Александра Лисина – Эволюция мага (страница 11)

Он пробормотал что-то нечленораздельное, после чего достал из-за пазухи небольшой, миллилитра на два, контейнер со встроенным инъектором и приложил к моей шее.

«Пс-с!» – на удивление громко прошипел тот, и мою кожу кольнула тонюсенькая игла.

Находящегося внутри препарата веселого зелененького цвета ушло в меня ровно половина, после чего инъектор автоматически отключился.

Доктор сказал, что у него всего шесть ампул… значит, еще на одиннадцать занятий хватит. Ну а последнее, тринадцатое, я как-нибудь переживу.

Я еще пару мэнов полежал, гадая, не ошибся ли, когда открывал доктору правду, однако вскоре боль окончательно ушла, голова явственно посветлела, а руки-ноги неохотно распрямились, превратив меня из раскоряки в почти нормального человека.

– Спасибо, – так же хрипло выдохнул я, принимая вертикальное положение.

– Стой, – спохватился доктор, отложив шприц. А затем, явно вспомнив о своей основной профессии, принялся проверять, все ли со мной в порядке. – Руки подними… опусти… пальцы в кулак сожми… а теперь посмотри на меня и скажи, хорошо ли ты меня видишь?

– Нормально я вас вижу, – поморщился я, спуская ноги вниз. – Но по опыту знаю, что какое-то время мне лучше не ходить, иначе точно пол носом пропахаю.

– Сколько ты обычно восстанавливаешься после процедуры?

– От половины рэйна до рэйна. Сейчас, конечно, побыстрее, а поначалу-то было не слишком весело.

– Что ж ты дальше-то продолжил, если так плохо было?

Я пожал плечами.

– Не мог иначе. У меня в голове словно маленький лаир Дракн засел вместе с его извечными «Вперед, курсант!» и «Не будь тряпкой, курсант!». Раз уж я решил обучаться, то надо делать, даже если это оказалось не так просто, как ожидалось. Иначе какой из меня спортсмен?

Лэн Нортэн только вздохнул. После чего еще послушал мой пульс, проверил зрачки, попросил подвигать конечностями и наконец постановил:

– Реакции в норме. Как себя чувствуешь?

– Как будто меня прожевали и выплюнули. Но голова уже не болит, глаза видят, руки-ноги работают, так что в целом, можно сказать, неплохо.

Я, если честно, ожидал, что доктор спохватится и запоздало спросит, а не боюсь ли я, что с такими перепадами пульса и давления кто-то обратит на это внимание. Эмма-то новый браслет уже давно взяла под контроль, так что реальной угрозы не было. А вот то, что лэн Нортэн упустит этот момент из виду, я, признаться, не ожидал.

– На восстановление понадобится неделя, – вместо этого предупредил он, доставая из кармана еще пять ампул со стимулятором.

Эх, доктор. Нет у меня столько времени на отдых. Но если бы вы об этом знали, то точно помогать бы не пришли.

Я молча кивнул, знаком показав, куда он может пристроить ампулы, чтобы не таскать их туда-сюда в карманах. Потом несколько неловко оделся, протер лицо стыренным из прачечной полотенцем и на одеревеневших ногах двинулся к выходу.

Лэн Нортон, кусая губы, последовал за мной. А уже на лестнице, словно что-то почувствовав, предупредил:

– В следующий раз без меня в модуль не лезь. Если уж ты такой упрямый, то я помогу тебе закончить обучение. Хотя бы присмотрю, с инъектором рядом постою, а то у тебя первое время даже пальцы толком не разогнутся. Но имей в виду: по мере приближения к концу пакеты данных будут постепенно увеличиваться, и их станет все труднее переваривать. Риск серьезных осложнений на последних загрузках увеличивается в разы. Поэтому не рискуй, будь добр. И не спеши, иначе это плохо для тебя закончится.

– Угу. Спасибо за информацию, буду иметь в виду. А теперь идите, у меня еще положенное время для чтения не вышло.

Мужчина недоверчиво на меня покосился.

– Камер не боишься?

– Нет. С них показания снимают редко.

– Уверен? Камера-то новая…

– Зато система пока старая, – криво усмехнулся я. – Мне прежний директор много чего успел рассказать, пока склонял, так сказать, к интиму. Так что не переживайте. Я в этом плане продуманный, а с некоторых пор еще и очень осторожный.

Лэн Нортэн все еще с сомнением качнул головой.

– Ну как знаешь. До комнаты-то сам доберешься?

– Конечно. Мне не впервой. Идите. Не то вдруг кому-то помощь понадобится, а вас на рабочем месте нет?

Он наконец развернулся и молча ушел, оставив меня одного.

«Корректировка завершена, – с нотками осуждения в голосе доложила Эмма. – На полное восстановление уйдет четыре с половиной дня».

Ну и хорошо. Почти в два раза быстрее, чем прогнозировал доктор. Так что ничего, справлюсь. Главное, чтобы меня никто не застукал и чтобы эффект от стимуляторов продлился хотя бы до утра.

