Александра Лисина – Гибрид. Книга 11. Слово мастера (страница 3)

Интересно, когда она успела этому научиться?

Или правильнее будет спросить, кто ее этому научил?

Мой взгляд плавно переместился на молчаливо сидящего на скамье мужчину в костюме, которого бабка привела с собой в качестве группы поддержки. После чего я дал задание Эмме поискать информацию по этому типу, который, судя по всему, не просто так появился в роли бабулиного защитника.

– Именно тогда я подумала, что новый директор школы Ганратаэ не просто взял шефство над нашим мальчиком, но вольно или же невольно… тут уж я не могу судить… оказал на него то самое влияние, которое заставило Адрэа отказаться от семьи.

– Почему вы так решили? – едва заметно нахмурился один из заместителей лэнны Босхо.

Бабка неожиданно всплеснула руками.

– А о чем, по-вашему, я могла подумать? У меня, между прочим, еще два внука подрастают. Мне ли не знать, насколько зависимы маленькие дети от мнения взрослых? Да еще таких взрослых, которые проводят рядом с ними дни напролет и обучают важным, интересным, хотя подчас и опасным вещам? Мнение таких людей нередко становится для ребят определяющим. Дети ведь легко внушаемы. Слабы. Им постоянно надо чувствовать одобрение взрослых. И если это самое одобрение они получают, то их доверие к такому человеку может стать воистину безграничным. А значит, и зависимость от него будет практически полной. И тогда ее можно использовать в своих целях, а ребенок этого даже не заметит! Да что там! Это не всегда бывает под силу и взрослому, недаром так много людей пытаются друг другом манипулировать и делают это более чем успешно. Да, быть может, все это было неумышленно, но все же я не могу не видеть, что Адрэа под влиянием нового учителя сильно изменился. Даже, я бы сказала, кардинально изменился. Мы с мужем оба это заметили. Понимаю, быть может, это полезно для учебы и тренировок, но отрывать его от семьи было бесчеловечно! Или вы со мной не согласны?

Бабка сделала еще одну драматическую паузу, и я едва удержался, чтобы ей не похлопать.

Браво. Отлично сыграно. Тем более что от прямых обвинений она все-таки удержалась и всего лишь грамотно намекнула, что заподозрила… да-да, пока лишь заподозрила, что наставник умышленно нас разделил. Как любящая бабушка, внезапно столкнувшаяся с отторжением со стороны внука, она имела на это полное право. Но даже если она и ошиблась, то никто ее за это не осудит. Просто потому, что ошибаться никому из нас не запрещено.

– Вы сообщили инспектору Ито о своих подозрениях? – строго осведомилась лэнна Босхо, глянув на расстроенную лаиру Вохш снизу вверх.

Бабуля огорченно кивнула.

– Позже, чем следовало бы. Но да, сообщила.

– А почему вы сделали это лишь два месяца назад, если заподозрили неладное уже давно? – неожиданно вмешался в разговор второй заместитель, который до этого молчал.

Лаира Вохш очень натурально всплакнула.

– Потому что поначалу я не знала, что делать и к кому обратиться. Мне не у кого было спросить совета. Консультация у бесплатного законника меня не удовлетворила. Для платного нужно было накопить денег, а мы довольно бедные люди. Для всего этого понадобилось время. К тому же я, к своему стыду, побоялась, что без веских доказательств меня не примут всерьез. Да и надо было убедиться, что мои подозрения небеспочвенны. Однако прошлым летом они окончательно укрепились, когда мы случайно встретились с Адрэа в Нарке, но он демонстративно сделал вид, что мы незнакомы. Он проигнорировал свою родную бабушку! – патетически заломила она руки. – Просто отвернулся и прошел мимо, можете себе представить? Только тогда я поняла, что непростительно промедлила и потеряла время. После чего принялась усиленно искать доказательства. И как только их набралось достаточно, сразу же обратилась в комитет по делам несовершеннолетних в надежде, что вы поможете мне вернуть внука в семью.

Я покосился на сидящего рядом наставника, но на его лице не было видно ни единой эмоции, хотя в душе, как подсказала Эмма, он отнюдь не остался равнодушным к прозвучавшей здесь лжи. И ему стоило немалых усилий, чтобы не подняться и не высказать старой уродине все, что он по этому поводу думает.

Лэн Гасхэ тоже внешне оставался спокоен, но во время бабкиной исповеди у него на лбу появилась озабоченная складочка.

О том, какие именно отношения связывают нас с лэном Даорном, он, разумеется, знал. Как и особенности моего развития как мага, характер и интенсивность моих тренировок, а также то, что они и правда порой бывают небезопасны.

