанием дела проверили каждое из нескольких десятков помещений, предназначенных для свиты иномирных магов. Пару раз ненадолго задержались в пустых комнатах, а потом, неотрывно контролируя все доступное взгляду пространство, вышли и молча кивнули: мол, чисто. Ни магии, ни засады, ни длинных ушей. Но странно было другое – высокий лорд поручил эту работу не сородичам, а смертным! Так, будто доверял их чутью и умению больше, чем кому бы то ни было.

– Ого! – вдруг раздался удивленный голос Белки. – Лан, поди-ка сюда. Думаю, тебе это понравится.

От группы гостей немедленно отделился темный эльф. Довольно молодой, подтянутый и крепкий, он сперва обменялся с Тилем быстрым взглядом. Коротко кивнул, словно получил неслышный приказ, а затем исчез в южном крыле, напоследок поразив рена Эверона излишне ярко горящими зелеными радужками. Впрочем, гость довольно скоро вернулся и, наклонившись, что-то шепнул лорду Тирриниэлю на ухо. Тот, внимательно выслушав, удивленно хмыкнул и повернулся к сыну:

– Таррэн?

– Потом, – тут же отреагировал тот. – Шир? Как у вас?

– Готово!

– Отлично, – пробормотал Таррэн, незаметно переведя дух. – Значит, прижился…

– Ладно, устраивайтесь, – с улыбкой повторила Эланна, прежде чем увести свою обширную свиту. – И постарайтесь успеть к обеду: пора наконец представить вас как положено.

В обеденный зал они вошли минута в минуту – ровно в полдень, как того требовал этикет. Соблюсти его было делом чести, поэтому Таррэн не позволил себе ни малейшей задержки и, едва закончил с обустройством жилых помещений, последовал за молчаливым офицером дворцовой стражи.

Церемониальные одежды, на всякий случай принесенные слугами, он, как и в прошлый свой визит, проигнорировал: Эланна не обидится на это небольшое нарушение, а совет уже понял, что пышные тряпки не значат для него абсолютно ничего. Кроме того, титул хозяина Серых пределов звучал для Алиары менее значительно, чем титулы владык Темного и Золотого лесов, так что формально он был в своем праве. Да и Белка не одобряла роскоши, поэтому он рассудил, что простого черного камзола, кое-где украшенного вставками из золотого шитья, будет достаточно для соблюдения приличия.

Тирриниэль оказался более щепетилен в данном вопросе и оделся соответственно случаю: в бело-золотые одежды своего рода. Венец силы тоже не оказался забыт – пылающий в нем изумруд искрился и переливался в свете магических светильников, потому что благодаря Белке впитал в себя магии гораздо больше обычного.

Элиар тоже остался верен себе и надел традиционные цвета своего леса – черный и золотой. Остальные согласно заранее обговоренному плану были в простых темных одеждах, долженствующих подчеркнуть величие и исключительность владык. Заодно скрыть от любопытных глаз некоторые особенности экипировки и отвлечь внимание от висящих на поясах ножен с оружием, с которым никто из эльфов не намеревался расставаться.

– Мне не нравится, что ты без мечей, – буркнула Белка, придирчиво осмотрев мужа перед входом в зал.

Таррэн, поправив ворот безупречно сидящей рубахи, пожал плечами:

– По здешним законам владыкам не положено самостоятельно браться за оружие. На это имеют право только слуги и личная охрана.

– Все равно!

– Не волнуйся. Мне достаточно твоего.

Белка, перехватив поудобнее ножны, насупилась еще больше:

– Хочешь сказать, в прошлый раз ты тоже ходил тут безоружным?

– В прошлый раз я пришел сюда незваным гостем, – спокойно напомнил Таррэн. – И меня неласково встретили. А теперь нас пригласили по всем правилам. Мы должны оказать уважением этому дому хотя бы тем, что не выставляем напоказ все имеющееся у нас оружие… гм, по крайней мере не сразу.

– То-то ты с собой Стрегона позвал, – тихонько фыркнула Белка. – Очень они обрадовались, когда его увидели! И это ты называешь «проявить уважение»?

Идущий сразу за Тирриниэлем полуэльф шевельнул кончиками заостренных ушей, но не подал вида, что услышал.

– Стрегон – другое дело, – ничуть не смутился Таррэн. – Он нам нужен. И я ему доверяю.

– Именно в такой последовательности? – прищурившись, уточнила Белка.

– В какой хочешь. Главное, что он здесь, и я не собираюсь этого менять.

Стрегон внимательно посмотрел на хозяина Проклятого леса, но снова смолчал: уже понял, что разговор ведется не для него, а специально для ушастого проводника, который при первом взгляде на полукровку едва заметно скривился. Ну и для почетного караула у дверей, разумеется, который уже приготовился отсалютовать гостям.

Стрегон не выспрашивал у Таррэна о причинах, которые побудили его взять с собой на Алиару недавнего наемника. Не знал, почему его предпочли почти трем сотням готовых идти за своим вожаком и в огонь, и в воду. Насчет Роса все ясно – будучи сильнейшим перевертышем, он остался в Золотом лесу за старшего над стаями. Шир – тоже понятно: Белка успела изучить его лучше, чем кого бы то ни было, и так же, как Росу, доверяла безоговорочно. Тем более что за прошедшее время он поднялся в мастерстве еще на одну ступень и два года назад все-таки перешел в касту старших.

Нэш и Таш также вопросов не вызывали. Эти два желтогривых здоровяка были одними из лучших среди старших волков. Чем-то неуловимо похожие, быстрые, свирепые, они были для Белки отличным подспорьем в любых начинаниях, несмотря на то что за последние двадцать лет именно они чаще других выказывали в стае буйный нрав. А Нэш, будучи довольно молодым, однажды умудрился оспорить право Гончей на лидерство, после чего несколько месяцев зализывал раны.

Впрочем, зла она не держала: волки есть волки, всегда ищут чего-то лучшего. Так что, намяв холку дерзкому самцу, она не обделяла его своим вниманием, не раз после этого ходила с ним на охоту. По-прежнему учила, наказывала, когда было за что. И со временем вспыльчивый перевертыш стал покладистее, устойчивее к проявлениям звериных инстинктов. Хотя Стрегон не исключал, что Гончая намеренно взяла с собой этих смутьянов, чтобы не спускать с них глаз.

Что же касается его самого, то Стрегон, к собственному стыду, так и не смог определиться со своим отношением к Белке.

Да, прежняя тяга уже не тревожила его душу. Теперь он мог без содрогания вспоминать прошлое. Мог находиться рядом с Гончей без риска потерять голову. Почти не чувствовал ее запаха, от которого у эльфов форменным образом переклинивало мозги… он стал свободным от ее силы, согласившись ради этого перевернуть с ног на голову свою жизнь и еще пять лет назад поменяв братство на новую стаю.