Александра Крючкова – Книга Тайных Знаний. Премия им. К. Кастанеды. Игра в Иную Реальность (страница 20)
Я никогда не планировала одежду на следующий день, одеваясь под настроение утра. Но на Проходной Двор мне хотелось прийти в Том Платье, в котором меня официально посвятили в Заклинательницы, – в ходе посвящения ЧКНБ едва прикоснулся к моей спине, но я увековечила Его прикосновение в заклинании «Платье». Я спросила, устроит ли Его, если я приду на Проходной Двор в Том Платье, и Он ответил: «Конечно».
Конечно, я очень волновалась. Но не из-за чтения заклинаний на Проходном Дворе, заклинаний, которые все до единого были написаны Ему, из-за Него и для Него. А как волнуются перед встречей с тем, кого ты любишь. Он будет Там, рядом. Он обещал прийти.
Он – единственный человек, виртуальное присутствие которого в моей жизни удерживало меня здесь.
Я пришла на Проходной Двор, чтобы встретиться с Ним. Его не было. Синяя Книжка с моими заклинаниями, обещанная к выходу в свет, так и не вышла. Девушка любезно предложила мне кофе, я согласилась. До выступления оставалось минут десять. И тут появилась Жуткая Женщина. Всё с той же кукольной улыбкой, томно закатив глаза, она разразилась возгласом на весь Проходной Двор, театрально протягивая мне руку:
– О, БЛАГОДАРЮ ВАС!!!
– За что? – пытаясь сдержаться и, как всегда, уже заранее зная ответ, спросила я.
– За то, что Вы сделали ТАК, КАК Я ВАМ СКАЗАЛА! И пришли в ТАКОМ ВИДЕ!
– Я ВСЕГДА выгляжу ТАК, – спокойно произнесла я и отвернулась.
– Сначала полчаса читаете, потом – вопросы. Кстати, Вы принесли СПИСОК ВОПРОСОВ, которые я должна вам задать?!
И мне захотелось дематериализовать её – я не могла выносить присутствия Жуткой Женщины в своём персональном пространстве.
Мне было неудобно читать заклинания сидя в их кресле, к тому же читать полчаса без перерыва, как приказала Женщина, – глупо. Я встала и читала так, как и должна была читать в то время в том месте. Его не было. Я читала. Его не было. Они задавали вопросы. Его не было. А у меня даже получалось что-то отвечать и улыбаться. Им всем. Кто-то подходил и просил подписать Белую Книгу. Я машинально подписывала. Кто-то меня фотографировал. А я была уже где-то очень и очень далеко.
Я уходила. Девушка попросила задержаться минут на 10, чтобы дождаться цветов, которые как-то вдруг все подумали и решили мне подарить, пообещала кофе и куда-то убежала. М
Внезапно ЧКНБ позвонил. Сказал, что не смог приехать из-за чего-то. Меня, собственно, не волновало, из-за чего. Я не знала, что Ему сказать. Вернее, слишком много было того, что хотелось рассказать, да и просто… я хотела увидеть Его. Потенциальная встреча, ожиданием которой ты живёшь, и которая, возможно, станет последней, похожа на лучик света. Но кто-то гасит Свет, и снова – чёрный туннель и Пустота.
Прошло 15 минут, я постоянно мешала им всем ходить туда-сюда. Кофе так и не принесли, хотя я и напомнила девушке о её обещании. Казалось, чёрные стены Проходного Двора вот-вот обрушатся. Я не могла больше там находиться, какая-то сила выталкивала меня – бежать, бежать, бежать.
Я удалялась. Жуткая Женщина окликнула меня, но я не остановилась, а она запричитала:
– Ой, а что Вы уже уходите? А как же цветы? Они уже скоро будут! А я и не думала, что Вы ТАК читаете! А можно мы ещё Вас будем приглашать?
Я кивнула. Женщина отстала, но тут же позвонила девушка, поинтересовавшись, где я. Хороший вопрос. Очень уместный. Я и сама теперь не знала: где я? Девушка просила вернуться и забрать цветы. Я сказала, что возвращаться – плохая примета.
– А что же мне делать с цветами?
– Подарите их Женщине, – посоветовала я.
Он больше не звонил и не писал. Я была в полной Пустоте, и не было ничего и никого, кто осветлил бы Тьму.
***
Уже пять дней казалось, что я – мертва. Кто-то совершал за меня автоматические действия. Я не могла больше писать заклинаний, потому что, с одной стороны, у меня не осталось сил вообще ни на что, с другой стороны, Тому, для кого я их пишу и кому читаю, они совершенно не нужны.
Машинально повернув к метро на окраине города, я услышала звук послания от Рэя, состоявшего из одного вопросительного знака.
«Я у метро А…» – ответила я.
«Одна остановка вниз, выход направо».
Каким образом Рэй оказался в этих краях, мне было неинтересно, но я обрадовалась, что увижу его спустя столько лет. Мы обедали молча, пока Рэй не нарушил тишину вопросом на больную тему:
– Как Брат? Ты общаешься с ним?
– Почти нет, – вздохнула я.
Я принимала их обоих такими, какие они есть. Но Брат не мог общаться с Рэем, и эта патологическая склонность Рэя к Чёрной Магии… Рэй – очень сильный маг, чего по его внешности совершенно не скажешь.
