Александра Лисина – Проклятие королей (страница 26)
Эффективность защитных амулетов в связи с утренним казусом была поначалу подвергнута сомнению. Однако когда к «пропавшему» практиканту приехали наши маги и уточнили детали, то оказалось, что незадачливый стажер, не подумав, снял с себя артефакт перед сном, тогда как остальные наши сотрудники этого не сделали, соответственно ничего за ночь не забыли, так что в итоге амулеты все же были реабилитированы.
Еще одну ценную вещь подсказала Лиза Шарье, сообщив, что пожилым людям, страдающим нарушениями памяти, нередко рекомендуют гимнастику для рук. И добавила, что улучшить ситуацию в таких случаях зачастую помогает обычное письмо. Мол, чем больше записываешь, тем проще потом это вспомнить.
Подумав, я признал идею толковой и внес еще одно дополнение в инструкцию, благодаря чему с этого дня использование блокнотов в нашем Управлении стало обязательным.
Больше ничего толкового придумать не удалось. Ребята, поскольку народу сегодня обратилось за помощью раза в полтора больше, чем накануне, разбежались по вызовам. Роберта я от себя отпустить пока не рисковал. А по темной стороне Алтира мы с Мэлом пробежались вчера перед сном, но, как ни старались, никаких признаков магии, да еще такой, чтобы волнами распространялась по столице, не обнаружили. Ни на поверхностных слоях, ни на более глубоких. Ни в кавернах. Ни в реальном мире. Как будто отец Гон захотел неудачно пошутить, сообщив нам недостоверную информацию.
Если бы не ситуация с Хокк, Робертом и не «пропавший» стажер, который еще вчера вел себя абсолютно нормально, я бы, может, и списал происходящее на всеобщее помешательство. Но увы. Какая-то дрянь все-таки воздействовала на город, а у меня даже каких-либо предложений не возникло по поводу того, что это могло быть.
Да что там! Раз уж боги затруднились дать внятный ответ, то с меня, как с простого человека, вообще взятки гладки. Но на душе все равно было погано. Да и на совещание к Корну пришлось идти, можно сказать, с пустыми руками.
– Молодец, Рэйш, – устало произнес шеф, когда ознакомился с моими предложениями. – Хоть какая-то гарантия, что потеря памяти не начнет прогрессировать со скоростью лавины.
Я молча кивнул. Роберта на этот раз со мной не было – взвесив все за и против, я все-таки рискнул оставить его в Управлении. Не столько из-за замечания Корна. Просто с его способностью призывать и удерживать вокруг себя Тьму маленький маг был нужнее там. Да и Мэл остался: присматривать и за ним, и за всеми остальными. Ну а техническая сторона вопроса легла, как и раньше, на плечи Хокк, которая после вчерашнего разговора разительно изменилась в лучшую сторону.
– У меня тоже кое-что есть, – внес свою лепту в обсуждение Рош. – Предварительное наблюдение за испытуемыми показало, что при использовании защиты от магии разума риск потерять какое-либо воспоминание существенно ниже. Точных данных пока нет – мы начали работу меньше суток назад. Но из трех человек (светлого, темного и неодаренного), кто не надел вчера амулеты, один уже успел кое-что забыть. Из группы, которой мы дали защиту, в итоговом тестировании не ошибся никто, поэтому пока мы считаем, что амулеты работают.
– Кто из троих пострадал? – со страдальческим видом потер виски шеф. – Неодаренный?
– Да. С магами во всех трех группах по-прежнему все в порядке. Есть вероятность, что простые люди больше подвержены риску «заболеть». Но статистику еще уточняем.
– Мы тоже, – сообщил Эрроуз, когда взгляд Корна остановился на нем. – Проверяем устойчивость на темной стороне и смертных, и светлых. Пока результат неясен.
– Если за сутки никто и ничего не забыл, то это уже неплохой результат, – буркнул Рош, забирая со стола копии моих бумажек.
– Слишком мало данных, – не согласился с ним Илдж. – Забыть, может, никто и не забыл, но мои маги после эксперимента оказались выжаты до предела, а у неодаренных и вовсе случились обмороки. Темная сторона – не для нас. Хотя как крайний вариант, если станет совсем туго, на какое-то время она поможет нам сохранить рассудок. Но ценой за него наверняка станет магический дар или жизнь. А то, может, и все вместе.
Я покосился на замученного шефа и невольно ему посочувствовал. Судя по явственно проступившим морщинам и набрякшим мешкам под глазами, Корн за эти сутки даже не ложился.
– От лорда Искадо какая-то информация есть? – вполголоса поинтересовался я, когда инструкция дошла до всех и коллеги погрузились в ее изучение.
– Пока нет.
– Иными словами, причины происходящего нам неизвестны… Плохо, – посетовал я, тоже чувствуя себя не лучшим образом. – Придется действовать наобум.
– Ничего другого не остается, – вздохнул Корн. – Господа, у вас есть что дополнить к предложениям Рэйша?
