Александра Лисина – Магия любви. Лучшее романтическое фэнтези 2017 (СИ) (страница 55)

Наконец плотный лес поредел, и впереди показалась небольшая полянка. Если расчистить землю и поставить палатки, можно переждать непогоду – шаман предупреждал о надвигающейся снежной буре. Вождь поднял руку, приказывая разбивать лагерь.

– Велдон, – окликнул его целитель.

На таких стоянках оклики Реннара пугали. У целителя было правило: он никогда не сообщал о смерти раненых в дороге. Только на привале, в безопасности и покое. Людей Велдон терять не любил и, хоть повидал за тридцать с лишним зим много разной жути, всегда напрягался, когда целитель ковылял меж спешившихся воинов, поддерживая ниспадающее до земли выцветшее одеяние.

Сейчас Реннар подошел не для того, чтобы сообщить о чьей-то смерти. Наверное, в глубине души вождь догадывался, о чем пойдет речь.

– Твоя невеста, Велдон. Она создает проблемы.

– Мы ей тоже не радость доставляем, Реннар. Сколько девчонке? Семнадцать? Она еще дитя, а ее вырвали из дома и везут вдаль. Такие, как она, в Граде не замуж выходят, а в цветниках играют.

– Тем не менее даже ты должен признать, что ее появление существенно осложнит быт.

Велдон поморщился, поняв, на что намекает Реннар. И о чем наверняка думает перепуганная девица. Он приказал своему другу проследить, чтобы Власту отвели в его шатер и накормили, но можно себе представить, кем они кажутся девушке, толком не видевшей чужаков.

– Воины не тронут ее. В моем отряде не бывает подонков.

– Я рад слышать, Велдон. Это лишь малая часть беды. Во-первых, девушка напугана. Она отказывается от еды и теплых вещей, совсем окоченела. Если так пойдет, до Града Власта Литор не дотянет.

Мужчина хмуро кивнул. Такой вариант он не предполагал и теперь размышлял, как заставить упрямую принцессу принять судьбу… и заодно пищу. Ему до зубовного скрежета не хотелось ее отпускать на родину, да и девчонка там станет посмешищем, выгнанная мужем. А если он отпустит ее в Граде, станет посмешищем сам.

– А во-вторых?

– А во-вторых, брак неплохо бы консумировать. Иначе кто-то из приближенных к королю советников вполне может объявить Власту военным трофеем и отобрать в пользу короны. Совсем необязательно король подарит ее тебе, и дальше… в общем, традиции хребтов ничего не значат для Ледяного Града, ты и сам это знаешь. Лучше бы тебе так или иначе вернуться ее мужем по крови, а не на словах.

– У тебя, мой друг, удивительно противоречивые слова, – усмехнулся Велдон. – Девушка меня боится, но консумировать брак я должен. Не находишь это странным?

– Вот поэтому, – Реннар потрепал Велдона по плечу, – я и говорю, что у тебя проблема.

Мужчина отвернулся, начав отвязывать от седла заплечный мешок. Вдалеке уже занималась снежная буря.

– Ставить палатки! Живее! – прорычал Велдон.

Вокруг началась суета.

Тени плясали на грубой ткани, растворялись в шкурах и мягко освещали пространство. Раньше палатка казалась Велдону тесной, а теперь он подумал, что в ней слишком много места для хрупкой девушки, что забилась у дальней стены и мелко дрожит.

Власту одели по-походному, но все же легко. Тонкие черные брючки, сапожки с изящной росписью, кружевная рубашка белого цвета – словно одеяние невесты. Уважили традиции, ничего не скажешь – родичи. О том, что дитятке через горы и лес ехать, даже папенька не подумал.

Рядом стояли нетронутые обед и ужин. Уже остывшее мясо покрылось коркой жира, и уж теперь-то принцесса точно есть не станет. Надо подогреть.

На душе, как говорили в его роду, было неспокойно. И с каждым взглядом, брошенным в сторону Власты, становилось тревожнее и тревожнее. Она, несомненно, была из тех упрямиц, что не сдаются ни за что, даже если напуганы до смерти. Готовая вот-вот броситься в бой, отбиваться, как дикая кошка. Он еще ее не тронул, а она уже напряжена, как натянутая тетива.

Велдон многое видел. Убивал – безусловно; пытал – и такое случалось; ритуалы кровавые… сам проводить не проводил, но шаману помогал нередко. А вот насильником не был и как-то не стремился. Судьба, она такая. Встретишь смерть смелостью, хитростью ударит. Пойдешь на врага с огнем, водой ответит. А если соблазн встретишь честью… подбросит принцессу, годящуюся в дочери.

И вот что с ней делать?

– Зря не ешь, – наконец сказал Велдон. – Зима не прощает гордыни.

Он провел рукой над мясом и жар опалил кожу. По палатке распространился аромат съестного. Девчонка и ухом не повела, только сильнее сжалась и лицо в коленях спрятала.

– У вас женщины – хранительницы очага, так? – спросил Велдон и, не дожидаясь ответа, продолжил: – А в моем роду женщины могут быть воинами наравне с мужчинами. И они едят с нами то же, что и другие. Я не буду заставлять тебя сражаться или есть со мной, когда окажемся в Ледяном Граде, куда мы направляемся. Но сейчас хочу, чтобы ты ела, принцесса.