Глава 4

На следующий день я, честно признаться, чувствовал себя хреноватенько. Даже без распаковки данных… Эмма посоветовала с этим обождать, чтобы не увеличивать нагрузку на мозг… тело по-прежнему ломило, башка соображала туго, все время хотелось жрать и спать, так что первые сутки после получения усиленного пакета данных дались мне нелегко.

На физкультуре я, как и стоило ожидать, едва справился, и то лишь потому, что перед завтраком сползал в спортзал и привел себя в тонус. На занятиях отвечал несколько заторможенно, порой даже невпопад. На рисовании… то есть черчении, конечно… из-за внезапно накатывающих спазмов толком не смог удержать в руке стило, поэтому вместо магической фигуры накалякал такую хрень, что преподаватель рассердился и оставил меня сразу без двух баллов.

О баллах, правда, я не жалел. С учетом того, что старые мне, как и обещал лэн Даорн, уже вернули, до минуса было уже далеко, а через месяц я так и так наверстаю.

Историю, признаю, я сегодня нагло проспал.

Зато на обед явился чуть ли не первым и с голодухи так много набрал себе на поднос, что даже Айрд сотоварищи проводили меня удивленными взглядами.

Как в меня все это влезло – ума на приложу, однако, когда поднос опустел, я поймал себя на мысли, что был бы не прочь взять на раздатке второй такой же. Но даже после того, как я сходил за добавкой, голод все равно не утих, поэтому по дороге на теорию магии я то и дело кидал по сторонам голодные взгляды. А когда убедился, что даже поглотить в коридоре толком некого, то попросил Эмму возобновить геноцид вирусов и бактерий, потому что иначе мог не сдержаться и покусать кого-нибудь из учеников.

С поглощением стало полегче, поэтому под конец дня голод все-таки утих, да и чувствовать я себя стал вполне сносно.

Следующий день прошел уже спокойнее, и я даже в магическом поединке смог поучаствовать. Однако поскольку внимание и концентрация у меня еще не восстановились, то бой с Ойром я провел максимально быстро. Проще говоря, насоздавал себе молний побольше, по-быстрому перещелкал всех его огненных мух и, заработав техническую победу, с невыразимым облегчением покинул купол, сделав вид, что не заметил изучающего взгляда классного руководителя.

Вечером в триэ-рэ я, как и планировал, по-тихому пробрался в подвал и провел еще одну загрузку, благо лэна Нортэна рядом не было и меня оказалось некому остановить.

При этом, помня, насколько фигово мне было в прошлый раз, полупустую ампулу я взял с собой, прямо в капсулу, и положил так, чтобы даже в полубессознательном состоянии мог до нее дотянуться. Это оказалось нелишним, потому что, когда загрузка закончилась, меня корежило еще дольше и сильнее, чем два дня назад, и лишь благодаря тому, что инъектор находился под рукой, я сумел вколоть в бедро стимулятор.

– Уф, – выдохнул я, когда с некоторым трудом выбрался из модуля, сжимая в кулаке пустую ампулу. – А ничего так штука. Бодрит конкретно.

После чего с трудом добрался до личной комнаты и попросту отрубился под неодобрительное бормотание Эммы.

Не знаю, что она в ту ночь со мной делала, однако наутро я, как это ни странно, почувствовал себя почти хорошо. По крайней мере, в сторону меня не вело, мимо двери я не промахивался, ну а то, что соображал туго, нестрашно. Да и не было у нас пока таких предметов, на которых мне приходилось бы на полную катушку использовать мозги.

«Проводится дополнительная корректировка физического состояния носителя, – прошелестела подруга, когда я с удовольствием умял двойную порцию завтрака, чем снова удивил однокурсников. – Осуществляю укрепление мышечно-связочного аппарата. Производится стимуляция мышечного роста. Образую дополнительные синаптические связи для ускорения адаптации к усиленным нагрузкам».

Ах вот почему я так хочу жрать…

Для роста мышц и прочих изменений нужна была энергия и заодно строительные материалы. Что ж, значит, буду теперь брать на завтрак-обед-ужин не двойные, а тройные порции. Режим питания у нас, как и раньше, остался трехразовым, но Эмма, когда я об этом спросил, подтвердила, что мне этого уже не хватит.

Прислушавшись к совету подруги, я после обеда по-быстрому сделал домашку, а потом оделся потеплее, выбрался на улицу и пошел гулять по территории школы.

Пошел, разумеется, не просто так: там, где это было возможно, особенно вдоль забора и под стенами корпусов, я втихаря принялся поглощать все, до чего Эмма могла дотянуться. Поскольку осень уже закончилась и на земле кое-где лежал снег, то мне в какой-то мере было даже проще: под снегом можно было сожрать что угодно, и этого никто бы не заметил. Ну вот я и добирал то, чего мне не хватило в столовой, благо подруга не брезговала даже сонными кротами и впавшими в спячку червяками, которых в земле обнаружилось немало.