Александра Лисина – Мар. Щит императора (страница 11)

– Мастера-тени?

– Скорее подмастерья, сир, – спокойно уточнил герцог, заставив меня насторожиться. – Но очень высокого уровня. Есть предположение, что он лишь на ступеньку не добрался до звания мастера. Понимаю, что вы сомневаетесь, сир, – магическая печать абсолютно надежна. Признаться, я тоже свято верил в ее силу, пока Валья не сказала, что у ее второго учителя не было правой руки. И пока я не вспомнил, как был убит ваш дед, император Дорриан. А также почему именно после этого ваш отец отдал приказ ставить магическую печать теням не на предплечье, как раньше, а на грудь.

Я навострил уши, краем глаза подметив, как Зиль покосился на лежащий на его столе «планшет» и тут же куда-то умчался. Не иначе его величество решил опробовать магическую новинку и услал старого друга выполнять срочное поручение. Господин Ларье, наш управляющий, и без того нервно теребивший отворот кружевной манжеты, совсем встревожился, даже вспотел, кажется, решив, что за прорыв канализационной трубы его как минимум четвертуют. А граф эль Нойра, до этого спокойно стоявший в углу, вдруг решил подойти к дверям. И с таким выражением на меня уставился, что стало понятно – это неспроста.

– Ты прав, – неожиданно прошептал император, и мне пришлось снова отвлечься. – Утраченная печать… с ней предательство действительно возможно.

– Я найду этого человека, ваше величество, – твердо сказал герцог. – Мастеров-теней с травмой, как у этого Ренье, наверняка немного. У нас есть описание его внешности и список умений – этого вполне достаточно. Попутно мы продолжим работать по остальным направлениям, и надеюсь, хотя бы одна из ниточек приведет нас к организатору.

– Да… – снова прошептал Карриан. – Подмастерье – это хороший след. Достань его, Тарис.

– Конечно, ваше величество, – кратко отозвался его светлость, и за дверью послышался звук быстро приближающихся шагов.

Я благоразумно отступил, чтобы пропустить герцога к выходу, однако милорд, появившись в приемной, не захотел сразу уйти. Дождавшись, когда за ним закроется дверь, его светлость одарил меня долгим взглядом, а потом вполголоса бросил:

– Освободишься – зайди ко мне.

Я молча поклонился. А когда герцог все же ушел, наткнулся на изучающий взор графа эль Нойра и, сообразив, что Зиля все еще нет, решил сам напомнить императору о госте.

Открыв дверь, я, не заходя внутрь (мало ли что в рожу прилетит?), громко возвестил:

– Ваше величество, вас ожидает его сиятельство граф эль Нойра.

– Пусть зайдет, – после короткой паузы раздалось из кабинета. – Управляющего можно отпустить. Пусть пока занимается своими делами.

Услышав, что император не желает его видеть, господин управляющий – дородный седовласый мужчина пятидесяти с лишком лет – так обрадовался, что мне даже стало жаль этого солидного дядьку. Судя по тому, как обвисли его усы, в ожидании аудиенции бедняга успел вообразить себе тридцать три кары и придумать на каждую из них достойное оправдание. Водились ли за ним грешки, я доподлинно не знал – на эту информацию у меня не хватило времени. Но, наверное, все-таки водились. Честные люди по таким пустякам обычно не переживают.

Проследив, с какой скоростью господин Ларье покидает приемную императора, я отступил от двери, давая молодому графу пройти. Но он вместо того, чтобы войти, вдруг неприятно улыбнулся.

– Значит, слухи верны – у его величества и впрямь появилась тень… – А потом наклонился и едва слышно добавил: – Маска больше не поможет, щенок, я узнал твой голос.

Когда он исчез в кабинете императора, я некоторое время в задумчивости изучал закрытую дверь, но потом все же вспомнил, где видел этого расфранченного говнюка.

Не так давно на приеме у леди эль Мора некий франт позволил себе удерживать против воли одну симпатичную барышню. Помнится, я тогда торопился, поэтому не кастрировал его сразу, а всего лишь посадил на зад, попутно извинившись перед благородной леди. Разглядел его не очень хорошо, но кое-что запомнил. В частности, большую родинку справа на шее, густо напомаженные волосы, аристократический профиль, по которому явно плакал кирпич.

Ну что ж, еще свидимся, графенок. Я тебя тоже узнал. Только, в отличие от тебя, пока не буду это демонстрировать.

Глава 5

Когда поток посетителей окончательно иссяк, я подошел к столу, за которым сидел Зиль, и заглянул в «планшет»: тридцать имен. Пятнадцать человек мы приняли до обеда, пятнадцать после, не считая прорвавшегося без очереди герцога эль Соар. Очень хороший результат. Но можно и лучше. Ведь не будет же император целыми днями круглый год заниматься одними только разговорами? Небось скоро ему понадобится навестить столичный гарнизон. Или устроить проверку в одной из провинций. Наверняка у него запланированы визиты и в соседние государства. Будет нехорошо, если на это время мы не сможем изменить график. А я, к своему стыду, еще не успел прояснить этот немаловажный вопрос.