Они ровесники, но, в отличие от Брата, играющего в бизнес, Рэй играл в Чёрную Магию, играл профессионально и постоянно, точно так же, как постоянно он играл и со своей собственной жизнью и смертью. Но именно Рэй научил меня приёму игры со Временем и Пространством. Он искусственно создавал экстремальные ситуации, в которых ставил передо мной, на первый взгляд, совершенно невыполнимые задания, но в итоге я их выполняла. Каждый раз я ругалась на него за подобные эксперименты, чувствуя себя подопытным кроликом, а он смеялся.
Именно Рэй, произнеся простую фразу, внезапно дал мне понять, что же такое Любовь. Любовь означала для меня Жизнь, а отсутствие Любви – Смерть, потому что Любовь давала мне силы жить. Но я никогда не осознавала до встречи с Рэем, что же такое Любовь на самом деле. Оказывается, Любовь – это когда ты принимаешь человека таким, какой он есть, без каких-либо исключений и не ставя перед ним никаких условий, принимаешь и продолжаешь любить только за то, что он живёт на этом свете, любить просто так, а не за что-то, предоставляя ему возможность быть свободным, ничем не ограничивая его. Ты счастлив от того, что можешь видеть любимого человека, общаться с ним, даже молча, и ты благодарен Высшим Силам за то, что он существует в твоей жизни. Неважно кем.
Помимо того, что Рэй обладал уникальными способностями подключения к информационному полю, он в совершенстве владел гипнозом и приёмами нейро-лингвистического программирования. Я часто бывала свидетелем того, как он, виртуозно играя словами, приводил людей в полное замешательство, расщепляя их Сознание на множество мелких кусочков, и никто не понимал, что, собственно, происходило и происходит. Рэй блестяще манипулировал Сознанием других, но исключительно в рамках Чёрной Магии, и, как следствие, платил за свою игру – Жизнь постоянно ставила его на порог Смерти. Долгое время я пыталась держать Рэя энергетически, но начинала умирать сама. Однажды он с грустью констатировал: «Два равносильных полярных мага не могут быть вместе, кто-то из них должен умереть».
– И что ты собираешься делать? – спросил Рэй, чувствуя всё, что происходит со мной, иначе вряд ли бы он оказался рядом здесь и сейчас.
– Мне предстоит отдать в мир то, что я знаю из разряда практической Магии. Белой.
– А я…
Рэй говорил, как и обычно, кусочками фраз, понять которые мог только тот, кто читает мысли, а не слушает слова. Я перебила его, задав вопрос, ответ на который дал бы мне понять, относится ли план Рэя к Магии Белой или Чёрной. Рэй тяжело вздохнул. Я грустно покачала головой.
– Ты же еле остался жив… тогда.
Рэй довёз меня до метро. Мы сидели в машине обнявшись и молчали. Нам обоим было всё равно, кто присутствовал в жизни другого все эти годы.
– Знаешь, где я была? – внезапно я вспомнила свой поход в злачное место, а Рэй засмеялся, мгновенно меня отсканировав. – Все эти люди такие смешные и странные! Они задавали глупые вопросы. А один из них – маньяк-убийца, и мне стало страшно. Как этого не видят другие? У него же на лице всё написано!
– Ты это видишь, Алиса, и я это вижу, но разве все люди такие, как мы? – произнёс он, гладя меня по волосам. – А я ничего больше не хочу. Пустота. Расскажи мне, – внезапно тихо и как-то понимающе попросил Рэй, предлагая мне выговориться – рассказать про Человека, Которого Не Было, о котором я никогда ничего не говорила, по крайней мере, вслух.
– Я тоже устала от Пустоты. Мне нужно, чтобы ОН был рядом. Где-то. Неважно кем. ОН, понимаешь? Что ты видишь про меня? Скажи!
Рэй отрицательно покачал головой и снова гладил меня нежно-нежно, как когда-то давным-давно, когда я стояла у края пропасти, и был такой же сентябрь, и мне не хотелось ни о чём думать, и я снова проваливалась, закрыв глаза, прижимаясь щекой к его щеке, проваливалась куда-то, где отсутствуют какие-либо мысли, но играет музыка нежности.
Время остановилось. Мир остановился.
– Ну, я пойду, – сказала я, резко отрываясь от его щеки, когда по радио зазвучала очень красивая, но грустная песня.
– А у тебя тогда были короткие волосы, – вздохнул он.
Я вышла из машины, прошла несколько метров. Он посигналил мне. Я обернулась. Его, как и многих, почему-то сильно раздражало, что я никогда не оборачиваюсь, уходя. Рэй махал мне рукой. Я снова не знала, когда теперь увижу его и увижу ли вообще когда-нибудь. Живым.
***
Вечером мне позвонили из Самого Главного Общества Заклинателей с просьбой срочно найти и оформить в рамы, которые я должна предварительно расписать соответствующим цветом, портреты самых известных заклинателей Серебряного века, чтобы «повесить их в центральном офисе». Душа съёжилась – я вспомнила, что некоторые из заклинателей тогда… повесились. Я постаралась не думать о Смерти, но не прошло и дня, как раздался звонок из небольшого Сообщества Заклинателей, – меня попросили так же срочно прислать мои заклинания в сборник, посвящённый Сергею Есенину. Я непроизвольно вздрогнула – одновременно мне предстояло выпустить собственную книгу на тему «Заклинатель и самоубийство» под названием «Потанцуйте со мною в окне!» с посвящением Марине Цветаевой. Смерть бродила где-то рядом.