Александра Ковальски – Блики Солнца. Сборник рассказов (страница 18)
Собаки – ангелы на земле
***
Дедушка ласково погладил по голове маленькую девочку, приговаривая: «Не плач, внученька! Тобик прожил долгую жизнь и ему пора».
«Не хочу! Не хочу! – плакала девочка, обнимая за шею старого беспородного кобеля. Глаза собаки были закрыты, казалось, он спал… Да, он спал. Спал вечным, беспробудным сном… Его 17 лет закончились.
Старик, облокотившись на лопату ждал пока внучка наплачется вдоволь и позволит похоронить старого друга.
«Не плачь, дорогая, – тихонько сказала подошедшая бабушка. – Все псы попадают в рай!»
«Правда?» – недоверчиво спросила девочка, шмыгнув носом.
«Конечно!» – безапелляционно заявила бабушка и незаметно толкнула деда локтем.
«Да. Обязательно!» – поддакнул тот, смахнув слезинку и украдкой покосившись на хмурое осеннее небо.
«А там хорошо?» – спросила снова внучка.
Старики закивали еще убедительнее…
***
Его звали Тобик. Так косолапого щенка назвал хозяин – дядя Митя. Тобик был помесью, казалось бы всех собак сразу – уши торчали, как у заправской овчарки, длинные ноги и статная выправка делали его похожим на лайку, один голубой, а другой карий глаза прозрачно намекали на примесь хаски, а рыже-белый окрас – на гончую… Казалось сама мать Природа не знала какие породы смешались в крови и генах Тобика, но это не мешало ему стать любимцем и верным охранником. Никто не смел пройти во двор – грозный лай останавливал любых смельчаков. Ох скольких докучливых воришек отпугнул от вишневого сада дяди Мити один только вид и голос Тобика, скольким хулиганам, покушающимся на гараж, челюсти Тобика порвали штанины… Никто и не сочтет уже. Единственный «воришка», кого Тобик пропустил в дом был сосед Лёнька. Да только не нужны были Лёньке ни вишни, ни металлолом из гаража. Он «украл» из дома дяди Мити кое-что поценнее – сердце единственной наследницы – Светланы Дмитриевны. С той поры, как сыграли свадьбу, так и повелась эта семейная шутка. Бывало работают на участке или в саду, а дядя Митя нет-нет да и спросит зятя: «Как же это ты, Лёнька, мимо Тобика пробрался и Светку-то нашу украл?»
«Хороший я, дядь Мить, – улыбается тот. – Собаку-то не проведешь, дрянного в дом не пустит!»
«И то верно, – кивает тесть, – хороший!»
А потом родилась у дяди Мити внучка – Любовь Леонидовна. Крикливая. «В мать пошла», – шутил новоявленный дед. И полюбился ей лохматый Тобик, сил нет. Только пес за порог, так дите в слезы. Так и жил Тобик у порога в детскую комнату, чтобы малышка видела его. Сторожил ее сон, никого чужого не пускал, кошмар любой отгонял. Бывало, заворчит только недобро, глаза прищурит. «Бабайку прогоняет», – улыбалась мать.
Пролетели семнадцать лет… промелькнули. Знал Тобик, что час его близок. Пришел среди ночи в спальню к Любочке, облизал напоследок лицо – попрощался. К хозяину тоже подошел, носом тыкался в руку, мол «Прощай, друг!». Прилег на коврик у дивана, да и заснул… навсегда.
***
Разверзлись небеса, закапал мелкий осенний дождь и один из ангелов Господних, расправив серые крылья, взмыл ввысь.
«Здравствуй, брат, – приветствовал вновь прибывшего один из таких же серокрылых ангелов. – Как тебе жилось с людьми?»
«На сей раз хорошо! Все успел и хозяина уберег и дочке его мужа хорошего нашел и внучку оберегал все детство и научить всему успел, пока она не повзрослела и не разучилась меня понимать!» – ответил тот.
«Много же тебе лет потребовалось, – вздохнул собеседник. – Целых семнадцать – долгая жизнь для собаки».
«Долгая, – подтвердил бывший пес Тобик, – но она того стоит! Отдохну немного и снова в бой, за души людей. Учить их добру и свету. Хочешь пойти со мной?»
«Да. Одному как-то боязно, а попробовать хочется».
***
«Деда! Дедушка! – задыхаясь от быстрого бега кричала Любочка, – Иди скорее! Посмотри!»
Дядя Митя вышел на крыльцо. У калитки стояла уже повзрослевшая внучка, а у ее ног вились и громко тявкали двое щенков. Один черный, а второй рыже-белый. Взглянул дядя Митя в собачьи глаза – один голубой, другой карий – будто и не было всех этих лет, будто назад вернулся.
