Александра Лисина – Наблюдатель (страница 26)

– Совершенно верно.

– Но все-таки запустить работу магических замков удалось? Причем по всей перемычке между южным и северным узлами.

– Да, – кивнул я.

– Скажите, как это оказалось возможным, если вы сами остались без магии, лесс Саррато? И каким образом вы запустили работу целой ветки, если до вашего прихода она была полностью обесточена?

Я улыбнулся:

– Не полностью. Какая-то часть заряда в управляющих механизмах все-таки осталась. Как вы понимаете, форт и подземные тоннели с самого начала строились с таким расчетом, чтобы минимизировать рассеивание магии, несмотря на наличие рядом шекковых деревьев. Технология очень старая. Сейчас такие уже не делают. Но мне посчастливилось стать соавтором в исследовании великого магистра Ноя, который много лет изучал именно старые артефакты. Более того, он всегда говорил, что в старину в подобных случаях маги делали дублирующие заклинания, а также устанавливали дополнительные источники питания. Именно для таких случаев, если с основными что-то случалось и требовалось запустить весь комплекс заново.

Господин комендант нахмурился:

– Но ведь для запуска все равно необходимо магическое вмешательство, разве нет?

– Верно, милорд. Однако с некоторых пор я, как и маги древности, предпочитаю иметь при себе дополнительный, тщательно изолированный от внешнего воздействия источник. На всякий случай. Имея специальную защиту от рассеивания, он сумел сохранить заряд даже в столь экстремальных условиях. Этой энергии как раз хватило, чтобы активировать магическую печать. Ну а ее расположение мастера-зодчие указали нам сами.

После этого несс ненадолго замолчал, напряженно обдумывая новую информацию. Но потом, по-видимому, признал мою версию вполне жизнеспособной и даже не потребовал, чтобы я показал ему этот загадочный источник. Вместо этого он спросил о другом:

– Скажите, лесс Саррато, есть ли у вас возможность установить подобную защиту на наши артефакты?

Молодец. Самое важное вычленил и тут же захотел использовать в своих целях.

– Не исключено, – кивнул я, отдавая дань предприимчивости собеседника. – Но сперва мне нужно на них взглянуть. И разумеется, предварительно восстановить магический резерв.

– Я вас понял. Больше вы внизу ничего необычного не видели? – словно бы вскользь поинтересовался несс Катерс, когда основные моменты прояснились.

Я сделал независимый вид:

– Ничего достойного внимания.

Ну да. Хранилище со смертельно опасными артефактами вашего внимания совершенно точно не стоит. Тем более что даже в случае, если кто-то заподозрит его наличие, я всегда могу сослаться на Ковен.

– Хорошо, – снова ненадолго прикрыл веки комендант. – Мастер Дол, с вами у нас будет отдельный разговор, но уже после того, как вы отдохнете и выспитесь. Сейчас меня больше интересует вопрос: почему вы остановили лесса Саррато и не позволили ему уничтожить потенциально опасного зверя, который может представлять угрозу как для него, так и для обитателей форта? Вы ведь знали, что скорее всего наткнулись на потомство измененного нурра?

– Да, милорд, – твердо ответил каратель.

– Тогда что же заставило вас передумать? Правила поведения при встрече с нуррами вам прекрасно известны.

– Вы правы. Но во-первых, звереныш не имел уродств, позволявших достоверно подтвердить его измененную природу. Во-вторых, он признал лесса Саррато хозяином. И в-третьих… это самка, милорд.

– Что?! – поневоле вздрогнул комендант, а вместе с ним и все присутствующие.

– Да, – неловко кашлянул Дол. – Когда мы пытались отцепить нурра от господина мага, то обнаружили, что перед нами действительно самка. И поскольку в наших инструкциях четко прописано, как с ними поступать… кхм… в отсутствие прямой угрозы для жизни лесса Саррато и в отсутствие признаков изменения я принял решение оставить зверенышу жизнь. Хотя бы до тех пор, пока его измененную природу не подтвердит наш целитель или же пока приказ о его уничтожении не отдадите вы, господин комендант.

Когда в мою сторону обернулись сразу три пары глаз, я незаметно поморщился.

Да. Упрямая мелочь, которая до сих пор наотрез отказывалась выпустить из пасти мой палец, действительно оказалась женского рода. И поскольку нурры и их удивительные свойства все еще будоражили умы ученых, поскольку особо ярые фанаты науки до сих пор не отказались от идеи приручить этих необычных животных, поскольку самки этого вида крайне редко попадались охотникам в сети, а разведение в неволе без них было невозможным…

В общем, всем причастным к отлову лицам уже давно были отданы соответствующие указания. И у меня не оставалось иного выхода, как смириться с наличием на моей конечности дополнительного груза и притащить этот самый «груз» сюда, в форт. В надежде, что кто-нибудь снимет с меня эту зубастую мерзость.

