Александра Калинина – Мир! Дружба! Жвачка! Последнее лето детства (страница 6)
– Ваш сын разбил машину моего племянника. Теперь вы должны купить ему новую.
– И бабки! – рявкнул Тимур. – Под сиденьем десять штук баксов было!
– Я не брал никакие деньги! – Санька оскорбился.
– Ну, разбить он разбил, но деньги не мог… – Уж если в чем-то Федор и оставался уверен, то как раз в этом.
– Не-не-не, он не брал деньги, – дрожащим голосом пролепетала Надежда, кивая. – Вы слышали, он сказал, он не брал деньги… – повторила она испуганно.
– Деньги надо вернуть, – настаивал Зураб.
– К-как вернуть? – Федор начал заикаться. – Но у нас же нет такой суммы.
– Продайте квартиру. Займите. – Зураб сурово посмотрел поверх очков. – Срок – неделя.
– А потом – за каждый просроченный день… – Тимур кивнул на Саню, – …по пальцу ему буду отрезать. Меня всегда можно найти в ресторане «Кавказ».
Зураб поднялся из-за стола и покинул кабинет. Тимур последовал за ним.
Федор встал и окликнул южан:
– Подождите… подождите, пожалуйста…
Опер как ни в чем не бывало вернулся к столу.
– П-простите… – Надежду трясло. – А кто? Кто эти люди?
– Какие люди? – Опер сделал недоумевающее лицо. – Я никого не видел.
– Как? – возмутился Федор. – Дураков-то не надо из нас делать.
– Погодите! Вы что, издеваетесь над нами? – истерила Санькина мать. – Вы же видели, щас только что здесь были люди! Они угрожали! Угрожали моему ребенку! Они сказали, что каждый день они будут отрубать ему пальцы…
– Мы подадим на вас в суд! – подытожил Федор.
– Успокойтесь, пожалуйста. Ваше дело закрыто. Водитель «КамАЗа» написал, что врезался в столб. А у владельца БМВ претензий нет. Вы свободны.
Коричневый «Мерседес» Зураба выезжал из двора отделения, когда дорогу ему перегородил широкоплечий парень в армейской куртке на красно-черном мотоцикле.
«Мерседес» резко затормозил. Парень подъехал к пассажирской двери и нахально постучал в стекло. То покорно опустилось. Из джипа, выезжавшего следом, вышли Тимур и несколько кавказцев покрупнее.
– Ну, здравствуй, Зураб, – улыбнулся мотоциклист с угловатым лобастым лицом.
– Афганец, – разочарованно вздохнул пассажир и, не поворачиваясь, сказал водителю: – Зря тормозил. Поехали.
– Не торопись. Говорят, у тебя тачку разбили.
– Откуда знаешь?
– У афганцев везде глаза есть. Давай починю, и никаких вопросов.
– Чини. Только с деньгами что делать? Десять штук баксов из машины пропали.
Отставник рассмеялся:
– Мелко, Зураб-джан. А че не сто? Не лимон? Я лично этих денег не видел.
– Твое слово против моего. – Зураб посмотрел с презрением.
– Короче, Зураб, тачку я починю, а бабки… Я твое слово уважаю, но доказательств нет – извиняй.
– Как знаешь. – Кавказец кивнул на Саньку и родителей, выходящих из отделения. – Ты не отдашь – с них спрошу.
Стекло поднялось, и машина исчезла за поворотом.
Мать суетливо вынула из сумочки записную книжку.
– Надюш, – утихомиривал Федор жену, глядя то на часы, то по сторонам, – я уверен – все будет хорошо.
– Саш, ты, главное, не волнуйся. Мы тут унитаз бывшему полковнику милиции меняли…
– Это что, дядя Алик приехал? – заметив мотоциклиста, Санька, похоже, повеселел.
Зато Надежду появление брата явно не обрадовало.
Она строго посмотрела на мужа:
– Все-таки позвонил ему?
– Чего ты, Надюш? – засмущался Федор. – Как я мог? Просто удачное совпадение.
Отставник, широко улыбаясь, шел навстречу.
– Санчо, ну ты даешь, племяш! – Он дружески и медленно провел Сане кулаком по челюсти, будто ударил.
Мать вспылила:
– Ты вообще че делаешь? Тебе че надо?
– Мне – ничего. Со старыми знакомыми болтал. По вашему вопросу договорился.
– О чем? – Надежда измерила брата взглядом.
– Тачку их починю, и все нормально.
– А нам твоя помощь не нужна.
– Правда? Ой, что я наделал! – Алик достал телефон, набрал случайный набор цифр и проговорил в трубку: – Зураб-джан, давай все отмотаем!
– Не смешно. Понял? – Надежда до сих пор находилась на грани истерики и отчаяния.
– Да ты улыбнись, сестренка! У тебя уже морщины выросли!
– Дурак какой-то! – возмутилась Надежда.
Однако Федор расцвел:
– Друзья! А поедемте к нам! Выпьем чаю, съедим по куриной ножке. В конце концов, у нас Алик давно не был.
– Мы тебе сколько должны? – ворчала Санькина мать. Она пока что не верила, что все может разрешиться.
– Одной спасибы хватит.
– Нам бандитские деньги не нужны. Мы честная семья с репутацией. И таким, как он, мы должны не будем. Сколько?
Алик скривился.
– Штука баксов.
– Ух ты… – опешил Федор. – Надь…
– Я все отдам. Под расписку. – Надежда полезла в сумочку.
– Ну-ну. Номер паспорта и печать не забудь, – кинул Алик и развернулся к мотоциклу.
– Ты… Ты вообще… куда пошел? – крикнула Надежда вдогонку.
– По почте пришлешь! – махнул рукой афганец. – Санчо, дядя Федор. Держитесь! – Алик завел мотоцикл.