Александра Кристо – Принцесса душ (страница 34)

Так сильно, как могу, как научил меня Асден. Я мщу за его смерть, за раны Ирении и за каждого человека, чью душу они украли. И в особенности за себя.

За свою мать.

За человека, которым она была раньше и который отныне мертв, как те посетители таверны.

Теола падает, ударяясь головой об пол. Удивительно, но мне все равно. Я не теряю времени даром.

Я хватаю Ирению и тащу ее к окну.

Смех короля разносится по комнате, в нем слышится восхищение.

– Прыгай на выступ! – кричу я, практически выталкивая Ирению из окна. – Сейчас же!

Ирения не спорит. Она содрогается и спрыгивает вниз.

Я вздыхаю с облегчением, когда она благополучно приземляется и закрывает глаза.

Прежде чем я успеваю прыгнуть следом, меня тянут назад. Пальцы матери запутались в моих волосах, вырывая локоны с корнем. Она оттаскивает меня из окна и бросает на пол между ней и королем.

– Хватит! – кричит она. – Ты хоть представляешь, что творишь?

Ее голос дрожит от гнева.

– Я же говорил тебе, что ты не сможешь избежать судьбы, Селестра. – Король водит пальцем из стороны в сторону.

Я сжимаю руки в кулаки, стараясь не показывать Сириту свой страх.

От моего неповиновения на лице короля появляется улыбка.

– Каждый когда-нибудь умрет, – говорит он. – Не считая меня, конечно.

Затем раздается его вопль.

Я слышу его раньше, чем мать.

Я вижу лезвие прежде, чем она успевает ахнуть.

Меч пронзает грудь и сердце короля.

Сирит глядит на черный клинок, заикается и падает на пол.

– Вы не представляете, как долго я этого ждал, – говорит Нокс.

– Предатель! – кричит Теола.

– А ты быстро соображаешь.

Он бросает в нее клинок.

Лезвие вонзается в шею Теолы.

Внезапно мать перестает кричать.

Она падает на колени, хватаясь за рану. Кровь сочится из ее шеи.

Мои глаза расширяются от увиденного.

– Идем, – произносит другой солдат, появляясь из-за двери. Друг Нокса. Мика. – Мы должны бежать, пока они не очнулись! Бессмертные недолго лежат в отключке.

Я быстро перешагиваю через лужу крови матери, растекающуюся по полу. Часть меня хочет подбежать к ней, но это будет бесполезно. Я уже чувствую, как ее сила мерцает в воздухе, исцеляя раны. Она клубится вокруг нее.

– Сюда! – Нокс протягивает руку, указывая на дверь моей комнаты.

Я моргаю. Его костяшки в крови, а дыхание сбито.

Он пробился в замок через десятки стражников.

Ради меня.

Зачем он пришел?

Он мог погибнуть, вернувшись в это место.

Я сказал ему, что это произойдет.

Но у меня нет времени задавать вопросы.

– Не туда, – отвечаю я, перебрасывая ногу через подоконник. – Дверь запечатана магией. Вы можете войти, но не сможете выйти обратно. Это под силу только моей матери.

На полу комнаты начинает шевелиться король, его глаза медленно открываются, а Теола кашляет, захлебываясь кровью.

Она протягивает к нам дрожащую руку, ее глаза светятся в ночи. Кровь с пола начинает втягиваться обратно в рану.

Нокс подходит к окну, Мика следует за ним.

– За это ты умрешь, – хрипло произносит король. – Прямо как твой отец.

Мы поворачиваемся в его сторону.

Руки Сирита трясутся, когда он обхватывает клинок. Он готов вырвать его из своего сердца и пронзить наши.

Его раны скоро затянутся, дар бессмертия залечит тело. Король впился взглядом в Нокса.

– Я знаю, что тебе нужно, и ты никогда этого не найдешь.

Нокс напрягается, сжав кулаки по бокам.

– Бежим, – только и говорит он.

Мать ползет в нашу сторону, рана на ее шее быстро исчезает. Она открывает рот, чтобы заговорить, но из нее вырывается лишь бульканье и хрипы.

Я бросаю на нее последний взгляд и выпрыгиваю из окна.

Глава 18

Нокс

Мы прыгаем с уступа на уступ, как по камням в мелком озере.

– Это окно! – говорит Селестра, указывая на узорчатое стекло справа от нас. – Оно приведет к лестнице для слуг.

– Возвращаемся в замок? – спрашивает Мика. – Я думал, мы хотели сбежать.

Но это хорошая идея.

Застряли на крыше в шестидесяти футах над землей. Мы не сможем спуститься со стен замка без веревки.

Селестра хватает Ирению рукой в перчатке и тянет раненую подругу к окну.

Ее подруга хромает, и я вижу, как она стискивает зубы, глотая боль, как я делал много раз после тяжелой тренировки в солдатских казармах.

Что бы ни сделали с ней Сирит и его ведьма, ей повезло, что она осталась жива.

Селестра распахивает окно с такой силой, что оно чуть не разбивается о стену с другой стороны.

Мы карабкаемся внутрь по одному. Интересно, не начало ли бессмертие короля сшивать его кожу, как тонкое одеяло?

На лестнице темно, черные ступени ничем не освещены. Это не тот путь, которого придерживаются богачи, чтобы перемещаться по замку. Это путь для людей, которым нужно остаться незаметными.

Спиралевидная лестница кажется бесконечной.