«Ну здравствуй, Тобик!, – улыбнулся дядя Митя. – Долго же тебя не было. Пять лет уж прошло, а дорогу-то не забыл – все ж вернулся! Да еще и с другом!»
Конфеты
– Душа номер 375! Пройдите в кабинет перевоплощения! Повторяю: душа номер 375! Пройдите в кабинет перевоплощения! – вещал громкоговоритель.
В ту же секунду белесое облачко торопливо проскользнуло над головами ожидавших в очереди и скрылось за дверью с табличкой «Кабинет Перевоплощений». Кто-то в очереди тяжело вздохнул, завидуя счастливчику. А он тем временем уже стоял в заветном кабинете перед строгой барышней в деловом костюме и очках.
– Итак, – строго и по-деловому вопрошала барышня. – Кем желаете быть на этот раз. Могу предложить такие варианты, как камень, дуб, автомобиль 67 года…
– А собакой можно? – нетерпеливо перебила душа.
– Это только для ангелов!
– Тогда автомобилем, – обреченно вздохнул собеседник.
– Уже в 19-й раз! – отметила барышня. – Может быть попробуете что-то еще? Например, человека?
– А так можно?
– Конечно!
– Ну давайте человека, – кивнула душа.
Барышня принялась что-то выстукивать на клавиатуре ноутбука. Вскоре зашуршал принтер и барышня произнесла:
– Теперь пройдите направо по коридору до двери с номером 13 и подпишите договор со смертью.
– А нельзя без этого?
– Нельзя! А ну марш! – вспылила барышня.
душа торопливо понеслась в указанном направлении. За дверью с табличкой «13» сидела еще одна барышня, тоже в строгом деловом костюме и очках.
– Чем могу быть полезна? – осведомилась она.
– Мне договор подписать велели, – замялась душа. – Со… смертью вроде как…
– Хорошо. Сейчас проверим Вас по базе, – и барышня застучала наманикюренными пальчиками по клавиатуре точь-в-точь такого же ноутбука, как и в предыдущем кабинете у предыдущей барышни.
Пока служащая проверяла данные, душа равнодушно рассматривала наполнение кабинета – шкафы с одинаковыми черными папками, ковер с замысловатым узором на полу, зеркальную столешницу и вазу с конфетами на краю стола. На вазе было написано красивым витиеватым шрифтом «Дополнительные годы».
– Ага! – наконец выдала барышня, – Вам полагается пакет «Стандартный».
– Это как? – удивилась душа.
– Стандартно, – ответила барышня – родился, садик, школа, институт, первая любовь, свадьба, ребенок. ипотека, работа не самая любимая, ну а в 65 лет на пенсию, но придется работать еще лет 5, потому как внукам надо помогать, дочка-то у тебя родит рано и от непутевого, вот и будешь работать на пенсии, чтобы ей помогать. Пяток лет поработаешь, а в 70 все – инсульт. И снова сюда, в хвост очереди. Так как ничего выдающегося-то сделать не успеешь, а потому ни в рай, ни в ад не попадешь. Ну что? Подписываем?
– Ну… ээээ, – замялась душа. – А по-другому никак?
Барышня не успела ответить, мобильный, лежавший на столе рядом с ноутбуком зазвонил и девушка, извинившись, ответила на звонок, отвернувшись от клиента лицом к окну. Пока она щебетала по телефону, душа покосилась на вазу с конфетами. Подумала с мгновенье, да и зачерпнула горсть конфет. А так как карманов у души не было, то она запихнула их все, прямо в обертках, себе в рот.
– Подписываем? – снова повернувшись лицом к клиенту строго спросила Смерть.
В ответ душа согласно закивала головой.
– Отлично! Тогда тут и тут, – барышня показала пальчиком где именно в документах нужно поставить подпись. – А теперь возвращайтесь в кабинет перевоплощений. Там Вам выдадут билет в новую жизнь! Поздравляю! И до встречи через 70 лет!
Душа, кланяясь, быстро ретировалась, надеясь, что Смерть не разгадала уловки. Когда клиент вышел, барышня бросила взгляд на конфетницу и надула губки, прикидывая насколько лет обманул ее очередной клиент. Выходило, что их встреча откладывалась на целых 20 лет, после положенного срока…
– Ну, может быть, успеет что-то дельное совершить за это время, – подумала барышня, подсыпая в вазу конфеты-годы в ожидании следующего клиента.
Связка ключей
Эта история случилась давным-давно в одном далеком-предалеком королевстве. Название страны потерялось в веках, как и имя того, кто был главным героем этих событий. Однако сами события не растворились во времени, а продолжают передаваться из уст в уста…
***
Двое мальчишек сидели на краю обрыва и весело болтали ногами над пропастью. Внизу, прямо под ними ревел прибой.