В ответ – тишина. И завывание ветра где-то вдалеке. Снежная буря… теперь из палатки не выйти, шаман защитил их ритуалом.

– Нам еще три луны ехать, будет плохо. Поешь. Тут видишь, какая штука. Ты у нас принцесса, а вот я-то совсем не король. Привезу тебя в Град, покажу как трофей – могут отобрать. Не обязательно, конечно, отберут, но сама ж знаешь, в жизни всякое бывает. А я тебе скажу, воин – это не худший муж. У нас хотя бы о чести понятия есть, да и насилием не промышляем, в работе хватает. А знаешь, среди знати сколько ублюдков? Знаешь, наверное, сама ж росла в замке. Так вот, мне страсть как тебя отдавать им не хочется. Я ж, сама видишь, девкам не особо нравлюсь, а тут жену дали, да еще какую. А чтобы тебя не отдавать, надо кое-что сделать.

Он помолчал, ожидая реакции, но то ли Власте было все равно, то ли она и впрямь была сущим дитем. Девушка избегала его взгляда и не подавала виду, что слушает. Хотя слышала, куда бы она делась из шатра.

– Знаешь, что происходит между мужем и женой? Уверен, что слышала. Вот чтобы брак считался законным у нас – нужно, чтобы ты была моей. Понимаешь? Ляжешь добровольно?

Она с таким ужасом замотала головой и всхлипнула, что Велдон поморщился. Он протянул руку, взял девушку за подбородок, чтобы посмотреть прямо в глаза. В них отражалось… что-то необычное. Не столько страх, сколько… вождь и сам не мог сказать, что именно в них увидел. Просто отпустил ее и уже мягче произнес:

– Тогда поешь. И я не буду тебя обижать сегодня, поняла? Если ты причиняешь зло самой себе, значит – можно и мне. Если ты себя любишь, то и муж будет тебя любить. Очень простая истина, Власта. Ешь.

Он сунул ей в руки миску и придвинул кувшин, а сам лег, наблюдая. Несмело и очень осторожно, но девушка начала есть. Мясо было слишком жестким для изящных пальчиков, а из кувшина было неудобно пить. Она обожгла губу, та покраснела, и на глазах Власты выступили слезы.

– Молодец, – лениво и немного сонно сказал Велдон, когда миска опустела. – Теперь отдохни. Возьми вон ту шкуру, завернись и ложись. Я не трону тебя этой ночью, ты должна поспать.

Под глазами принцессы залегли темные круги усталости, противиться она не стала. Впрочем, как и раздеваться. Завернулась в теплую шкуру, свернулась клубочком все у той же стены, как можно дальше от Велдона. Тот лишь вздохнул, стягивая рубашку.

Вообще, он шел к ней с определенной целью. И до последнего был уверен, что, несмотря ни на что, сделает ее своей, но… слова вылетели сами по себе и, хоть были правильные, оставили внутри чувство досады. Будто он проиграл в споре с самим собой.

Несмотря на шкуры и магию, в палатке было холодно. Вскоре Власта спряталась под шкурой полностью, и ее дыхание выровнялось. Велдон аккуратно притянул девушку ближе. Тепла от нее было мало, зато прямо веяло свежестью и не то невинностью, не то каким-то истинно женским очарованием. Совершенно неожиданно для себя Велдон понял, что, в общем-то, совсем не против завести дом, где всегда будет ждать красивая жена, детей, которых он лично обучит всему, что должны знать настоящие воины. Очаг, который погаснет лишь с его смертью, а если будут милосердны боги, вспыхнет вновь уже от руки его наследников.

Он слышал ее дыхание, чувствовал биение сердца. Грел юную принцессу своим телом, с наслаждением отмечая, как она расслабляется, как послушно к нему прижимается и засыпает глубже. Едва касаясь, Велдон провел рукой по светлым волосам, изящной спинке, обтянутой кружевной тканью, задержался на округлых ягодицах. И нечеловеческим усилием заставил себя прекратить, не пугать ее и просто охранять сон.

Будет время и для остального. Если в это верить, служба идет легче.

Снаружи бушевала метель.

Сон подкрадывается незаметно, ласково, но уверенно уводит за собой, да так, что и не поймешь, когда уснул. Велдон не мог вспомнить, как отключился, лишь оставил в памяти мгновение, когда держал спящую девушку в кольце рук и вдыхал ее необычный, немного цветочный аромат.

Но проснулся он один, и это обстоятельство разом сбросило дремоту. Мужчина сел, осмотрел палатку и бросился наружу. Если Власта сбежала… перепуганная, в легкой одежде, далеко она не уйдет. Больше всего на свете сейчас мужчине не хотелось найти ее замерзшее тело. Не уберег, не довез… что толку от его благородства, если девчонка в снегу погибнет?

Сначала он хотел закричать, поднять всех на уши и отправить осматривать лес, но, к счастью, не успел. Натолкнулся на усмехающегося Реннара и обратил взор к костру, где сгрудились готовящие еду воины. Была среди них и Власта. Принцесса сидела у костра, задумчивая, прекрасная и, как ни странно, тепло одетая – в меховую жилетку, теплые, немного большие, сапоги. В руке девушка держала прутик с наколотым на него хлебом. Языки костра ласково облизывали корочку.