Александра Линетт – Фростморн: Зов крови (страница 7)

– Тогда мы поедем к миссис Мартин!

– Что? Максвелл тебя прибьет…

– Меня не волнует, что сделает сержант. Все, пошли!

– Но завтрак…

Я не успела договорить, как Мэттьюс подлетела ко мне и взяла за руку заставляя встать с места, следом подтолкнула к выходу.

Выходя из кафе, я задела кого-то плечом. И уже было приготовилась сбивчиво тараторить тысячу извинений, как подняла взгляд и встретилась им с парой темных глаз.

– Мистер…Уильям, – тихо произнесла я, замерев в проходе.

– Рут, – он смотрел на меня еще пару секунд, а потом перевел взгляд на Летти и приветственно кивнул, – Мисс Мэттьюс. Доброго утра.

Краем глаза я заметила как Летти встрепенулась и ее голос стал звучать ангельски мило, а еще она толкнула меня в бок, заставляя вывалиться на пешеходную часть улицы. От неожиданности, и дабы сохранить равновесие, я схватилась за первое, что мне попалось. И это был локоть мистера Холта.

– Уильям, как ваше прибывание в городе? Уже успели обжиться?

Холт учтиво придержал меня, пока я встала ровно на своих двоих. Все его внимание было обращено к Летти, но я чувствовала, что он следит и за мной краем глаза.

– Да, успел. Благодаря вашей наводке я нашел отличный дом недалеко от реки. Тишина, спокойствие. То что нужно учителю при проверки тестов студентов.

– Отрадно слышать, – Мэттьюс улыбнулась, откидывая светлую прядь волос со своего лица. Я же покорно стояла и ждала, – Мы были бы рады еще пообщаться, но нас ждут дела. Не всегда удается вытащить подругу из ее книжной лавки. Иногда мне кажется, что кроме книг ее ничего не интересует. Да, Ру?

Внезапно я ощутила ее хватку на моем предплечье, а следом подруга притянула меня обратно к себе, и я, словно тростинка на ветру, покачнулась в ее сторону.

Дом миссис Мартин стоял почти на окраине города, в стороне от дороги, окруженный старым, покосившимся забором. С одной стороны дома росли кусты сирени, с другой, на голом газоне, стояли одинокие детские качели. Краска уже облезла, металл проржавел, но они все еще качались на ветру, будто кто-то только что встал с них, оставив после себя едва уловимый скрип.

Подойдя к входной двери, я обменялась с Летти взглядом, прежде чем осторожно постучала. Звук получился глухим, но достаточно отчетливым, чтобы его можно было услышать. Мы замерли, прислушиваясь.

– Может, она не слышит? – прошептала я, но в этот момент дверь вдруг дернулась, и мои пальцы сжались в кулак сами собой.

В дверном проеме показалось лицо миссис Мартин. Ее глаза были покрасневшими, под ними залегли темные круги, а губы дрожали, будто от сдерживаемых слез. Она выглядела так, словно уже несколько дней не спала.

– Вы пришли… – голос ее был тихим, севшим, как у человека, слишком долго находившегося в собственной скорби.

Мы с Летти кивнули.

– Проходите, – миссис Мартин отступила в сторону, жестом приглашая нас внутрь. И мы перешагнули порог.

В доме было прохладно, хотя окна были закрыты, а из глубины коридора тянуло сыростью. Гостиная выглядела так, словно время здесь остановилось. Диван был покрыт пледом, на котором валялась подушка, явно слежавшаяся от долгого лежания. На маленьком журнальном столике стояла чашка, в которой давно остыл чай. Фотографии Алисии были повсюду – на стенах, на комоде, даже на подлокотнике кресла лежал альбом, раскрытый на странице с детскими снимками.

Миссис Мартин нервно сглотнула и кивком предложила нам сесть.

– Спасибо, что пришли, – ее голос был пустым, словно она просто произнесла фразу, не вкладывая в нее никакого смысла, будто это словно это формальность. Летти посмотрела на меня, и мы обе осторожно опустились в кресла.

Я поерзала на месте, слушая, как миссис Мартин говорит об Алисии в настоящем времени. Она смотрела на дверь, будто ожидала, что ее дочь сейчас появиться на пороге. Но реальность, словно нож, резала на живую и доставляла столько боли, которая отчетливо читалась в глазах женщины. Она еще не смирилась со смертью дочери, да и кто так быстро мог пережить подобное горе? И я прекрасно понимала ее, ведь сама была свидетелем того, как мой дед переживал смерть моих родителей. Потерять дитя, раньше, чем сам уйдешь на тот свет… Но во мне трепетала надежда, что они воссоединились на той стороне и теперь их души упокоены. И это будет ждать саму миссис Мартин.