Однако даже он, похоже, не предполагал, что бабуля не ограничится обвинениями в жестоком обращении, а зайдет настолько издалека и до такой степени грамотно. По сути, она сейчас подводила собравшихся к мысли, что лэн Даорн с самого начала был категорически против моего общения с семьей, умышленно прикладывал усилия, чтобы мы поменьше виделись. Использовал служебное положение в личных целях. Регулярно давил на малолетнего воспитанника авторитетом. Сумел сделать так, чтобы его… то есть меня… кроме учебы и тренировок, ничего не интересовало. И тем самым… да-да… он все-таки нарушил мои права, хотя формально и не вышел за рамки официально существующего закона.

Конечно, лэн Гасхэ не отказался поучаствовать в процессе и тоже задал демонстративно страдающей бабуле несколько наводящих вопросов. Однако бабка оказалась в состоянии на них ответить, причем везде и всюду упорно повторяла, что ей подумалось… ей показалось. А от конкретных ответов старательно уходила, изображая из себя валенок, поэтому выудить из нее что-то новое законник не сумел. А если он начинал давить, то холеный мужик, которого бабка привела сюда для защиты, тут же подавал протест, и вопрос чаще всего снимался.

– Лаир Ито, у вас есть что сказать по этому поводу? – повернула голову лэнна Босхо, когда лэн Гасхэ умолк, а бабуля потупилась и всем видом показала, что больше ей нечего добавить.

Инспектор, чья подпись в конечном итоге и стала причиной нашего появления в этом зале, коротко кивнул и, достав из кармана съемный носитель, скинул в общий доступ несколько файлов.

– Более чем. Получив от лаиры Вохш тревожный сигнал, выслушав ее аргументы и увидев предоставленные ею доказательства, я, как и положено, инициировал проверку этих данных, чтобы подтвердить или опровергнуть ее подозрения. Запросил все имеющиеся в базах данных сведения и характеристики с места работы и учебы как на молодого человека, так и на его опекуна. Просмотрел движение денежных средств на их счетах. Пообщался с родителями бывших и нынешних учеников школы Ганратаэ, чтобы составить беспристрастное мнение о новом директоре. И в целом за прошедшие два месяца проделал большую работу, результаты которой вы можете видеть на своих экранах.

Я нахмурился.

Да, в Норлаэне у инспекторов службы опеки и комитета по делам несовершеннолетних и правда довольно широкие полномочия. Бабка в своей жалобе тоже изложила сомнения очень грамотно. Так что чисто теоретически… при очень большом желании… кое-какие вещи на меня нарыть и впрямь было можно. А вот наставник, как ни крути, был кристально чист перед законом. И любой нормальный человек был бы абсолютно в этом уверен… ровно до тех самых пор, пока лаир Ито не начал давать комментарии к тем данным, что были в файлах.

– Для начала, коллеги, когда я узнал, что в девяносто четвертом году лэн Адрэа Гурто стал участником соревнований класса «Джи–1», меня удивило, что попал он на них всего через несколько дней после того, как достиг минимально допустимого возраста для участия в турнире такого уровня, – начал свою изобличительную речь инспектор. – Как вы понимаете, ограничение по возрасту было выставлено организаторами вовсе не просто так: чтобы ребенок мог получить право на участие в столь серьезном турнире, он должен быть готов не только физически, но и психологически. И мне кажется, что даже тринадцать лет для этого – слишком ранний срок. При этом зарегистрирован лэн Гурто был еще раньше, когда ему исполнилось всего двенадцать, хотя это являлось прямым нарушением правил. Тем не менее молодого человека на турнир все-таки пропустили, и мне, когда я направил запрос в приемную комиссию, сообщили, что инициатором допуска стал не кто иной, как великий мастер Даэ Хатхэ. Многоуважаемый старейшина рода Хатхэ. Человек, под непосредственным руководством которого был некогда организован этот турнир, и одновременно с тем действующий учитель для присутствующего здесь лэна Ноэма Даорна.

Ах ты ж собака…

Члены комиссии дружно повернули головы к моему наставнику, а я мысленно скинул модулю команду приглушить мне эмоции и дальше слушал разглагольствующего козла совершенно бесстрастно.

– Безусловно, великий мастер на то и великий мастер, чтобы иногда выходить за рамки правил, – тем временем продолжил инспектор Ито. – Но все же в появлении лэна Гурто на турнире «Джи–1» имелись некоторые нарушения. Более того, мне стало известно, что великий мастер Даэ принял деятельное участие в подготовке мальчика к соревнованиям. Но сделал он это неофициально. Вероятно, по личной просьбе лэна Даорна. И это тоже факт, который трудно было бы отрицать. Безусловно, юноше делает немалую честь то обстоятельство, что турнир он прошел успешно и даже одержал в нем убедительную победу. Однако когда я запросил данные из службы столичного общественного правопорядка и службы магического надзора, то с неприятным удивлением обнаружил, что имя лэна Гурто, несмотря на его возраст, успело за последние годы не единожды промелькнуть в официальных сводках. И каждый подобный случай имел под собой достаточно веские основания.