О том, какая участь ей уготована в будущем, я старался не думать. В шекковом лесу, одна, нурра точно погибла бы. Убить ее на месте я бы не смог. Да и Изя был категорически против. Отпустить – тоже не выход. Но и на опыты я не хотел ее отдавать, даже зная о том, что убивать или разбирать на органы такую ценную добычу никто бы не осмелился.

– Почему вы решили, что нурра признала лесса Саррато, мастер Дол? – после короткой паузы задал новый вопрос комендант.

Дол неловко помялся:

– Когда мы ее нашли, нурра была слепа, милорд. Вероятно, она родилась совсем недавно. Или же ее развитие замедлилось из-за изменений в теле матери. Глаза она открыла при нас. И первым, кого она увидела, оказался лесс Саррато. В его присутствии она быстро успокоилась и сразу уснула. И с учетом того, как именно она это сделала, я склонен предполагать, что нурра действительно выбрала себе хозяина.

Я глянул на безучастно висящую на моей руке мелочь и снова скривился.

Ну да. Мало мне было одной зубастой и вечно все жрущей Пакости, так теперь еще и эта прицепилась.

– Это меняет дело, – разгладилась недовольная складочка на лбу несса Катерса. – Лесс Саррато, будьте добры в самое ближайшее время посетить нашего штатного целителя. Если он сообщит, что зверь действительно подвергся необратимым изменениям, мы немедленно его уничтожим.

– А если нет? – насторожился я.

– Тогда вам придется озаботиться проблемой его доставки в ближайшую лабораторию, а на время пребывания здесь взять на себя обязанности по его содержанию. Позволить нурру находиться в форте без должного присмотра я не могу, уничтожить столь ценный материал мне не позволяют инструкции, а никого иного нурр к себе больше не подпустит. Вам выделят для этих целей отдельное помещение. А теперь прошу меня простить. Мастер Ноос, проводите господина мага на верхний уровень.

Спустя еще половину рина я зашел в выделенную мне комендантом комнату на минус первом этаже и, закрыв на засов тяжелую, больше похожую на вход в бункер металлическую дверь, с чувством выругался.

Мои вещи какая-то добрая душа уже успела положить у стены. Но за их сохранность я как раз не волновался – мало найдется идиотов, рискнувших бы без спроса залезть в мешок мастера-артефактора. Так что, пока я гулял в шекковом лесу, ни одной монетки оттуда не пропало. И ни один дурак не позарился на спрятанные там артефакты. А взяться за лямки один из местных рабочих осмелился лишь после того, как я озвучил свое пожелание и снял с мешка защитные чары.

Не без раздражения оглядев выделенное мне помещение, я на пару мгновений задержал взгляд на грубовато сколоченной кровати, стоящем у дальней стены столе и одиноком стуле, зачем-то поставленном посредине комнаты.

Ну что сказать?

Скромно. По-военному лаконично. Не роскошные максовские апартаменты, конечно, зато тепло, сухо и есть все для непритязательного путешественника. Постельное белье на кровати тоже имелось и даже было чистым. На стоящем рядом столе какой-то неизвестный благодетель успел поставить миску холодной каши, бросил в нее толстый ломоть хлеба и даже принес глиняную кружку с таким же холодным питьем. Но меня это не порадовало. И даже виднеющаяся сбоку крохотная дверка в персональный (вот уж где настоящая роскошь!) санузел, где стояла большая бочка с водой, плотно закрытое ведро и висело на стене старое зеркало, не смогла усмирить поднявшееся в моей душе раздражение.

Подумать только…

Нурра. Еще одна. И снова повисла на мою шею!

Подняв руку, на которой пиявкой болталась несносная кошка, я с неудовольствием подметил открывшиеся глаза и рыкнул:

– Что?! Отцепись уже, сволочь!

Нурра, хоть и успела проснуться, даже не пошевелилась.

И вот как, спрашивается, я теперь должен есть, спать, мыться, переодеваться, если на руке (замечу, на правой руке) висело это чешуйчатое недоразумение? Даже в сортир нормально не сходить, не говоря о том, что с такой обузой в лесу делать будет нечего. Разве что треснуть ее по наглой морде? Дак не поймет ведь – мелкая совсем. И палец отгрызть не вариант – тут же к соседнему прицепится. Так что надо было придумывать другой выход из ситуации.

Выручил меня, как ни странно, хвост.

Сообразив, что мы остались одни, хвостяра в очередной раз испортил мои штаны и, изогнувшись буквой «зю», склонился над выпучившей глаза нуррой. Я, спохватившись, проверил помещение на предмет неучтенных заклинаний. А Изя какое-то время покачался над нуррой, словно изучая, а затем проворно обвился вокруг ее туловища, легонько сдавил. И тут – о чудо! – вынужденная поглубже вдохнуть кошка разинула пасть, благодаря чему я и высвободил свой обслюнявленный палец.