Александра Ибис – Война на факультете некромантии (СИ) (страница 22)

Ко мне решительно подошла Лораси, положила руку на сгиб моего локтя. Лицо её было задумчивым.

— Ты будешь танцевать со мной этим вечером? — твёрдо спросила она.

Глава 13. Бал дебютантов(5)

***

Лораси Дарнейская

Для драконов танцы — это не просто набор красивых движений, которые имеет какую-то закономерность. Не просто искусство, не просто одно из развлечений на высоких мероприятиях. Для нас они всегда были нечто большим. Жизнью, страстью, полётом, сладким удовольствием. Танцы были воплощением наших душ. По тому, как танцует дракон, всегда можно судить, каков он, чего жаждет от этой жизни, чего уже достиг. Для моего народа не существовало слишком откровенных танцев, мы были готовы танцевать что угодно, когда угодно, где угодно и в любой одежде. На самом деле, даже без неё.

Что действительно было важно для дракона — это его партнёр. Один из наших мудрецов как-то сказал: «Найди того, кто не сгорит в твоём пламени». Для нас вернейшим способом найти свою пару считался танец: если избранный партнёром проявит себя, как надо, если поймает твой ритм, уловит твоё настроение, сумеет и сам повести тебя за собой, то, вполне вероятно, тебе следует присмотреться: может, прямо перед твоим носом всё это время крутилась судьба?

Мне надоело вести себя, как невинная перепуганная овца, которая чувствует, что с ней что-то происходит, и убегает от этого, как от малопривычного и малознакомого. Я могу оправдываться перед другими, что в моём сердце ничего не ёкает, но себя обмануть не могу, так как моё тело не даёт. Потому я должна вспомнить, что я опасная хищница, и взглянуть правде глаза. Получить свой ответ.

— Так будешь? — повторила свой вопрос я, когда мы проходили по коридору, выложенному чёрно-белой плиткой, напоминающей шахматную доску. Коридор, ведущий к тронному залу, был одним из самых скромных во дворце: множество арок здесь украшала резьба, а не золото.

Мы приблизились к высоким дубовым дверям, с резьбой и золотыми драконьими выпуклыми фигурами, за которыми и скрывалось самое большое помещение дворца, где в старину мои предки встречали гостей исключительно в драконьих обличьях.

— Желание дамы — закон, — шепнул Максимилиан мне на ухо, а потом двери раскрылись. Моё сердце пропустило удар: скоро я всё пойму.

Под потолком клубились тёмно-синие облака и искристая пыль, создавая иллюзию звёздного неба и освещая зал мягким синим светом. Далеко впереди на маистате уже стояли мои мать и отец, а также три брата, без отличившегося в Морении Габриэля, а, значит, бал можно считать открытым. Если бы я не была участницей турнира, то вошла бы в зал с семьёй.

— Их Королевские Величества желают сказать слово, — магически усиленным голосом, объявил церемониймейстер, чьим вторым даром, помимо огненного драконьего, был дар мага-универсала. Он важно стоял в своём алом костюме неподалёку от маистата.

— Мы рады приветствовать всех участников турнира, — мягко начала мама, громкость чьего голоса усиливала магия церемониймейстера. — Тех, для кого Дарнея является домом, и тех, кто прибыл к нам издалека. Через день вам предстоят тяжёлые испытания.

— Вам предстоит доказать свою силу, применить только полученные знания, показать свою храбрость, проявить смекалку, — вступил отец, чуть приобняв маму за талию и беря свободной рукой наполненный красным вином бокал с поднесённого ему лакеем подноса. Он вручил его маме и взял второй уже себе. — Пока же расслабьтесь и насладитесь нашим гостеприимством!

— Да прольётся вино, да зазвенят бокалы, да опустеют столы и да начнутся танцы! — заключила мама, и они подняли и осушили бокалы.

Гости тоже взяли бокалы со сладким вином с подносов шустрых лакеев. Максимилиан перехватил вино для нас.

— За прекраснейшую девушку на этом балу! — поднял бокал однокурсник.

Я взяла второй из его рук и сделала большой глоток. Да ударит мне в голову алкоголь, да разгорится ледяное пламя!

Глава 13. Бал дебютантов(6)

***

Максимилиан Сейрён

Танцевать с Лораси — это всё равно что скользить по толстому льду, держа равновесие, постоянно поворачиваясь, приседая и одновременно пытаясь решить в уме задачку из высшей математики. В смысле, так же сложно.

Нет, она не наступала мне на ноги и не позорила абсолютным неумением двигаться. Напротив, она кружила, как фея, маленькая и изящная. Однако её движения… первое время казались хаотичными. Лораси смешивала разные танцы, создавая свой собственный. И догадаться о её следующем шаге можно было лишь по тому, какое произведение играет оркестр. А последовать за ней являлось возможным лишь тогда, когда ни на мгновение, ни на одну короткую секунду, не отрываешь от неё глаз, плюя на всё, что происходит вокруг.

— Да ты издеваешься? — шикнул я, когда девушка прыгнула, вынуждая меня поспешить поймать её.