Илдж замедленно кивнул:
– С учетом прямой связи между интенсивностью эмоциональной окраски исчезающих воспоминаний и скоростью их исчезновения я бы посоветовал всем нам задуматься об употреблении успокаивающих сборов. Если удастся снизить остроту восприятия тех или иных событий, есть шанс, что темпы их, так сказать, убытия несколько снизятся.
– Хочешь, чтобы мы вообще думать перестали? – буркнул Корн.
– Нет, не думать, – встрепенулся я. – Илдж! Ну, конечно… что ж я сам-то до этого не допер! Кстати, отличная идея! Просто гениальная!
– Что за идея?! – разом обернулись в мою сторону темные. И даже шеф посмотрел с едва теплящейся надеждой.
Я широко улыбнулся:
– Это же просто, господа! Если мы знаем, что для сохранения собственной памяти нам надо поменьше напрягаться и стараться не думать, то есть отличный способ помочь людям сделать то и другое сразу!
– Рэйш, ты издеваешься?! – шумно раздул ноздри шеф.
– Да нет же! Чтобы успокоить народ и лишить их способности мыслить, нам всего-то и надо, что просто их усыпить!
На лице Корна отразилось совершенно искреннее замешательство.
– Во сне люди воспринимают реальность совсем иначе, – проговорил Рош и быстро переглянулся с Эрроузом. – События чаще всего искажены. Воспоминания зачастую отрывочны и бессистемны…
– А еще во время сна между ними утрачивается прямая причинно-следственная связь! – прошептал Илдж, уставившись на меня широко раскрытыми глазами. – Рэйш прав! Если нет акцента на воспоминания, то не будет и точки приложения для воздействия магии! А если и пропадут какие-то придуманные события или ситуации, ну так и Фол с ними! Это элементарно!
Я кивнул:
– Если мы усыпим весь город, то вдобавок снизим количество бесполезных обращений. У нас не будет паники, совершенных по забывчивости преступлений. Мы сможем спокойно обследовать столицу на предмет источника, при этом полностью убрав из зоны поражения мирное население.
Эрроуз азартно сверкнул глазами:
– А что? Велика вероятность, что это и впрямь сработает!
– Я бы рискнул, – одобрительно кивнул Рош. – Рэйш дело говорит. В любом случае мы ничего не потеряем. Нел, что скажешь?
– Так… – Корн, который все это время сидел с отсутствующим видом, вдруг отмер и лихорадочно зашарил взглядом по сторонам. – Так. Надо подумать, просчитать… Своими силами сонный полог над целым городом нам точно не установить. Надо будет привлечь к нему… – Он вдруг осекся, а в глазах отразилась бешеная работа мысли. – Рэйш! Ты сможешь подключить к этому делу жрецов?!
– Думаю, они не откажут.
– Илдж, мне нужны будут твои предложения по способу использования столь масштабных заклинаний! Самое быстрое, устойчивое, экономное…
– Просчитаю, – отсалютовал шефу светлый. – Сегодня же к вечеру постараюсь дать результат.
– Надо сразу просчитывать и откат, – буркнул Эрроуз, почему-то метнув в мою сторону подозрительный взгляд. – Чем масштабнее удар, тем мощнее будут последствия. Не хватало еще, чтобы заклинание бомбануло по тем, кто останется бодрствовать.
Корн только отмахнулся:
– Вот и займись этим. Рош…
– Я уже понял, – вздохнул некрос. – От меня опять потребуются артефакты.
– Да. Стабилизаторы выброса, нейтрализаторы… и как можно больше!
Когда в кабинете поднялась суета, в которой начальники участков в спешке связывались со своими специалистами, а Корн, похоже, пытался вызвать на связь герцога Искадо, на его стол плавно и незаметно спланировало выпавшее прямо из воздуха письмо.
– Очень вовремя, – едва взглянув на него, проворчал шеф. – Рэйш, ваш Херьен очнулся. И раз уж ты все равно здесь, сходи и возьми у него показания.
Я не стал напоминать шефу, что еще вчера он был категорически против, чтобы я ввязывался в чужое расследование. Просто Эрроуз был занят более важной проблемой, его сыскарей поблизости не оказалось, а в письме целители, по-видимому, сообщили нечто такое, из-за чего Корн не захотел ждать.
Ну и ладно. Не придется изобретать повод лишний раз заглянуть в лечебное крыло.
Когда я туда спустился, то мысленно подивился отсутствию персонала. Вопреки ожиданиям меня никто не встретил, не остановил, даже имени не спросил, пока я выискивал комнату, где отлеживался Херьен. Нашел его, кстати, по ауре. Довольно быстро. И, толкнув скрипучую дверь, прямо с порога грозно осведомился:
– Ну и что ты скажешь в свое оправдание?!
Наш маг, как раз решивший выбраться из постели, замер и повернул забинтованную голову:
– Арт?!
– Кто же еще? – проворчал я, оглядывая скупо обставленное помещение. Одна койка, тумбочка, комод, два стула, крохотный санузел – вот и все привилегии, которые полагались сотрудникам УГС, получившим травму при исполнении.