– Ох, девочки, – женщина спрятала свое лицо в ладонях, ее плечи стали подергиваться в унисон всхлипам, – Моя малышка.

Краем глаза я уловила, как Мэттьюс сжала кулак. Это был знак того, что она видит кого-то в этом доме. Я перевела взгляд на лицо подруги и мне стало не по себе. Летти пыталась держать лицо, но было понятно, что она испытывает животный ужас.

– Нам пора. Как только у меня будут новости, я зайду к вам, – быстро проговорила Летти, тут же вскочила и зашагала к входной двери.

Я расторопно попрощалась с миссис Мартин и бросилась вслед за Летти.

– Летти! Стой! – я бежала за подругой, но она не оборачивалась и продолжала быстро идти вдоль улицы, – Стой! Мэттьюс!

Я догнала ее только у перекрестка. Летти остановилась так резко, что я едва не врезалась в нее. Ее лицо было бледным, взгляд бегал из стороны в сторону, как будто она пыталась убедиться, что за нами никто не следит.

– Что ты видела? – спросила я, хватая ее за запястье.

– Он был там, – прошептала она.

– Кто?

– Мужчина. Или не мужчина… Я не знаю. Высокий, с пустым лицом, как будто… как будто там ничего не было.

– Это мог быть призрак.

– Нет.

– Тогда что или кто?

– Я не знаю. Он стоял прямо за ней. Я видела, как он двигался, как смотрел. А потом… потом он понял, что я его вижу.

Я сглотнула.

– И потом он улыбнулся. Мне показалось, что я слышу крик. Нет, не один, тысячи, миллионы голосов, застывших в вечной агонии. Будто вся боль, все страдания, все отчаяние, которое когда—либо испытывали люди, вырвались наружу. Это была не просто улыбка, это была бездна, которая погубит нас всех.

– Так, ладно, нам нужно убираться отсюда, – шепнула я.

– Нет, – Летти сжала мою руку, – Нам нужно узнать, кто он.

Я резко покачала головой.

– Ты слышала себя? Мы должны уйти, Летти! Если он… если это что-то такое, нам не стоит лезть туда, куда не следует.

Летти сжала губы.

– А если он связан с исчезновением девушек? – ее голос был едва слышным, – Если это он всех забрал? Мы должны вернуться.

Я закусила губу.

На мгновение повисла тишина. Я нарушила ее глубоко вздохнув и посмотрела на дом миссис Мартин. Теперь он не внушал мне доверия.

– Хорошо, – сказала я наконец. – Но только тогда, когда поймем с кем имеем дело. И не вдвоем.

Глава 6.

Мы сидели в участке, за узким столом в комнате для допросов. Эллиот сидел напротив нас, сжав кулаки так, что костяшки побелели. Его губы были плотно сжаты, а взгляд прожигал нас насквозь. Он не сказал ни слова, но его напряженные плечи и взгляд, говорили громче любых слов.

– Вы вдвоем. Вдвоем, черт вас дери! – наконец выдохнул он, с трудом сдерживая злость. – Вы хоть понимаете, что за этим может последовать?

– Нам нужно было это сделать, – тихо сказала Летти. Она выглядела очень уставшей. Я повернулась к ней и коснулась коленкой ее.

Эллиот выдохнул, прикрыв глаза, будто пытался совладать с эмоциями.

– Нет, не нужно было. Вы могли сказать мне. Вы могли дождаться меня. А вместо этого…

Он провел рукой по лицу, словно стряхивая напряжение, и облокотился на спинку стула.

– Девчонка увидела призраков, и теперь хочет сама расследовать это дело. Фарс какой.

– Это были не призраки, я видела саму смерть. Что-то хуже смерти.

Эта фраза заставила замолчать не только меня, но и самого Максвелла, который в такие моменты всегда находил что сказать. Летти никогда не бросалась такими словами, как сейчас.

И теперь мы сидели в звенящей тишине, которая вязким гулом отдавалась в ушах. У меня было много вопросов. И я не была уверена, что на них были ответы. И готовы ли мы к таким откровениям? Осознавали ли, что нас будет ждать дальше? И черт возьми, какую рану мы вновь заставили кровоточить?

– Что ж, – спустя пару минут подал голос сержант, – Это явно не сулит нам чего-то хорошего.

В ответ я цокнула языком, поворачиваясь на скрипучем стуле в сторону Эллиота. В его глазах я прочитала немой вопрос “что?”.

– Вы же понимаете, что мы копаем слишком глубоко? И если не остановимся, то закопаем не только себя, но и весь город?

– А что ты предлагаешь? Переждать бурю?