— Покружи, — улыбаясь чему-то, попросила Лораси, обвив мою шею руками. От неё одуряюще пахло клубникой, и это стало решающим фактором: я закружил её, а она одарила меня заливистым весёлым смехом.

Едва я поставил драконицу на ноги, как она отошла от меня, зазывая за собой. Когда я нагнал её, принцесса прижалась спиной к моей груди и откинула голову. Я прекрасно услышал, как удовлетворённо девушка выдохнула. А потом Лораси обошла меня по кругу, обводя рукой грудь и спину, встала напротив. Её рука остановилась на моём плече, другая накрыла второе плечо. Лораси приподнялась на носочки, дурманя меня всё усиливающимся клубничным ароматом.

— Ты точно драконица? — спросил я, как зачарованный глядя в золотые счастливые глаза. — Сегодня ты больше похода на коварную фею.

— Если я фея, то ты кто? Большой и страшный великан? — она хихикнула, потянувшись ко мне. Подайся я ей немного навстречу — и коснусь пахнущих ягодами губ.

Лораси опустилась на пятки и крепко прижалась ко мне всем телом. Я чуть приподнял её, покружил для вида и уже потянулся к губам, уже ощутил их сладость…

— Смена партнёров! — драконицу вдруг бесцеремонно выдернули из моих рук. — Сестрёнка, ты разрушаешь папину хрупкую нервную систему!

Какой-то хмырь поставил Лораси на паркетный блестящий пол. Золотые глаза, веснушки и насмешливая улыбка сразу выдавали в нём брата Лораси, имевшего с ней больше общего, чем Кристиан.

— Люк, тебе жить надоело? — так сладенько, что у меня аж зубы свело, спросила у дракона девушка.

— А я думал, что тебе, — невозмутимо ответил названный Люком.

— Судя по тому, что ты влез, тебе очень хочется последовать за мной.

— Напротив, как и тебе, мне хочется жить.

Лораси усмехнулась и сложила руки на груди.

— Будешь моим реквизитом для турнира?

— Будешь моим щитом от родительского гнева?

— Что натворил?

— Ограбил одного чокнутого мага.

У драконицы воздух из груди вышибло, и она откашлялась, прервав их переброску фразами на скорость.

— И зачем?

— Хочешь снова стать блондинкой, радость моя? Ты извини, рыжий, конечно, отлично показывает, что ты сволочь, но примерной девочкой прикидываться проще, когда ты блондинка.

— Жаль, нет средства, которое делает из придурков нормальных братьев.

— У придурочной сестры и братья соответствующие!

Я одобрительно хмыкнул. Лораси бросила на меня быстрый взгляд и погрозила кулаком. Мне осталось только руками развести, потому что: «Извини, фея, но так и есть».

— То, что ты стащил у мага, не может подождать до конца бала? — спросила драконица, вновь обращаясь к своему брату.

— Что, мешаю развлекаться? И не стыдно же, на глазах у всех, ай-яй, — Люк стукнул её указательным пальцем по носу.

Мой рыжий ёж поморщился.

— Кто бы говорил! Мне напомнить леди Розину и то, как вы свалились полуголые с облаков?

Чем больше я слышал, тем больше поражался драконам и не знал даже, уважать её братца или считать ненормальным.

— А леди красивая была? — поинтересовался я.

— И замужняя, — хмыкнула Лораси.

Не, всё же психи они, эти драконы. И меня угораздило по уши влюбиться в одну из них.

Глава 14. Зло не играет честно(1)

Максимилиан Сейрён

— У меня есть план! — заявила донельзя бодрая Лораси, с разбегу запрыгивая на свою практически трёхспальную кровать, застеленную льдисто-голубым жаккардовым покрывалом со снежинками. Её рыжие локоны из огненных стали скорее янтарными, и я пришёл к выводу, что магическое средство, данное ей братом, если и подействовало, то слегка. Либо его нужно было применять несколько раз. Как на многоступенчатом окрашивании: маме делали подобное на Земле, когда ей захотелось стать шатенкой из брюнетки. Обесцвечивание, потом краска, всякая муть.

— Этот план не предполагает того, что мы должны выспаться? — спросил Рамон, зевая так, что чуть челюсть не вывихнул. Эрна, лежащая на кровати Лораси, подала признаки жизни, поддержав его слабым стоном. Кажется, она спала.

— Зло не дремлет! А мы с вами зло, — с широкой улыбкой заявила драконица и пихнула свою подругу в бок. — Не спать! Кто меня обычно будит ни свет ни заря, потому что занятия — это важно?

— Так сегодня-то у нас выходной, — сонно простонала Эрна. — У меня ноги болят.

Рамон и Эйзен поддержали девушку слабыми «ага» и «вообще». Эйзен, типун ему на язык, припечатал:

— Вы, драконы, точно фрики какие-то! Закончить торжественное открытие в четыре, чтоб вас, утра! И только тогда объявить, что нам делать предстоит, — мой сосед застонал, схватившись за свою голову. Его тёмные волосы, вопреки обычному, сегодня напоминали железную мочалку, нечёсаные. Я даже возблагодарил драконицу, что разбудила нас и не дала особого времени на сборы: до того приятно было видеть, что этот гад выбит из своего полудевичьего облика.