Александра Лисина – Маг (страница 35)

– Да, – рассеянно отозвался я. – У меня тоже не получилось. Хочу завтра забрать их в изолятор и там просветить эти хреновины всеми доступными способами. Может, получится разъединить эти нити или как-то нарушить структуру. Без этого нечего и думать снять с Ло ее браслет.

Макс на это ничего не ответил, но в это время меня отвлекла оставшаяся без внимания Пакость. Запрыгнув мне на грудь, она протянула все тот же странный шарик из серебристого желе, забрав который, я все же решился спросить:

– Макс, ты, случаем, не знаешь, что это за штука?

– Дай-ка посмотреть, – заинтересовался дом, и шарик под возмущенный писк нурры взмыл под самый потолок.

– Да тихо ты, – шикнул на нее я. – Никто его не отбирает. Сейчас Макс его изучит и вернет.

Пакость сердито засопела, а за шариком следила так внимательно, словно всерьез решила, что его украдут и съедят. А когда он так же плавно опустился мне на руку, подскочила, сцапала обеими лапками, после чего, смешно переваливаясь, доковыляла до моего лица и настойчиво ткнула в губы.

– Честно говоря, не уверен, что понял правильно, – сообщил дом, когда я проглотил угощение, а нурра успокоенно свернулась калачиком, прикрыв рубиновые глаза. – Но по структуре эта субстанция напомнила мне одну интересную штуку, которой маги раньше частенько пользовались при обучении. Активатор называется.

– И что она, позволь узнать, активирует?

– Да почти все: мыслительные процессы, память, внимание, процесс регенерации тканей… Истощаешься при этом, правда, гораздо быстрее обычного, но на время эта штука способна придать тебе весьма недурственные способности.

Я поскреб подбородок:

– То есть я стал лучше запоминать, потому что Пакость создала для меня стимулятор мыслительной деятельности?

– Подходящий только тебе стимулятор, – уточнил Макс. – У обычных была масса побочных эффектов, поэтому от них в итоге отказались. А этот подходит тебе идеально.

– Жаль, что у меня не было такой штуки дома. Перед экзаменами знаешь как бы пригодилась… Так. Стоп. А чем ты кормил Пакость, чтобы она смогла производить эту фиговину? Я-то ничего особенного ей не давал.

– Да как обычно: золото, серебро, драгоценные камни, а еще она подвал мне потихоньку расширяет, – признался дом. – Всю облицовку уже съела. Теперь землю грызет. Старинный клад вот на днях нашла. Теперь уничтожает его. Хотя иногда и я по мелочи подкидываю, если просит. Но видимо, ей хватает, потому что паркет и плитку в доме она больше не портит.

Я поскреб свернувшуюся клубочком Пакость по спинке.

– А что за клад-то хоть? Есть там что-нибудь интересное?

– Нет. Монеты, кубки, женские драгоценности…

– Тогда пускай ест, – успокоился я, а нурра тихонько замурлыкала. – Главное, чтобы на виду не хулиганила, а остальное мы как-нибудь переживем.

– Урр, – вдруг толкнулся в меня носом Первый. А когда я вынул из-под рубашки и протянул ему монету, тут же прильнул к ней мордой и довольно засопел.

– Удивительно, – тихонько прокомментировал его действия Макс и так же тихо вздохнул, когда монета слабенько засветилась. – Сколько лет жил бок о бок с «разумниками», а даже подумать не мог, что их изобретения способны снабжать энергией что-то живое.

– Там же энергия с изнанки, – отмахнулся я, продолжая одной рукой почесывать Пакость. – Родная для улишшей. Вот он ее и лопает.

– Ты тоже ее лопаешь.

– Я – нет. При всей своей изменчивости нурры на это не способны.

– Мм. А кто же ее тогда вытягивает? – озадачился дом, когда я сжал пальцы и монета засветилась гораздо ярче, чем раньше.

– Ули, конечно. Для него, как и для Первого, это прекрасный источник энергии. Причем продукт уже приготовлен, сконцентрирован в нужной степени, доступен и абсолютно безопасен. Вот малыш им и пользуется. А мне потом отдает уже в переработанном виде. Правда, не сразу, поэтому иногда регенерация слегка запаздывает.

Ули в ответ на мою догадку прислал смущенно-подтверждающую волну и притих, словно по старой памяти вдруг решил, что его накажут за самоуправство. Но мне было откровенно фиолетово, откуда он забирает энергию. Главное, что он делал это для меня и никого при этом не убивал. Ну а то, что аккумулятор нам попался емкий – за это надо сказать спасибо Шэду. Это ведь он нам его подарил.

– Рад, что ты оценил, – как по заказу, раздался голос со стороны окна, и я аж подпрыгнул на месте, едва не уронив Пакость, и резко сел, когда из пустоты проступил знакомый силуэт.