– Зиль, узнай-ка, не собирается ли его величество в ближайшее время куда-нибудь ехать. Нам надо планировать его визиты заранее, – бросил я, закончив с «планшетом».

– Пока ничего не говорил, – буркнул цыган, с хрустом разминая позвоночник. – Но по осени император обычно никуда не выезжает. Время для официальных визитов – лето, а оно, хвала Талу, почти прошло.

– Хм. Ладно, у управляющего спрошу. Он-то должен быть в курсе событий. Много сегодня заявок отклонил?

– Порядка сотни, – потер нахмуренный лоб цыган.

– Отказал?

– Нет. Перекинул на иль Дара, пусть с торгашами сам разбирается. Часть пока отложил – может, Рокос сумеет решить их проблемы, там надобность чисто по военным делам. А нескольких отправил к герцогу эль Соар…

Я встрепенулся.

– Он все-таки прислал переговорные амулеты? Я просил его об этом еще пару дней назад.

– Прислал, – кивнул Зиль. – Утром посыльный забегал. Зато теперь у меня в карманах каких только переговорников нет. Хожу, бренчу. При желании могу связаться с секретарями советников императора в любое время дня и ночи. Жаль только, что это не для личных нужд.

– А то что? – не удержался я от смешка. – Попросил бы у его светлости денег?

Зиль фыркнул.

– Какие деньги? Замену бы мне лучше нашел. Всего один день в этом кошмаре, и я уже хочу домой. К маме.

– Бедный мальчик, – фальшиво посочувствовал я. – Плохо тебе без мамочки, да? Ну ничего, потерпи чуток. Вот дядя Тизар найдет нам толкового секретаря, а дядя Мар даст разрешение ввести его в свиту, и вот тогда ты отправишься хоть к маме, хоть к папе. Чтобы снова кушать по утрам невкусную кашу и по часам ходить на горшок.

– Да иди ты…

Куда именно хотел отправить меня цыган, мы так и не узнали, потому что в этот момент из кабинета соизволил выйти император. Ничего не говоря, он оглядел пустую приемную. Мельком глянул на дверь в зал ожиданий, где буквально минуту назад слуги прибрали и погасили свет. Затем быстрым шагом подошел к столу, где Зиль как раз складывал помеченные разноцветными кружочками папки. И так же молча взяв одну из них, быстро просмотрел ее содержимое.

Цыган настороженно замер, а я отступил в тень, следя за тем, как его величество читает заявки на аудиенцию. Сперва в красной папке, где их оказалось больше всего. Затем в синей, куда Зиль складывал письма от второй категории посетителей. Наконец Карриан открыл зеленую и нахмурился: она оказалась пустой.

– Что это значит?

– Все прошения из этой папки были вами сегодня удовлетворены, командир, – с каменной мордой ответил Зиль, преданно пожирая глазами начальство.

– Сколько их было?

– Тридцать, командир. О повторных визитах никто не заикнулся, поэтому папка ожидающих пока пуста. Заявки на завтра тоже есть, я как раз собирался их рассортировать. Если, конечно, вы не планируете куда-нибудь уехать.

Император снова открыл синюю папку, внимательно перечитал имена желающих с ним побеседовать. Затем то же самое проделал с красной папкой. Захлопнул все три и, коротко бросив «понятно», снова ушел в кабинет.

Мы с Зилем настороженно переглянулись, но на протяжении получаса оттуда не доносилось ни звука. Судя по ауре, император просто сидел за столом, откинувшись назад и не двигаясь. Правда, мои надежды, что он прямо там и задремлет, не сбылись: ровно через полчаса Карриан снова вышел в коридор и велел вызвать ему управляющего, казначея и начальника охраны.

Цыган, которому я еще накануне велел озаботиться способами связи с самыми влиятельными людьми в окружении императора, послушно вызвал. А я во второй раз посочувствовал бедняге Ларье, который явился в приемную с видом «а вот и смерть моя пришла». Ну точно у него рыльце в пушку. Недаром при виде казначея он побледнел, а когда в приемную вошел начальник стражи, еще и позеленел.

С господином Годри, местным шерифом, мы уже были неплохо знакомы, потому что за прошедшую неделю я порядком его достал, пока выяснял график движения патрулей и уточнял сведения по защите дворца. Поначалу этот брутальный дядька со свирепым выражением на усатой физиономии не желал обсуждать такие интимные вопросы. Но потом я сунул ему под нос перстень императора и предложил проверить мои полномочия. Господин Годри конечно же проверил. Потом мне пришлось залечивать ему разбитый нос и давать советы, как правильно вывести пятна крови на служебном мундире. После этого мы еще разок поговорили. Я продемонстрировал магическую печать. Показал грамоту, заверенную лично придворным магом. И, выслушав после этого немало «лестных» слов в свой адрес, все-таки получил интересующую меня информацию. А заодно добыл для Зиля переговорный амулет.