Александра Лавалье – Яд, порох, дамский пистолет (страница 5)
Алексей поперхнулся. Пока он кашлял, рыжий терпеливо ждал.
– Господин Квашнин, вы, очевидно, довольно высокого о себе мнения, но…
Рыжий нетерпеливо перебил:
– Вы зря оскорбились. Я вам сейчас всё докажу!
Он резко вскочил, охнул и захромал вокруг стола, припадая на одну ногу. Но делового тона не растерял.
– Что вы знаете о Дмитрии Малиновском?
– Ничего сверх общеизвестного, мы и не виделись ни разу. – Алексей вздохнул и заговорил монотонно, будто урок отчитывал: – Дмитрий Аполлонович Малиновский, статский советник, почётный гражданин. Занимал пост при московском губернаторе, но я не знаю какой. Был женат на Глафире Степановне. Их единственный сын – Михаил Малиновский. Он… погиб на фронте.
– Давно?
– Чуть больше трёх месяцев назад, в конце мая.
– Вот! Малиновская всего три месяца назад потеряла сына, а сейчас внезапно умер муж! Она же наследница! Вот и мотив! Только вот зачем она призналась в убийстве, если полиция считает, что Дмитрий Аполлонович умер своей смертью? Может, её совесть замучила? Хотя какая совесть, когда такие деньги на кону!
Алексей вдруг понял, что ему нравится наблюдать за рассуждениями этого странного человека. За тем, как он бегает вокруг стола и пытается выстроить в цепочку разрозненные факты. Да, он газетчик, это довольно мерзко. Но при этом он человек, увлечённый своим делом, а это всегда подкупает. И Алексей позволил себе включиться в игру, которую предлагал ему рыжий.
– Она сказала, что Дмитрий Аполлонович отобрал у неё рюмку коньяка и выпил. А потом умер.
– А ещё она сказала, что он коньяк терпеть не мог! Вот ответьте мне, что такого должно произойти, чтобы мужчина выпил напиток, который обычно пьёт его жена?
– Это элементарно. Он должен захотеть выпить.
– А когда мужчина хочет выпить?
– В России? Всегда!
– Что ж… ваша правда. Усложним. Когда человек готов выпить то, что терпеть не может?
– Когда ему уже всё равно, что пить.
– И что же должно произойти, чтобы мужчине было всё равно, что пить?
– Вероятно, он был не в себе.
– А от чего же Дмитрий Малиновский был не в себе? Что заставило его так нервничать?
– Откуда же я знаю?
– Вот! – Рыжий принял позу римского патриция: – Вот вам и доказательство! Тупик! Не хватает информации! А кто же добудет информацию лучше газетчика? Вам придётся взять меня в партнёры.
Алексей от души расхохотался:
– Ещё пять минут назад речь шла о помощнике, господин газетчик. А сейчас вы уже претендуете на партнёрство?
– Ставки растут, господин сыщик, успевайте брать по низкой цене!
– Беру! Уговорили! Только я не сыщик, и нет никакого расследования, только сплошная болтовня.
Рыжий хитро прищурился:
– Хотите дела, Алексей Фёдорович? Давайте проверим коньяк. Вы же собирались ознакомиться с ним в вашей лаборатории!
Алексей вновь поперхнулся чаем. Как же он мог забыть о флакончике?
Пока он возился с пробирками, рыжий смирно сидел в углу. И молчал, что удивительно. Допустить новоиспечённого помощника к реактивам Алексей не решился. Проверяя коньяк на все известные яды по очереди, Алексей прокручивал в голове их пикировку. Что-что, а думать рыжий умеет. И верно задаёт вопросы. Прирождённый исследователь, хотя в данном контексте скорее уместно слово «ищейка». А вот себя в роли ищейки Алексей не видел. Он врач. Его главная задача – видеть за симптомами суть заболевания и делать правильные надрезы. Хотя, может быть, сыщики занимаются тем же? А «симптомы» им доставляют помощники? Алексей усмехнулся про себя. Кажется, он всерьёз обдумывает возможность работать в паре с рыжим. Любопытно.
– В этом коньяке ничего нет, – спустя час устало объявил он.
– Как… ничего?
– Кроме самого коньяка, ничего. Ни одного из известных ядов.
– А неизвестные?
– О неизвестных ядах мы можем узнать только одним способом. Если вы выпьете остатки коньяка.
– Благодарю. Я воздержусь, – рыжий состроил скорбную мину, но через секунду опять вскочил с энергичностью, среди ночи совершенно неуместной. – Что же это получается? Глафира Малиновская убеждена, что её муж выпил отравленный коньяк и умер. А он выпил и не умер. Вернее, умер, но не от коньяка.
– Да, вы правы. Эти факты не связаны. Они случились одновременно, но не вследствие друг друга.
– Что? Не могли бы вы повторить?
Алексей сел на стул, с которого только что вскочил рыжий, привалился к стене и закрыл глаза.
– Он выпил коньяк, потому что нервничал. Это первое событие. А потом умер. И мы не знаем почему. Не хватает данных. Это второе событие, которое с первым не связано.
– Да. Не хватает… Я знаю, что нам делать!
Алексей приоткрыл один глаз:
– И что же?
– Мы идем грабить полицейский участок!
Алексей закрыл глаз обратно.
– Не выдумывайте, Антон Михайлович, какой ещё участок…
Через полчаса, сидя в кустах напротив полицейского участка, Алексей старательно гнал от себя вопросы, что и зачем он здесь делает и почему рыжий человек в его, между прочим, брюках раздаёт инструкции как главный.
– Ночью в участке только один дежурный. У него всего работы – не заснуть да проверять тех, кто в камере сидит. Если, конечно, там есть кто. К вечеру задержанных разогнать стараются, на ужине экономят. Дежурный в начале каждого часа на крыльцо курить выходит, ровно на пять минут. Часы можно проверять.
– Откуда вы знаете? – не удержался Алексей.
Рыжий смерил его снисходительным взглядом.
– У меня трудная и опасная работа… всякое бывало.
– Вам уже приходилось сидеть в камере в участке?
– У них не было доказательств. Ни разу! И на обед там такая бурда, что можно ужина даже не дожидаться. Но мы не о том! Я отвлеку дежурного, а ваша задача – пробраться в кабинет, найти дело Малиновского и заключение врача о причинах смерти.
– С чего вы взяли, что дело вообще есть?
– Ежели полиция где побывала, дело обязательно заведено. А у Малиновских они были. Который час?
Алексей щёлкнул крышкой хронометра. Рыжий присвистнул. Алексей довольно улыбнулся краешком губ. Да, ему тоже нравятся эти часы. Английская компания Rolex[6] выпускает безусловно прекрасные хронометры. Противоударные, с защитной крышкой. И на руке, опять же, гораздо удобнее носить, чем в кармане на цепочке. Мировая война ускорила прогресс, заставив часовщиков придумать часы, удобные в походных условиях.
Сейчас лучшая модель часов показывала без пяти минут три часа ночи. Алексей захлопнул крышку.
– Что нам даст заключение врача? Мы и так знаем, что отравления не было.
– А вот и нет! Вы взяли на анализ коньяк из бутылки, так?
– Да.
– А пил он из рюмки!
– И что?
– А то, что яд могли подсыпать прямо в рюмку! И поэтому вам нужно прочесть медицинское заключение.
– Почему мне?