– Мастер Шэдоу, – уважительно произнес Макс, когда собиратель материализовался полностью и в качестве приветствия чисто земным жестом приподнял кончик своей чудаковатой шляпы.

– Привет, Шэд, – расслабился и я.

Первый же, напротив, прижал уши к голове, а его хвосты встали дыбом и недвусмысленно оскалились.

– Какие-то они у тебя неблагодарные, – заметил сборщик душ, поигрывая тростью. – Это ведь я их нашел, привел к тебе…

– И бросил, ничего толком не объяснив, – в том же тоне добавил я. А затем положил ладонь на холку нурра и поскреб блестящие чешуйки. – Спокойно, малышня. Никто вас у меня не отберет. Вам, кстати, еще не надоело быть вместе?

– Ур! – мотнул головой улишш.

– Вот те раз. Чего это вы вдруг передумали разъединяться?

– Им так проще, – вместо нурра ответил собиратель. – Одна голова – один лидер. Остальным удобнее подчиняться. Они и хозяина-то ищут больше для того, чтобы тот принимал за них решения. Так уж улишши устроены.

Я задумчиво посмотрел на довольно осклабившегося зверя.

– Смотри, обратно вернуться так легко уже не получится.

– Получится, – в свойственной ему манере отмахнулся Шэд. – Кто-нибудь его однажды пристрелит, и они все вернутся к исходной форме.

– Р-р! – тут же вскинулся нурр.

– Ш-ш-ш! – встала на его защиту проснувшаяся Пакость.

– И эта туда же, – скептически хмыкнул Шэд. – Ну и зверинец ты себе подобрал. Хотя, может, это как раз нормально, потому что ты такой же недоверчивый, упрямый и своевольный, как они.

Я только фыркнул и, успокоив свое зверье, поднялся с постели:

– Если бы я был другим, мы бы вместе не ужились.

– Тоже верно, – легко согласился собиратель. – Уходишь?

– Да. Хочу нииса навестить. Сегодня как раз срок для отчета подходит.

– Хм. И что ты собираешься ему рассказать? – нагло считав мои мысли, поинтересовался Шэд.

Я поколебался:

– Еще не решил. А что? У тебя есть по этому поводу какие-то соображения? Ты ведь не просто так явился именно сегодня и именно сейчас?

– Возле дома нииса тебя ожидает засада, – спокойно отозвался сборщик душ. – Сегодня там погибнет много людей. Я лишь хочу, чтобы тебя среди них не оказалось.

Я замер:

– Засада? Значит, Шаран решил все-таки не рисковать?

Но Шэд лишь улыбнулся и молча растворился в воздухе, не соизволив ничего пояснить.

– Ну почему ты всегда так делаешь? – тихо зарычал я, глядя на то место, где он только что был.

– Почему он всегда так делает?! – повторил я уже Максу, задрав голову к потолку. – Почему нельзя нормально сказать: кто, где, чем вооружены? Но нет. Он же мне…

– Не отец, не брат и не нянька, – дословно процитировал дом, заставив меня удивленно вскинуть брови.

– Что? И тебе эту пургу когда-то впаривали?

– А как же, – рассмеялся Макс. – Но такой уж наш мастер Шэдоу. Сперва наговорит чего-то, собьет с толку, запутает, а потом все равно поможет. Хотя по идее и не обязан. Что будешь делать, Олег? Может, ну его, этого нииса? Послал бы ты его куда подальше, раз уж он во второй раз пытается тебя подставить?

Я нахмурился:

– Так и сделаю. Если информация подтвердится.

– Что значит «если»?! Мастер Шэдоу только что сам сказал!

– Шэд – не Бог. Он может ошибаться. И у него, как обычно, в этом деле свой интерес, – отозвался я, расстегивая рубашку. – Поэтому к ниису я схожу сам. Все проверю. И только после этого приму решение.

Глава 16

На улицу Закатную, где находилось очередное убежище Шарана, я прибыл примерно за рин до назначенного срока и не поленился обойти ее по изнанке, заглядывая во все дома подряд и выискивая там признаки нездоровой активности.

Дома, естественно, не пустовали. В каждом кто-то жил. Но даже в такое позднее время народ в постелях почти не лежал. Где-то компания друзей устроила обычные и для этого мира кухонные посиделки. Кто-то готовил поздний ужин. Кто-то читал. А одна парочка увлеченно целовалась в гостиной, причем с таким жаром, словно сегодня наступит Судный день.

В любой другой ситуации я бы не отказался за ними понаблюдать, но сейчас меня поджимало время, поэтому, когда дело дошло до раздевания, а парочка плавно переместилась в спальню, я с сожалением отвернулся и отправился дальше.